Карие глаза Джеймса стремительно темнеют:
— Он использует девушек как подстилки.
— И тебя это волнует? Кажется, ты таскался собачонкой за своей бывшей? Мечтаешь снова затащить её в постель? Так вот иди и… займись этим!
— Какого чёрта тебя волнует то, с кем я собираюсь или не собираюсь перепихнуться?!
— Никакого! Мне плевать! — выкрикиваю прямо в лицо Джеймса.
Не понимаю, как он оказался так близко ко мне. Почему между нашими лицами всего несколько дюймов. Сводный брат нависает надо мной, как грозная скала. Его глаза мечут сердитые молнии. Взгляд Джеймса скользит по моему лицу и задерживается на моих губах.
— Мне тоже плевать… — охрипшим голосом говорит он. — Плевать, кто и как будет трогать тебя. Но с Тайлером может быть опасно. Опасно для жизни.
— Переживаешь, что папуля узнает о твоём знакомстве с плохим парнем и устроит тебе взбучку? — фыркаю.
— Сейчас я устрою взбучку тебе, негодница!
Джеймс подхватывает меня под коленями и закидывает на плечо. Я визжу от страха и размахиваю руками, как ветряная мельница. Потом он швыряет меня на кровать. Лицом вниз. Левой ладонью он накрывает мою шею, вжимая лицо в подушку. Правой рукой сдёргивает шортики и отвешивает мне звонкие шлепки по попе.
— Урод! Отпусти! Немедленно! — шиплю и пытаюсь вырваться из сильной хватки его рук. Но получается плохо. Джеймс шлёпает меня раз за разом. Я уже почти задыхаюсь, извиваюсь, как червяк. — Отпусти меня!
Я лягаюсь и, кажется, задеваю его. Джеймс забирается сверху и придавливает своим телом. Я выгибаюсь и нечаянно задеваю попкой его пах. Замираю, почувствовав кое-что твёрдое. Навряд ли сводный брат носит в штанах длинный и толстый фонарик. Джеймс прижимается ещё теснее и двигает бёдрами нарочито пошло. Потом он словно очухивается и отстранятся. Я переворачиваюсь на спину и залепляю ему пощёчину.
— Извращенец!
Он налетает, словно вихрь, и прижимает мои запястья к кровати.
Глава 19. Джоанна
Сводный брат набрасывается на мой рот, проталкивая в него язык. Покусывает мои губы и бойко двигает языком, доставая так глубоко, что я едва дышу. Рычу и стону, хочется избавиться от гнёта его сильного тела. Но он давит ещё и ещё. Огромный, как скала, сильный, как слон. Его язык выписывает порочные восьмёрки у меня во рту.
Я впускаю его глубоко и начинаю отвечать, словив ответный жаркий выдох со стоном. Прямиком мне в рот. Потом втягиваю его язык и прикусываю изо всех сил. Кажется, вот-вот перекушу до крови. Брат дёргается в сторону. Его с меня словно ветром сдувает. Джеймс вскакивает и оправляет на себе одежду.
— Тьфу! — яростно тру губы, желая стереть с них вкус его поцелуя.
— Ты не готова, Джоанна «Эльф» Брайант. Тайлер сразу же… СРАЗУ ЖЕ, — подчёркивает он, — предложит тебе нечто большее, чем грязный поцелуй с языком.
— Заботишься обо мне? С чего бы?
— Сиди в комнате, малявка! — тыкает он в меня пальцем. — Если не хочешь оказаться на улице со свёрнутой шеей, как прошлая девушка Тайлера. Он и его увлечения опасны. Точка. — Я стискиваю голову ладонями. Растираю ноющие виски. За считанные секунды у меня разболелась голова от Джеймса и от всего, что случилось за день. Мне лучше съехать. Реально. Это же дурдом какой-то! — Думаю, мы договорились, — добавляет Джеймс ледяным тоном.
Видимо, желает, чтобы последнее слово осталось за ним. Я иду следом, чтобы захлопнуть дверь. И едва ноги сводного брата оказываются за порогом моей спальни, закрываю дверь и поворачиваю щеколду.
— А тебе… тебе лучше сбросить напряжение! Чтобы не кидался на всех подряд! — говорю ему из-за двери.
— Не преувеличивай. Это была не твоя заслуга, бледнокожий Эльф! Я завёлся от близости горячей Эшли…
Братец удаляется, явно довольный собой. Я захожу в ванную и только сейчас справляю нужду, потом умываюсь и забираюсь в кровать. Меня трясёт от злости, а ещё здесь просто невыносимо находиться. Здесь, на этой постели.
Да он же набросился на меня, как неандерталец! Дикое, грязное, похотливое животное — не иначе! Терпеть его не могу! Вскакиваю, снова несусь в ванную комнату и чищу зубы с клубничной зубной пастой, чтобы стереть с губ вкус поцелуев Джеймса. Но из памяти не так просто выкинуть образы и собственные ощущения. Самые невероятные — во мне словно поселился вулкан и был готов взорваться после неожиданной атаки Джеймса. Его губы слишком пухлые и умелые — это понятно сразу. Наверняка Эшли пребывает в неописуемом восторге от Джеймса и просто набивает себе цену. Почему-то я злюсь. Очень сильно злюсь. На эту пришлую горячую брюнетку. На ее пренебрежение и превосходство, сияющее в карих глазах. Она явно посчитала себя много лучше меня. У неё типичный вид главной красотки из колледжа, по которой сохнут все парни, а подружки, даже самые лучшие, завидуют чёрной завистью. Джеймс и Эшли прекрасно смотрятся вместе. Пара года, как минимум… О, какое мне дело до этих снобов и мажоров?!
Именно так и проходит «моя вечеринка». Я сижу в комнате. На улице гремит музыка, жарится мясо и льются реки пива. Компания развлекается на всю катушку, устраивая смешные конкурсы. А я снова и снова кручу в голове события прошедшего дня. До сих пор не в силах поверить, что Джеймс стал таким… красавцем. Но характер у него отвратительный, честное слово!
Внезапно громкая музыка смолкает. Становится ужасно тихо. Темнота за окном озаряется ядовито-зелёной вспышкой. Я испуганно подскакиваю на кровати и несусь на балкон. Едва выйдя на него, замираю, пребывая в шоке от увиденного. Цепляюсь пальцами за перила, чтобы не упасть.
На лужайке перед домом появились чужаки. Праздно шатающиеся дружки и подружки Джеймса замирают. Почти так же испуганно, как я. Но, наверное, им в десятки раз страшнее. Пришедших всего шестеро. Шестеро и главарь. Не так уж много, да? Но на лицах каждого из них повязан чёрный платок с изображением челюсти черепа. У некоторых на головах чёрные трикотажные шапочки, надвинутые на глаза. Я смотрю на них и чувствую, как сердце грозит выпрыгнуть из грудной клетки. Пришедшие стоят, ничего не делая. Руки засунуты глубоко в карманы просторных спортивных штанов. Но откуда этот
