На правых берегах рек Перерытицы и Полисти были устроены деревянные набережные, снесенные впоследствии во время наводнений. Заботами военного начальства было положено начало устройству в городе водопровода». (М.И. Полянский. Иллюстрированный историко-статистический очерк города Старая Русса и Старорусского уезда. Новгород, 1885, с. 96-101).
О преобразованиях, происшедших в облике города в XIX веке, немало пишет в своей интереснейшей книге священник и краевед В.А. Пылаев: «Много сделано было построек в это время и для самого военного ведомства. Недалеко от берега реки, по Александровской улице, стали строить громадные казармы для войск с высокою круглою сторожевою башнею. А по Успенской улице вытянулось громадное здание манежа, заняв почти целый городской квартал. Всюду кипела работа. Целые дубовые леса подвозились к городу военными рабочими, а на кирпичных заводах спешно заготовляли крепкий хорошо обожженный кирпич. Здания, построенные в те годы, отличаются выдающеюся прочностью. Кирпич до того закален, что его трудно расколотить. Все стены, кроме того, скреплены еще железными связями. Закипела в эти же годы работа и на опустевших юго-восточных пустырях города. Еще в 1815 году доктор Гааз исследовал бившие там из-под земли соленые источники. В 1828 году сюда же для исследований явился другой ученый - доктор Раух. Старорусская вода была признана оба раза целебною от многих болезней. Задумал тогда Раух устроить лечебницу, тем более что старорусскую воду стали уже выписывать в Петербург для лечебных целей. (Пылаев В.А. Старая Русса. Исторический очерк города. Сергиев Посад, 1916, с. 45, 47).
В конце XIX - начале ХХ века в Старой Руссе часто случались пожары. Сгорело много домов по Крестецкой и Ильинской улицам, на Красном берегу, погорела чуть не вся Троицкая улица, много домов на Гостинодворной и Булиной.
«Скоро отстраивалась Русса каждый раз после пожаров. Еще лучшие хоромы вырастали на месте погоревших домов, и город, несмотря на несчастья, украшался.
Русса умерла, как город солеваров, и воскресла, как курорт, лечебница всевозможных болезней. Опять выручили ее соляные источники. Украсилась юго-восточная часть города роскошными зданиями для ванн и другими постройками, раскиданными среди большого тенистого парка. Украсился за последние годы и самый город. Многое в нем изменилось. Почти по всем улицам устроена каменная мостовая, на углах их появились газовые - керосино-калильные фонари. Посредине площади поднялась водопроводная башня, а из нее по домам горожан проведена вода. Появился телефон, связав нитью проводов многие дома... Несколько раньше (1878 г.) было открыто железнодорожное сообщение между Старою Руссою и Новгородом» (Пылаев В.А. Старая Русса. Исторический очерк города. Сергиев Посад, 1916, с. 63).
Уже первые годы ХХ века принесли новые страдания жителям древнего города, которые продолжались до конца века. Русско-японская война, революции 1905, 1917 гг., гражданская война, финская война, Великая Отечественная война...
И опять мы видим, как страницы истории накладывают свой отпечаток на облик города и его географию. Именно жесточайшие сражения Великой Отечественной войны существенно изменили лицо города и даже частично его планировку - ведь из 2960 зданий довоенного периода после освобождения Старой Руссы от фашистов 18 февраля 1944 года войсками 2-го Прибалтийского фронта уцелело, по свидетельству очевидцев, только четыре дома! 1 апреля 1944 года в Старой Руссе было зарегистрировано лишь 165 жителей. Фактически города не было... От вокзала до курорта можно было видеть только груды кирпича и пепла, кое-где просматривались полуразрушенные коробки зданий. На площади возвышалась водонапорная башня без верхнего яруса, линий гостиного двора не существовало. Военный корреспондент Юрий Корольков писал: «Древнего города с тысячелетней историей больше не существовало. Война стерла его начисто, превратила в отвлеченный географический пункт». («Южнее озера Ильмень», Лениздат, 1985, с. 309).
И все же Русса-матушка сразу же начала возрождаться. Возвращались на родное пепелище рушане, создавали временное жилье, расчищали развалины, начинали восстанавливать город, высаживали деревья в курортном парке и городских скверах. «Поздней осенью 44-го в Старой Руссе было уже пять тысяч жителей. Открылась больница на 25 коек. Горисполком из бункеров переселился во временное помещение на Пушкинской. Были восстановлены двухэтажные здания почты и военкомата, построено свыше сотни домов деревянных и шлакоблочных индивидуальных. Заканчивалось восстановление детского сада и первого жилого корпуса площадью 400 квадратных метров. Частично отремонтировали канализацию, открыли магазины, столовую, баню, парикмахерскую. Перекинули временный мост через Полисть, соединив центральную и вокзальную части города» (Вязинин И.Н. Старая Русса в истории России. Новгород, 1994, с. 228).
Происходили изменения и в планировке города. Например, вместо утраченной в годы оккупации улицы Силиной, которая начиналась от набережной Малашки, пересекала улицы Карла Маркса, Энгельса, Володарского, доходя до стен Спасо-Преображенского монастыря, осталась только малая часть ее (ул. Декабристов) - от Малашки до ул. Карла Маркса. Между улицами Карла Маркса и Энгельса на месте довоенного жилого квартала в 1958 году рушане заложили парк, где в 1964 г. был установлен Монумент Славы.
Сократились размеры и бывшей Ханжовской улицы, которая начиналась от набережной реки Перерытицы, пересекала Георгиевскую улицу и заканчивалась около реки Малашки. Теперь здесь - улица Просвещения, размеры которой также невелики: от Георгиевской улицы до Малашки. Утраченная часть превратилась в дворовые территории домов, расположенных по Георгиевской улице и набережной Достоевского.
Размеры Ерзовской улицы (ныне Пушкинской), Покровской (ныне Возрождения), Поперечной (ныне Клары Цеткин), наоборот, значительно увеличились.
Бывшие территории деревень Бряшная Гора и Парфеево вошли в состав городской черты, где появились улицы Мелиоративная (ныне Яковлева), Маяковская, Рабочая Слободка, Златоустовская. Развернулась застройка завокзальной части города (за линией железной дороги).
Изменения в планировке происходят и в начале XXI века. Новые улицы появились по Взвадской трассе: Озерная, Солнечная. Застраивается так называемое Скрипковское поле (по названию деревни Скрипково), юго-западный район города. Появились улицы: Славянская, Приборостроителей, Светлая, Надежды. На Соборной стороне возникла новая улица с очень удачным, на наш взгляд, названием - Царицынский Источник.
Глава 5. СЛОВАРЬ НАЗВАНИЙ УЛИЦ СТАРОЙ РУССЫ.
Переулок Бетховена отходит от набережной Штыкова за ручьем Войе (о названии см. улица Бетховена).
Улица Бетховена (б. Козьмодемьянская улица) начинается у набережной реки Полисти в районе Нового моста, пересекает улицу Некрасова и заканчивается около ручья Войе.
В планах города начала ХХ в. названа Козьмодемьянской, поскольку, видимо, заканчивалась у дороги, ведущей к бывшему Козьмодемьянскому монастырю. Название монастыря образовано от имен святых чудотворцев Космы и Дамиана. Святые Косма и Дамиан были братьями. Их мать всю жизнь посвятила Богу, воспитывая сыновей в христианской вере и наставляя на всякую добродетель. Братья получили от Бога дар исцелений, врачевали болезни и изгоняли злых духов. Святые бессребреники и чудотворцы Косма и Дамиан помогали не только людям, но и скоту, и ни от кого ничего не брали за это. Лечили не столько лекарствами, сколько именем Господним. Прославились не только чудесами и исцелениями во время своей жизни, но и после нее.
Современное название дано улице в честь Людвига ван Бетховена (1770-1827 гг.), немецкого композитора, пианиста и дирижера. Никакого отношения к истории, географии и культуре Старой Руссы Л. Ван Бетховен не имел, никаких учреждений культуры, концертных залов, музыкальных школ (что хотя бы частично оправдывало выбор улице именно этого названия) здесь нет.
По улице расположены частные дома и постройки, жилые пятиэтажные дома типовой архитектуры.
Валдайская улица (б. Мининская улица) начинается от Писательского переулка и продолжается до старого русла р. Порусьи (Малашка).
Улица начиналась вблизи от церкви святого великомученика Мины (храм основан предположительно в XIII в.) и поэтому в XIX в. называлась Мининской.
Современное название получила по одному из древних городов Новгородской земли - Валдай.
К Валдайской ул. примыкает усадьба дома, принадлежавшего семье Достоевских (ставшего прототипом дома Федора Павловича Карамазова в романе «Братья Карамазовы»). Через речку Малашку вновь построен маленький пешеходный мостик, о котором вспоминает Ф.М. Достоевский в романе «Братья Карамазовы». Его так и зовут: «Митин мостик».
