О чем же говорит это «преданье старины глубокой»? Два брата, которых звали Словен и Рус, вышли со своими родами из страны Скифия, долго бродили по свету в поисках нового местожительства, пока не дошли до некоего большого озера, называемого Мойско. Словен переименовал это озеро в Илмер (= Ильмень) в честь своей сестры Илмеры. Братья решили поселиться в окрестностях озера, потому что волхвование (гадание) повелело им быть насельниками этого места. Старший брат Словен со всем своим родом и челядью сел на реке, называвшейся тогда Мутная, а потом переименованной в Волхов в честь Волхова, старшего сына Словена. По имени же младшего сына был назван Волховец. Словеном был основан город Словенск Великий, позже названный Новград (Великий Новгород). И с того времени скифские пришельцы стали именоваться словене, а реку, впадавшую в Илмер, назвали именем Шелони, жены Словена. Другой же брат Словена Рус поселился на некотором расстоянии от Словенска Великого у соляного источника и основал город между двумя реками, назвав его Руса - по своему имени, и город тот до сего дня именуется Руса Старая. Одну из тех рек назвал по имени своей жены Порусья, а другую реку - Полиста, в честь дочери. И поставили Словен и Рус еще много других городов. И по именам своих князей и их городов потомки родов Словена и Руса стали прозываться словене (= славяне) и русы (= русские).
В этом народном предании делается попытка проследить начальный период русской истории, причем подразумевается, что русская история началась как раз в Приильменье, а не в каком-либо другом месте. Многочисленные личные имена служат здесь нескольким целям: объяснить исторические факты, касающиеся появления славян в окрестностях озера Ильмень, объяснить происхождение этнонимов славяне и русь, истолковать названия крупных географических объектов в Приильменье. Все, оказывается, очень просто: люди пришли сюда из далекой страны Скифии, стали называться в здешних краях славянами и русами по именам своих праотцов, названия же приильменским городам, рекам и озерам тоже были даны по личным именам первых пришельцев. Город Руса, согласно приведенной легенде, был назван в честь основателя «русского» рода - человека по имени Рус, который первым срубил этот город. Точно так же Новгород, первоначально Словенск, обязан своим появлением старшему брату Словену, с которого начался «славянский» род. Реки и озера получили названия в честь женской половины - дочерей, сестер и жен Словена и Руса.
Перед нами красивая историческая легенда, как будто все расставляющая на свои места. Однако нельзя с позиций современной науки всецело доверять приведенным в ней сведениям. Это типичное топонимическое предание - такие сказания, мифы и легенды хорошо известны в мифологии, фольклоре и топонимике, они складываются в устной народной традиции и передаются из поколения в поколение. Но зерна истины в этом летописном рассказе действительно имеются. Например, сообщение о том, что роды Словена и Руса долго бродили по свету и вышли наконец к озеру Ильмень иносказательно соответствует выводам современной науки, согласно которым древние славяне мигрировали на значительные расстояния и примерно в VI-VII веке пришли к берегам Ильменя; здесь пришельцы оформились в единое племя, называвшееся словене ильменские. Указывается в предании, что братья Словен и Рус со своими родами пришли из Скифии. Но скифы, по историческим данным, - это прежде всего иранские народы, являвшиеся южными соседями славян, и, следовательно, упоминание о скифском происхождении Словена и Руса можно считать отголоском тесного взаимодействия иранских и славянских племен. Упоминание Скифии дает также повод некоторым ученым считать, что первые славяне пришли в Приильменье с южного направления, ведь Скифия находилась на юге (впрочем, в настоящее время больше аргументов в пользу версии о приходе славян в наши края с запада - из Южной Прибалтики). В легенде рассказывается об озере Мойско и реке Мутная, якобы переименованных позднее в Ильмень и Волхов, то есть содержится косвенное свидетельство того, что до прихода родов Словена и Руса в этом месте жили какие-то люди, которые дали первоначальные имена озеру и реке. И, действительно, ученые выяснили, что в Приильменье до появления пришельцев-славян издревле жили народы, родственные, с одной стороны, современным финнам и карелам, а с другой стороны, - литовцам и латышам. Древние финны и балты дали названия многим новгородским рекам и озерам еще задолго до славян.
В легенде о Словене и Русе, вероятно, можно найти и некоторые другие отголоски исторических фактов древности, но они сложились в явно фантастический сюжет и настолько «обросли» народно-поэтическим вымыслом, что их вряд ли можно использовать в качестве достоверного исторического материала. Мифология особенно заметна в сфере личных имен: они все вымышлены, наука не знает в древнерусском именослове таких имен людей, как Словен, Рус, а тем более Волхов, Илмера, Шелонь, Порусья или Полисть. Здесь все обстоит как раз наоборот: действующим лицам присваиваются названия существующих городов, рек, озер, народностей, благодаря чему персонажи получают имена (они не должны быть безымянными) и создается тем самым видимость достоверности рассказа, «историчности» его звучания.
В приведенной легенде благодаря соотношению разных типов имен собственных достигается еще одна цель: непонятные топонимы и этнонимы получают каждый свое объяснение. Объяснения, конечно, примитивные - через несуществующие имена людей, а точнее сказать (как ни парадоксально это звучит), топонимы и этнонимы толкуются здесь через самих себя, то есть с научной точки зрения не объясняются никак. Отметим, кстати, что в предании нарушены даже сами принципы наименования географических объектов. По именам людей можно называть города (скажем, города Ярославль, Владимир отражают имена русских князей Ярослава и Владимира), но только не реки и озера, особенно крупные. Это для славян совершенно нетипично, скорее исключение, чем правило. И если мы встречаем порой названия мелких речек и ручьев типа Марьинка или Ивановский, то они произошли не от имен Марья или Иван, а от названий населенных пунктов, и следует поискать, нет ли поблизости деревень с названиями Марьино и Иваново (Ивановка). Так что «раздача» имен крупным рекам Приильменья князьями Словеном и Русом в честь своих дочерей, сестер и жен - совершенно невероятна и напоминает сказочное повествование.
Но главное, конечно, в другом: в этом народном повествовании отражено извечное стремление людей разгадать смысл непонятных названий. Так было в древности, так есть и в наши дни. Пытаясь объяснить тот или иной загадочный топоним, люди обычно сочиняют легенду по поводу его возникновения, передают эту легенду из уст в уста и сами верят в ее истинность. Топонимисты, собирающие географические названия в полевых условиях, нередко слышат от сельских жителей подобные топонимические предания местного значения, в которых истолковываются обычно названия сел и деревень. Записывать такие рассказы необходимо и интересно как дополнительный материал, да и для фольклористов они драгоценны, ибо отражают языковое творчество народа, но они почти всегда далеки от истинной расшифровки топонима. То же касается и этнонимов - здесь домыслов не меньше. Как правило, только специалисты могут раскрыть тайный смысл и происхождение древнего загадочного названия путем научного этимологического анализа, да и то далеко не во всех случаях.
Вернемся теперь к исторической географии Старой Руссы и познакомимся с теми суждениями о планировке древнего города, которые были высказаны московским археологом В.Г. Мироновой.
Характерным признаком основания первых поселений на территории города, пишет В.Г. Миронова, является их непосредственная связь с системой водных артерий. Особый интерес в этом отношении представляет участок, расположенный на изгибе ручья Войе (у оз. Соленое), впадающего в р. Порусья. Образуется узкий мыс в форме языка. Одна же из древнейших улиц в этом месте названа Губкой. Именно такие места, подчеркивает В.Г. Миронова, являются характерными для древнерусских поселений с планировкой оборонительных сооружений, полностью повторяющих особенности рельефа местности... Дополнительные указания на то, что именно здесь находился древний городской центр, дает и расположение поблизости торговой площади - древнего торга, о чем говорит сооружение неподалеку каменной церкви Бориса и Глеба «на торгу» (1403 г.) новгородскими купцами-прасолами. Здесь же находилась и церковь Параскевы Пятницы, являющейся, как известно, покровительницей торговли. Близ обозначенного участка находится церковь Николы «в городке» и улица, к ней примыкающая, - «Никольская в городу». Традиционно административным остается этот центр и в XV веке. Здесь размещается двор наместника. Площадь этого «городка» составляет около 6 га, что вполне укладывается в размеры укрепленных центров «малых» древнерусских городов XII-XIII веков, где для поселений с укрепленной площадью свыше 2,5 га характерен практически весь набор «городских показателей». К концу XV века, заключает В.Г. Миронова, по данным писцовых книг, Руса была достаточно большим городом и делилась на городские концы. Писцовые книги конца XV века содержат полные описания двух концов - Рогова и Песьего, частичное - Минина и Середки. Более поздние источники называют еще Емецкий и Спасский (последний под вопросом) концы...
