Читаем без скачивания Любовь как в сказке (сборник) - Вера Иванова

– К костюмам надо привыкнуть! Чем раньше вы их наденете, тем лучше. А то на сцене будете думать не о роли, а о том, как бы не запутаться в юбках и не споткнуться о шпагу.

Ворох одежды Анна Павловна аккуратно разделила на мужские костюмы и женские платья.

– Идите в комнаты и все примерьте! – скомандовала она. – Если кому-то надо что-нибудь ушить или расставить, я помогу.

– Мне наверняка ушить, – тяжело вздохнула Оля, крошечная синьора Капулетти, рассматривая доставшееся ей огромное бархатное платье.

– А вот мне не мешало бы расставить! – ворчала Кормилица, прикидывая на себя цветастый ситцевый сарафан.

К вечерней репетиции костюмы были подогнаны по фигурам, и актеры, облачившись в наряды давней эпохи, преобразились. Но если в нежной Джульетте еще можно было распознать Семечку, а в благородном Ромео – Петю Зуева, то увидеть в Тибальде Лену смогли не сразу. Мужской костюм как нельзя лучше подходил к ее мальчишечьей фигуре: волосы упрятаны под бархатным беретом, талию перетянул пояс со шпагой, а расшитый золотом и серебром камзол скрыл признаки пола.

А еще на репетиции случилось происшествие, изрядно развеселившее одних и огорчившее других.

Дневник Марины в этот вечер пополнился новой записью.

«Сегодня нам с Петей нужно было целоваться на сцене. Это так неловко, я даже не ожидала, что буду так себя чувствовать. Пашка разозлился, начал орать на нас, что мы не актеры и все такое. Я-то это понимаю, но поделать ничего не в силах – ну, не могу подойти к Петьке, и все тут! Словно ноги к полу приклеились. Тогда Пашка как заорет: «Да есть ли хоть одна нормальная девчонка в этой компании бездарей, которая может показать, как Джульетта целуется с Ромео?» Только он это спросил, мы еще даже дух не успели перевести, как вдруг Ленка выскакивает вперед в костюме Тибальда и говорит: «Я!» Пашка на нее уставился изумленно и переспрашивает: «Что – ты?» «Я могу показать», – сказала Ленка, подошла к Петьке, обняла его и начала с ним целоваться. И не как-нибудь, а по-настоящему, как на свадьбе, когда «Горько» кричат. Мы все так и ахнули. Даже Пашка опешил – явно не ожидал. Когда Ленка отпустила Петьку, наш режиссер похвалил ее и сказал, чтобы я брала с нее пример. Но я-то знаю, что он имел в виду! Достаточно было посмотреть на Петьку, чтобы это понять. Казалось, он вот-вот упадет в обморок. Вначале он был красный как рак, потом побледнел и даже слегка посинел.

После репетиции Пашка спросил меня, что удалось узнать у дежурных. Я рассказала ему про карты, и он после этого стал каким-то тихим и задумчивым. Даже на дискотеку не пошел! И меня до корпуса провожать не стал.

Но еще более странным было то, что я увидела, когда возвращалась. Я вначале даже глазам не поверила. Ленка и Петька опять фехтовали! На том же самом месте, что и накануне. Оба казались веселыми и довольными. И это после того, что случилось на репетиции?

У меня нет слов. Я просто убита! Неужели весь наш с Пашкой план рухнул?»

Вернувшись в комнату, Лена, как всегда, захотела поделиться сногсшибательными новостями с Мариной. Но та, укрывшись с головой одеялом, неподвижно лежала лицом к стене.

Может, спала, а может, и нет… В любом случае в этот вечер Лене так и не удалось поболтать с подругой.

Глава 14

Цена победы

Открытие чемпионата лагеря по футболу по торжественности и пышности не уступало чемпионату мировому, а по накалу страстей наверняка даже и превосходило его. Мест на деревянных трибунах, а также растущих вокруг поля деревьев оказалось явно мало для того, чтобы вместить всех болельщиков, и они, ни капли не смущаясь, расселись и разлеглись прямо на дорожках стадиона.

После речей начальницы лагеря и главного тренера Валентина Ильича начался первый матч – пятый отряд встречался с седьмым.

Настроение «пятаков» было неважным – сказалась неудачная тренировка накануне, да и соперники выглядели на редкость бодрыми и уверенными в себе.

– Сегодня встал с левой ноги, плохая примета, – вздохнул суеверный Серега Акулов. – И футболку надел наизнанку – значит, быть битым. В столовой дали тарелку с зеленой каемочкой, это не к добру. И стакан с чаем поставили справа от тарелки – к потерям. И вилка у меня два раза падала – к победе врагов. И спотыкался я на левую ногу – кто-то поминает недобрым словом. И чихнул в десять ноль пять – это к проигрышу. И…

– Хватит! Закройся, справочник! – приказал суеверному нападающему Петя.

Но Акула уже успел заразить остальных игроков мрачными предчувствиями, и упавшие духом «пятаки» готовы были заранее признать поражение.

Дебют группы поддержки состоялся в тот момент, когда судья свистком открыл игру. Наконец-то выяснилась причина странного поведения девочек из пятого отряда накануне – едва лишь началась игра, в их руках откуда ни возьмись появились плакаты, транспаранты и различные шумовые инструменты, включая «антиквариат» из пионерской комнаты – горн и барабан. Не отставали и другие ребята из пятого отряда – каждый вносил свой вклад в общее дело. Шум, грохот, радостные вопли достигли ушей приунывших футболистов «Пятака», и ситуация на поле вмиг изменилась.

Каждый, кто хоть раз в жизни выступал на сцене или принимал участие в соревнованиях – любых, даже дворовых или школьных, – знает, как важна поддержка активно болеющих за тебя фанатов. Одно дело – выступать в полной тишине, когда не знаешь, превознесут тебя сейчас или освищут, и совсем другое – чувствовать за спиной сплоченные ряды верных друзей, болельщиков, готовых радостно приветствовать твой малейший успех и разорвать в клочья ненавистных соперников. Помощь группы поддержки едва ли можно переоценить, и появление на трибунах сплоченной, тренированной группы поддержки «Пятака» сразу же изменило ситуацию на поле.

Если к началу игры перевес явно был на стороне «Акуны» и футболисты из седьмого, выбежав на поле, чувствовали себя «королями», то, едва только Симон скомандовал: «Начали!» – и девчонки хором выкрикнули первую кричалку, недавние короли заметно упали духом, а «пятаки», наоборот, почувствовали приток сил. Напутствуемые восторженными криками девчонок, они заметно взбодрились, плечи расправились, глаза заблестели, на лицах засияли улыбки.

– Хорошая кричалка в начале матча – суперская примета! – подняв руки со сжатыми кулаками в небо, возвестил Серега Акулов. – И пусть попробует сегодня кто-нибудь отобрать у меня мяч!

В эту же минуту нападающий «Пятака» завладел мячом и ринулся к воротам. Никто не успел даже толком понять, в чем дело, а мяч уже трепыхался в сетке за спиной вратаря «Акуны». Счет был открыт.

Стадион сошел с ума. Плакаты с боевыми кличами взметнулись вверх. Банки с камешками, пакеты-бомбы, расчески, горн и барабан заработали во всю мощь.

Лишь одна-единственная девочка казалась совершенно безучастной к драме, развернувшейся на футбольном поле. Сложив руки на коленях и уставившись в одну точку, она тихо сидела на скамейке посреди своих беснующихся подруг. Никто не замечал ее необычного состояния – никто, кроме одного-единственного человека. Тот, нахмурившись, то и дело бросал на нее озадаченные взгляды. Ее пасмурное настроение передалось и ему, но подойти к ней и разузнать, в чем дело, он не мог, потому что стоял на воротах «Пятака».

Воодушевленные «пятаки» почувствовали прилив свежих сил и снова рванулись к вражеским воротам. На этот раз мяч оказался у Пети – и он помчался через поле, набирая скорость. Деморализованные защитники «Акуны» были бессильны остановить его, лишь у самых ворот их капитан Витька Боровцев, тяжелый крупный парень по прозвищу Боров, все-таки исхитрился подобраться к идущему тараном нападающему и, врезавшись в него корпусом, выбить мяч прямо из-под ног.

– Чего варежки разинули! – прикрикнул он на защитников, добавив пару нецензурных выражений. – Еще раз прошляпите, урою, лохи!

Подстегнутые крепким словцом, защитники «Акуны» заиграли в полную силу и больше не допускали таких ляпов, по крайней мере, в первом тайме. Но и это не спасло бы их ворота от штурма и захвата соперниками, если бы не череда досадных ЧП, нанесших резкий урон обороне «пятых».

Полоса неудач началась в тот момент, когда Миша Мысин, один из защитников, неудачно подвернул ногу. Он попробовал было встать, но тут же, скривившись, снова сел на траву. Подбежавшая к нему врач помогла незадачливому футболисту перебраться на скамейку, а вместо него на поле выставили запасного – Андрюху Кравченко. А так как этот игрок был значительно слабее ушедшего, в обороне «Пятака» образовалась существенная брешь. Нападающие «Акуны» тут же воспользовались предоставленным шансом и всей командой бросились на ворота.

Паша не был готов к атаке. Мыслями он был накрепко привязан к скучающей на трибуне Марине. Почему она сегодня так не похожа на себя? Куда девались ее невероятная живость и искристая энергия? Всякий раз, бросив взгляд на трибуны, вместо неунывающей веселой девочки он видел поникшую, как сдувшийся воздушный шарик, фигуру.