– Ты что все это время был здесь? – громче, чем следовало бы, выкрикнула она. Неуравновешенность тона выдавала ее внутреннее смятение: он здесь, в ее квартире, пока она спит пьяным сном. Беспомощная. Легкодоступная. Невольно прижала руку к животу, точно спрашивая себя, не было ли между ними того, о чем она не помнит.
– Да! – в тон ей воскликнул мужчина. – И скажу тебе, что в комнате для гостей не мешало бы тоже постелить постель. Я ужасно не выспался!
– Тогда проваливайте восвояси, мистер Лайт!
– Красивая, а ты всегда так вежлива по утрам? – иронично склонив голову на бок, спросил он. Коснулся ее спутанных после сна волос. Девушка попятилась, хотя либидо побуждало ее прильнуть к нему.
– Приводи себя в порядок, через полчаса мы отправляемся в наше романтическое путешествие.
– Держи карман шире! Это ты отправляешься в путешествие на… – тут с ее губ полетела отборная ругань. Люциан невозмутимо дослушал тираду до конца, лишь едва заметно прищурившись.
– Если вежливое приглашение вам не по душе, миз Карвер, – ровным тоном проговорил он, одновременно вытаскивая ремень из брюк, – мы сделаем это по-быстрому.
Не успела она и пикнуть, как уже оказалась прижатой лицом к дверному косяку. Он ловко скрутил ей руки ремнем, на глазах через миг оказался ее собственный шарфик. Мужчина перекинул ее через плечо и понес в коридор. Спустился в лифте.
Когда уличный шум и утренняя прохлада окутали девушку, вопросительная мысль пронзила ее мозг.
"Неужели средь бела дня можно нести связанную, полураздетую женщину как бревно на плече и выйти сухим из воды? Где наша полиция нравов? Где вообще полиция? Эй, кто-нибудь позвоните в это чертово 911!"
Лилиан почувствовала, что оказалась на сиденье машины.
– Действуем, как было оговорено, – сказал он кому-то. – Я встречу вас на месте…
Девушка хотела закричать, привлечь внимание прохожих, но тут влажная, со специфическим душком тряпка накрыла ее лицо. Окружающий мир разлетелся блестящими осколками.
– – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -
*Се латрево – греч. обожаю тебя
**Се тело – греч. хочу тебя
8.
Люциан сидел рядом со спящей Лили, надеясь, что действие хлороформа продлится, пока они не доберутся до места. Он заботливо откинул спинку кресла, укрыл ее пледом. Скорее для того, чтоб не видеть ее наряда.
– И где ты только раздобыла это платье, сладкая?
Он сдерживался из последних сил, чтоб не стащить с нее этот крошечный кусок ткани и не овладеть послушным телом. Скрипя зубами, нащупал под пледом ее руку – пальцы девушки неожиданно переплелись с его. Мужчина зарычал и отвернулся к иллюминатору. Он определенно хотел ее, и не только в смысле секса.
– Я хочу тебя в своей жизни, сладкая Лили, – прошептал Люцифер.
Лилиан приходила в себя медленно – черная бездна не желала отпускать их своих когтей. Первым вернулся слух и тут же наполнился шорохом листвы, криками чаек, свистом ветра. Ветра, который гулял по ее – голой? – коже. Тут она почувствовала еще одно прикосновение: ее настойчиво целовали в самом интимном местечке, а теплые ладони гладили бедра. Лилиан тряхнула головой, побуждая проясниться зрение, и увидела темноволосую макушку Люциана, устроившегося в развилке ее бедер.
Отпрянула, села, но слова негодования застыли на языке. Люциан поднял на нее взгляд: его глаза искрились страстью, потемневшие белки превращали их в темные ущелья. Губы мужчины были влажными, поблескивающими от ее…
"Ох, неужели мое тело и в беспамятстве откликается ему?" – мысленно простонала девушка. Ифер с улыбкой переместился и сел рядом с ней. Он тоже был абсолютно голым, а восставшая плоть откровенно бросала вызов ее занывшему желанием животу. Люциан взял ее за подбородок и притянул к себе для поцелуя, но она оттолкнула его и вскочила на ноги. Тут же ошеломленно вскрикнула, нескладно замахала руками, пытаясь удержать равновесие.
Через миг мужчина оказался позади нее, покровительственно принимая в объятия свою дрожащую любовницу. Ища опоры, Лилиан прильнула к нему спиной и вцепилась обеими руками в сгиб локтя, прижатый к ее шее.
Они стояли на краю высоченного обрыва, что возвышался над громадным озером, тянущимся узкой лентой до самого горизонта. Над правым берегом бродили серые клочья туч, отбрасывая на сине-зеленую воду замысловатые тени. Вдали, на южной стороне, ярко светило солнце, золотыми лучами прорезая плотное небо. На побережье щедрой рукой строителей были разбросаны курортные домики.
Прямо над их головами зависло небольшое грязно-белое облачко, лишая обнаженные тела солнечного тепла. Под ними виднелся выступ полустрова с причалами, у которых мерно покачивалось несколько десятков яхт. Лилиан с трудом переводила дыхание.
– Где мы?
– Это венгерский Балатон. А за твоей прелестной спинкой Тиханьское аббатство, где покоится прах их ненаглядного Андраша.
– И как мы здесь оказались? – вздрагивая от порыва ветра, спросила она.
– Ты проспала наш маленький вояж, – как ни в чем ни бывало сообщил мистер Лайт, будто это вовсе не он скручивал ее и усыплял вонючей гадостью. Но близость его горячего, невзирая на прохладную погоду, тела лишала ее привычной остроты мысли и слов.
– Правду говорят эти шарлатаны от психологии, что человек испытывает необычайные переживания, взирая на мир с высоты, – сказал Люциан.
"А если в придачу в твою голую попу тычется стальная плоть мужчины, которого ты хочешь до боли в зубах…", – одними губами добавила Лилиан.
– У тебя болят зубы, сладкая, – наигранно заботливо поинтересовался мистер Лайт.
– Как? – Лили резко повернула к нему голову. – Я что говорила вслух?
– Нет, но ты так скрежещешь зубками, будто бы они ужасно ноют.
Девушка отрицательно покачала головой. Он пристально уставился на нее, улыбнулся, и задорные искорки желания вспыхнули в его темных очах. Лилиан тонула в них, знала, что идет ко дну, но и пальцем не шевельнула, чтоб вынырнуть.
– Я хочу тебя, – вдруг так трогательно и ранимо признался мужчина, что ее коленки подогнулись.
– А я – тебя, – выложила она, прежде чем поняла, что городит.
– Тогда зачем все эти игры, красивая?
Ладони Люциана скользнули по ее плечам, разворачивая к себе лицом. Теперь горячая головка его члена уткнулась ей в живот, и Лили задохнулась от электрических импульсов пронзивших ее нутро.
– Зачем эти игры? – вкрадчиво повторил он.
Не двигался, ласкал ее одним взглядом. Решившись, она шагнула вперед, обнимая его за талию и прижимаясь всем телом. Одобрительный вздох слетел с губ Люциана.
– Се латрево, глика му Лили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
