Зои самым бодрым тоном. – Можно же, да, мам?
Мама снова вздохнула.
– Надо было нам с папой настоять на лагере – зря мы дали тебе право вето. Но мы думали, учитывая отъезд Алекса, что одно ленивое лето с семьёй и друзьями – хорошая идея.
– Так и есть, – решительно ответила Зои. Не могла же она отправиться в лагерь, бросив Бусинку, – особенно теперь, когда кругом настоящая охота на необычных животных. – Вы сказали, мне можно провести лето дома, если я не буду всё время бездельничать и у меня мозги не начнут закисать. А я и не бездельничаю! Строю крепость из коробок!
Звяк! Бряк! – раздалось из сарая.
– Ветер, – торопливо произнёс Харрисон.
– Белки, – одновременно с ним сказала Зои.
– Честное слово, я всё уберу, – быстро добавила Зои. – Совершенно не о чем беспокоиться.
Только не высовывайся, Бусинка!
Стараясь улыбаться как можно невиннее, девочка прислонилась к двери сарая.
Мама некоторое время смотрела на них с Харрисоном, явно подозревая, что дело нечисто – но столь же явно не понимая, в чём именно их надо уличить. А потом у неё запищал телефон. Очередной вздох.
– Сперва тебе котёнка захотелось, теперь переустраиваешь задний двор! Знаешь, я представляла себе куда более спокойное лето.
«Я тоже», – подумала Зои.
– Кстати, а где Бусинка? Ты же не оставила её без присмотра? – спросила мама.
Зои с Харрисоном переглянулись.
– Она у Харрисона дома.
– Да-да, с моей кузиной.
– Сурита обожает котят, – сказала Зои, надеясь, что маме никогда не доводилось обсуждать с Суритой её взгляды на котят, щенят и радуги. – Она просто счастлива возможности за ней присмотреть. И за нами тоже. Она за нами очень-очень бдительно присматривает. Так что никто из нас ни в какие неприятности не угодит.
– Отлично, – сказала мама. – И чтобы ни одних садовых ножниц на лужайке не валялось. И не пораньтесь о грабли или лопату. И не трогайте ядовитый плющ. Не играйте на проезжей части. Или со спичками. И не жонглируйте ножами.
На ходу отвечая на звонок, мама заторопилась обратно в дом. Когда дверь в кухню захлопнулась, сарай опять затрясся. Бряк, стук, дзынь. А потом сдавленное «Ой!».
Открыв дверь, Зои с Харрисоном увидели, что Бусинка, как царь горы, стоит на коробках, смяв добрую половину из них. Со стен сарая попадали садовые инструменты, гончарный круг завалился набок. Слетевшая с одной из полок коробка открылась, и книги рассыпались по всему полу.
Бусинка виновато смотрела на детей:
– Простите.
– Ничего страшного, – ответила Зои.
– А можно почитать какую-нибудь книжку? – спросила Бусинка.
– Конечно, – машинально ответила Зои, но тут спохватилась. – А ты умеешь читать?
Подцепив лапой книжку, Бусинка открыла её и принялась листать страницы когтем.
– Да-да, умею! – В её голосе звучал восторг.
Зои никак не могла решить, чему больше удивляться: что её кошка выросла такой огромной, что она разговаривает или что умеет читать. Она смотрела, как Бусинка внимательно вглядывается в текст, переворачивая страницы выпущенным коготком.
– Ладно, читай. А мы пока приберёмся. – И Зои начала разбирать завалы в сарае.
Харрисон вроде как помогал, но больше таращился в айфон.
– Выходит, она умеет говорить и читать… Это же новые данные! Они помогут нам разобраться, почему… Эй, смотри, в городе снова видели НЛП. Теперь за начальной школой.
Началка, в которой оба они когда-то учились, располагалась не так уж далеко. Зои надеялась, пудель поскорее переберётся куда-нибудь в другую сторону. Чего ей сейчас уж совсем было не надо – чтобы какая-то несуразная собака навела толпу прямиком на Бусинку.
Чем больше она обо всём этом думала, тем сильнее ей казалось, что одновременное появление в одном городе двух необычных животных не просто совпадение.
– Может, Неопознанный Летающий Пудель и Бусинка вместе сбежали из какой-то лаборатории, – сказал Харрисон, явно думая о том же. – Вдруг Бусинка – какой-нибудь научный эксперимент.
– Или кошечка какой-нибудь великанши, – предположила Зои, – и её хозяйка вот-вот слезет к нам по бобовому стеблю.
– Или она из команды какого-нибудь супергероя.
Бусинка подняла голову от книжки:
– Ни из чьей я ни из команды. И никакая великанша мне не хозяйка. Я принадлежу тебе, Зои. А ты мне. Ты сама сказала. «Ты – моя, а я – твоя. И я буду заботиться о тебе ныне и присно и во веки веков».
– Буду, – пообещала Зои. – Но пока мы не разберёмся, как тебе помочь, придётся тебе сидеть тихо и не высовываться. Сумеешь? Если тебя увидят, могут и забрать. В лучшем случае – зеваки разобьют лагерь у нас под дверью и будут осаждать нас день и ночь. А в худшем – вызовут полицию, солдат и…
– Зои, ты её пугаешь, – перебил Харрисон. – И меня. Именно поэтому она теперь и в сарае. Отличная была идея. Тут она в безопасности.
«А вдруг этого недостаточно? – подумала Зои. – Что нам делать тогда?»
– Я буду сидеть в сарае, – пообещала Бусинка. – Никто не узнает, что я…
Все разом подпрыгнули, снова услышав мамин голос:
– Зои, пора домой. Харрисон, тебе тоже.
Зои торопливо сказала Бусинке:
– Сиди тут. И не бойся. Здесь с тобой ничего не случится.
Бусинка шмыгнула в крепость из коробок и сунула голову в самую большую из них. Если заглянуть внутрь, всё её тело от шеи и ниже было на виду, зато морда в коробке.
Последний раз улыбнувшись киске, Зои выскочила из сарая. Харрисон закрыл дверь.
– Представляешь, каким было бы лицо твоей мамы, если бы мы рассказали ей, что в сарае сидит гигантская говорящая кошка!
– Мы же не станем этого делать, правда?
– Правда.
– Всё, больше никаких сомнений! – крикнула мама. – В новостях снова передают, что в городе снова видели летающую собаку, всего в полумиле отсюда. Рекомендуют не выпускать детей и домашних животных, пока опасность – летающая или бегающая – не будет устранена, ну, то есть поймана.
– Точно, нельзя никому рассказывать, – шепнула Зои Харрисону.
Вечером, пожелав маме, папе и Алексу спокойной ночи и дождавшись, пока в гостиной включат телевизор, Зои вылезла из окна спальни. Она была выше Харрисона и шире в плечах, так что ей оказалось сложнее приловчиться, но она справилась. Двор освещали полосы света из кухни. Зои осторожно прокралась к сараю.
Она постучала, а потом открыла дверь.
– Это я.
Бусинка выскочила ей навстречу.
– Ну наконец-то! Я тебя ждала, мне было так одиноко!
Она плюхнулась на травку, а Зои села рядом, запустила руки ей в мех и принялась гладить ей шею и щёки. Всё равно что пушистого льва обнимать.
– А откуда ты знала, что я приду?
Вдруг у Бусинки ещё и телепатия развилась?
– Я не знала. Но надеялась.
– Я всегда, всегда буду приходить! – твёрдо пообещала Зои. – Ты ведь моя кошка, а я – твой человек. Так и знай.
Стояла ясная летняя ночь, сквозь дымку проглядывали звёзды на небе, во дворе мерцали светлячки, стрекотали сверчки, мурлыкала громадная кошка.
– На улице здорово, – сказала Зои и вспомнила о летающем пуделе. Где-то он сейчас, и что он такое?
