– Если бы я была подозрительной, я бы решила, что вы меня соблазняете.
– Ну нет, милочка, я просто старался, чтобы вы простояли смирно достаточно долго и выслушали меня.
– О, я слушала внимательно.
– И по-прежнему думаете, что я старался вас соблазнить?
– Ну а что же это такое, если не соблазнение, все эти поцелуи и поглаживания?
Неплохо подмечено, подумал Лайам, глядя, как она очищает тарелки. Мысль о том, чтобы соблазнить Кайру, никогда не отступала далеко, и Лайам не мог непреклонно отрицать это. Однако на этот раз он всего лишь наслаждался вкусом ее кожи, гибкостью тела и тем, что она не очень злится.
– Я это делал не для того, чтобы вас соблазнить. – Он пожал плечами и улыбнулся. – Но мои губы оказались так близко к вашей прекрасной коже, что я просто должен был попробовать ее. У вас очень вкусная кожа, милочка. – Он ухмыльнулся, а она покраснела.
– Вот видите? Вы не можете без этого!
– Вообще-то я очень хорошо себя контролирую, поскольку несколько лет проучился у монахов, – спокойно сказал Лайам и пошел укладываться спать.
Кайра чувствовала, что разозлила, а может быть, даже оскорбила его своими подозрениями. Его мягкая лесть ее тронула, и она не смогла его высмеять. Для Лайама такие слова – пустяк, не более чем приятные комплименты, которые он разбрасывает, как капли росы.
Но как хочется позволить ему смягчить ее сердце словами и отдаться поцелуям, отбросив все предосторожности!
Она медленно покачала головой. Да, было бы чудесно обо всем забыть и кувыркаться с ним в вереске, познавая секреты страсти. Кайра не сомневалась, что Лайам Камерон знает много таких секретов. К несчастью, она не могла позволить ему научить ее: слишком много людей от нее зависят. В Арджлине ее давно ждут, надеются на спасение. Если Лайам узнает правду, может оказаться, что для людей, страдающих под сапогом Рауфа, пытка окажется вечной.
Лайам отвернулся к костру, и Кайра быстро приготовилась ко сну. Когда она завернулась в одеяло, он двинулся к своей постели, расположенной на расстоянии шага от нее, и начал раздеваться. Она поскорее зажмурилась. Кайра уже почти не злилась, зато была очень смущена, чтобы смотреть на какую-нибудь часть его чересчур красивого тела.
Хотя от ревности у нее все еще было горько во рту, многое из того, что сказал Лайам, она легко могла бы принять. Он свободный мужчина и может делать все, что захочет. В отличие от многих он следует замечательным правилам или пытается следовать, но… Кайре было трудно поверить, что такая женщина, как леди Мод, стала бы его преследовать без особой причины. Такая красавица должна быть слишком гордой, даже тщеславной, чтобы гоняться за мужчиной, хоть бы и очень красивым.
С ревностью надо было что-то делать. Она пожирала Кайру изнутри, подпитывала злость и страдание. Сейчас ей удалось от нее избавиться, но ревность легко может вернуться. Стоило Кайре подумать о Лайаме с другой женщиной, и это превращало ее в такую особу, которой ей совсем не хотелось быть. В конце концов Лайам от нее отвернется, а ей этого совсем не хотелось, хоть она и считала, что у них нет будущего. Пусть после того, как они расстанутся, Лайам вспоминает о ней по-доброму, как о хорошем друге.
Лайам посмотрел на нее и ухмыльнулся. Кайра из породы тех людей, кто всегда слишком много думает и смертельно тревожится, но сейчас ему не хотелось ее дразнить. Может, она обдумывает то, что он сказал? Лайам надеялся, что это придаст вес всему, что он говорил, и завтра он сможет начать за ней ухаживать, а потом даст понять, что будет ее защитником в борьбе за возвращение Арджлина.
– Спокойной ночи, моя нежная Кайра, – пробормотал Лайам.
Кайра в первый момент хотела резко отбрить его, но лишь проговорила: «Спокойной ночи, мой сладенький принц», – и злорадно усмехнулась. В эту игру можно играть обоим, решила она и была этим так довольна, что заснула без труда.
Глава 7
– Лайам! В ее шепоте было столько паники, что Лайам сразу проснулся. Схватив лежащий рядом меч, он подполз к Кайре и только тут сообразил, что они одни. Тогда что же произошло? Отчего глаза у Кайры стали большими, как блюдца?
– Никого. – Он вспомнил про ее особый «дар» и нахмурился. – Может, какое-то видение предупреждает вас об опасности?
– Нет, у меня что-то в волосах!
– Вы уверены? Ручаюсь, у старого Денни в кроватях нет паразитов.
– Это нечто гораздо большее, чем вошь. У него шерсть!
– Может, это мышь?
– Сбросьте ее с меня!
Удивительно, как можно тихим, шипящим шепотом выразить истерический вопль. Лайам положил меч и наклонился над Кайрой. Какое-то существо размером чуть больше мыши действительно возилась в ее волосах возле шеи.
Лайам вынул кинжал, примерился, но тут возня прекратилась и послышалось урчание.
– По-моему, их две, – сказал он.
Кайра прислушалась к звуку, раздававшемуся под самым ухом, и расслабилась.
– Тогда почему мурлычат?
– Мурлычат? Как кошка?
– Да, только не такая большая.
Когда Лайам вложил кинжал в ножны и осторожно, не уверенный в том, что урчащие существа угнездились в густых волосах, протянул руку, две пары глаз не мигая уставились на него.
Он наклонился ближе и усмехнулся.
– У вас в волосах котята, – сказал он и осторожно их вынул.
Кайра рывком села и уставилась на руки Лайама, где свернулись комочком два крошечных котенка.
– Как они сюда попали?
– В нескольких футах отсюда есть ручеек, и, возможно, их принесли топить, а они вылезли из мешка. А может, их просто выбросили, а уж будут они жить или нет – это как Бог даст. Ясно, что вы им показались теплой и безопасной.
Кайра взяла у него из рук котят и тихо засмеялась, когда они прижались к ее груди. Она обоих почесала за ушком, и они громко замурлыкали. Хотя Кайра понимала, почему люди избавляются от щенков и котят, когда их становится слишком много, ей это не нравилось. Она с улыбкой вспомнила старика Иена, который по доброте сердечной не мог делать такое и бдительно следил, чтобы женщины изолировали кошек и сук, когда у них начиналась течка.
Лайам вздохнул. Мало тоге что при одном взгляде на ее лицо ему хотелось его поцеловать, но, видимо, заодно теперь придется целовать и этих крошек. Прикусив губу, Кайра смотрела на него из-под ресниц, и его пронзило вожделение. Вот бы отобрать котят и вместо них уткнуться ей в груди!
Он еще раз вздохнул и покачал головой.
– Подозреваю, мы должны придумать, как их везти с собой, – сказал он, и Кайра одарила его такой прекрасной улыбкой, что у него сжалось сердце.
– О, спасибо, Лайам! – Она вскочила, но не выпустила котят из рук. – Я сооружу для них гнездо в своей седельной сумке из чего-то такого, чего не жалко, потому что они слишком малы и не сумеют сказать, что готовы испачкаться. – Она сделала два шага к кустам, но вернулась, передала Лайаму котят и вдруг поцеловала его в щеку, а затем быстро отошла.
