то максимально истончаются. Эллания отказывается от поставок ранкертийцам оливкового масла, накладывает эмбарго на товары Ольвардии и обрывает обмен учащимися с мельнивийскими университетами. Таким образом, цена поставок элланийского масла в Ильварию снижается, заодно они получают возможность увеличения экспорта в Элланию тех товаров, которые ранее элланийцами традиционно закупались у ольвардцев, в частности косметики, произведенной на минеральной воде, копченого овечьего сыра и стройматериалов.
Что у нас осталось? Лягушачьи прыжки. Лимбаландская Конвенция, установившая внешнюю границу исключительных экономических зон на отметке двести миль, дала именно Ильварии редкую и очень специфическую возможность. Только у этого государства расстояние от их мыса Туаграш до острова Иани, самого восточного острова Ожерелья составляет сто девяносто две мили, превращая территорию острова в часть их исключительной зоны. И проблема с монопольной продажей жемчуга Ульхольмом растаяла как дым. Отныне мелкие шхуны, перевозящие столь ценный груз, теми самыми лягушачьими прыжками двигаются с Оалу до Иани, где и попадают в зону двойной юрисдикции. И теперь никто не мешает им абсолютно законно сдавать драгоценный улов не ульхольмцам, а ильварийским скупщикам, которые мало того, что предлагают за него более высокую цену, так еще и не жадничают впоследствии при перепродаже жемчуга на континенте, накидывая к цене всего пять процентов, не считая накладных расходов. Грубо говоря, введя в игру всего одного неразборчивого в связях трансвестита, Ильвария легко, но при этом абсолютно законно отняла у Ульхольма монополию на торговлю оальским жемчугом.
И теперь вот этот последний возмутительный случай – искупать в свином дерьме послов Галарии и Твардина, во что вылился? В то, что теперь ни о каких новых торговых договорах с нашей страной речь не зайдет. Мы лишаемся возможности получать хром и свинцово-цинковые руды напрямую из Галарии, без уплаты проездной пошлины той же Ильварии. У нас отпал шанс договориться о прямых поставках сельскохозяйственной продукции из Твардина, а это не только продовольствие, это еще и ткань на обмундирование наших войск. При этом хотелось бы напомнить – визит в Марсану, столицу Ильварии как посольств Галарии и Твардина, так и Нортхольма назначен через полтора месяца. Как Вы полагаете, Ваше Величество, ильварийцам придет в голову поговорить с послами о договорах для себя, любимых?
– Обязательно придет. И… пожалуй… с такого ракурса… эти выходки могут оказаться делом рук какого-то одного исполнителя… Но вот ты говорил, что никто раньше не пострадал, а у нас на руках два трупа, с этим как?
– И повторю! Никто из значимых людей не пострадал! Те, кого мы обнаружили, они – кто? Никто. Так, городская гопота, местное быдло, подсобный расходный материал. Я не удивлюсь, если выясниться, что они сами сдуру забрались туда, где никого не должно было быть. И что Тень, готовя свою очередную каверзу, на их присутствие внутри трибуны не рассчитывал.
– Допустим, по почерку все более-менее совпадает. Допустим, это выгодно только Ильварии. Но почему этот неуловимый преступник работает только на них? Как они сумели его уговорить? Или заставить?
– Тень, по моим прикидкам – ильвариец по происхождению. Поэтому ему не то удобно, не то… не знаю… приятно работать на свою страну. Патриот, чтоб ему… Ух, я б его…
– В очередь, дорогой маркиз, в очередь! Значит, поступим так. Расследование вести тремя службами, копая на полпланеты вглубь. У каждого из вас свой участок, что-то да обнаружите. Но одновременно… даже если ты не получишь подтверждение участия Тени во всех этих… шалостях, даже если не удастся «привязать» Тень к этому конкретному случаю, постарайся выйти на тех, кто может подсказать как бы и нам его нанять. У нас ведь есть для него задание по профилю, верно?
Маркиз Эдуарду Ди Сегейра, начальник Тайных сыщиков, только неласково ухмыльнулся в ответ. О, да, у них есть для Тени задание! Найти бы его только… и уговорить выполнить.
Барон Мойзеш Тевеш, заместитель маркиза Ди Сегейра, стоял над душой у группы экспертов, копошившихся на месте происшествия, и одним своим видом старательно вгонял кого в тоску, а кого и в дрожь. Еще бы, с такой-то физиономией! Низкий лоб удачно гармонировал с тяжелой челюстью, а плохо выбритые щеки стекали из-под маленьких медвежьих глазок. Казалось, барон только вчера бегал по джунглям в одной набедренной шкуре с дубиной, а нынче, отмыв пот, грязь, а заодно и кровь невинно убиенных жертв, втиснулся в совершенно не шедшее ему партикулярное платье. И мало кто догадывался, какой наблюдательностью и цепкостью обладал этот с виду неповоротливый зверообразный человек.
– О, маркиз! – обрадовался барон Тевеш. – А у нас тут новости! Налицо явная диверсия!
– И кто диверсант?
– Будете смеяться, но вскрывал защиту тот же, кто ее ставил. Эксперт Франсишку Коррейя обнаружил на месте взлома охранной вязи женский след. И этот след практически полностью совпадает со следом одного, в смысле одной из тех, кто собственно и плел защиту для трибуны!
– Список плетельщиков?
– У мэра.
– А трупы?
– Как и невменяемый свидетель – бомжи. По всем прикидкам сами забрались под трибуну в районе полуночи, с целью просто заночевать, ну, и чтоб под дождиком не мокнуть. Вот железные люди, даже дерьмо под носом им для ночевки не помеха…
Толстенький и немилосердно потеющий мэр немедленно назвал фамилии тех, кто потрудился над гостевой трибуной. Взяв адрес мастера Белтрана, наряд полицейских немедленно выехал за потенциальными террористами для препровождения их в городскую тюрьму.
Луминитса Белтран
Да вы издеваетесь, что ли, не устраивала я никаких терактов, зачем мне это? Да, вчера с отцом зачаровывали трибуну. Нет, я заранее не знала, что поеду. Да просто потому что отец один не успевал закончить охранную вязь, вот я поехала помочь. Потом? Потом в семь часов вечера пришли полицейские и еще какие-то в красных мундирах, проверили, что получилось, отпустили нас, мы и ушли. Потом мы ратушу «заплетали» охраной. Так мэр туда всех городских артефакторов пригнал, даже больных не пожалел. Завершили и покинули ее примерно… в два часа ночи, нас всех, кто там работал, доставили по домам на служебном транспорте. Потом спала как убитая, потому что бегать целый день на больной ноге – не самое приятное занятие, чтоб вы знали.
Да, работаю помощником артефактора, если и есть задатки магии, то какие-то они куцые. Могли бы и побольше проявится, какое-никакое, а подспорье в работе. Нет, совсем немного, хватает в основном на металлы. С камнями могу работать, с полудрагоценными и поделочными, благородные мне не по зубам. Конкурс? Было дело. Конкурс на самый необычный защитный артефакт для входной двери. А
