Голос ее прервался, и она замолчала.
Чтобы дать себе самому и ей время успокоиться, Эверард промолчал и мысленно стал вспоминать карьеру Кейта Денисона.
Родился в Кеймбридже, шт. Массачусетс, в мае 1927 года, в обеспеченной семье. Докторскую степень за выдающуюся работу по археологии получил в двадцать три года. Победитель чемпионата по боксу в колледже, пересек Атлантический океан на маленькой яхте. Ушел в армию в 1950-м, служил в Корее и отличался храбростью, которая в более популярной войне принесла бы ему славу.
С Кейтом надо было достаточно сблизиться, чтобы узнать все это. Вне работы он судил о разных вещах с тонкой иронией. Когда же наступало время действовать, просто делал свое дело без лишних слов.
«Конечно, — подумал Эверард, — девушка достается самому достойному. При желании Кейт легко мог бы получить статус свободного агента. Но у него здесь есть корни, которых нет у меня. Наверное, он более постоянен».
Выйдя в отставку в 1952 году, Денисон завербовался по тому же объявлению, что и Эверард. Возможность путешествий во времени он осознал и принял легче и естественнее, чем большинство других: он обладал гибким умом и к тому же был археологом. После окончания Академии Кейт с радостью обнаружил, что его собственные интересы совпадают с нуждами Патруля: он стал Специалистом по древней истории индоевропейцев Востока и во многих отношениях считался более ценным работником, чем Эверард. Потому что свободный агент мог путешествовать во всех направлениях по трассам времени, спасая по павших в беду, арестовывая правонарушителей, охраняя неприкосновенность ткани человеческих судеб. Но что бы он делал без знания истории? За много веков до появления иероглифов существовали войны и путешествия, совершались открытия, последствия которых сказались на всем протяжении временного континуума. Патруль должен был знать о них. Изучать ход событий — в этом и состояла работа Специалиста.
«Кроме того, Кейт был моим другом».
Эверард вынул трубку изо рта.
— Ну ладно, Синтия, — сказал он. — Выкладывай, что произошло.
2
Высокий голос почти не дрожал — Синтия сумела взять себя в руки.
— Он прослеживал миграцию разных индоевропейских племен. Об этом у нас мало сведений. Приходится начинать с точно известного в истории момента, а уже оттуда двигаться назад. Поэтому Кейт и собрался в Персию 558 года до нашей эры. Он говорил, что это близко к концу мидийского периода. Ему приходилось расспрашивать жителей, перенимать их обычаи и нравы, затем отправляться в еще более ранний период и так далее. Но ты же все это должен знать, Мэнс, ты ведь однажды помогал ему, до того как мы встретились. Он часто говорил мне об этом.
— О, я просто помог ему в одном хлопотном деле. — Эверард пожал плечами. — Он тогда изучал древнейший путь одного племени от Дона до Гиндукуша. Мы представились их вождю как охотники, воспользовались его гостеприимством и пропутешествовали с племенем несколько недель. Это было забавно.
Ему вспомнились степи и огромный простор небес над головой, бешеная гонка за антилопой, пиршество у костра и девушка, чьи волосы горьковато пахли дымом. На мгновенье у него возникло желание прожить свою жизнь и умереть, как самому обычному человеку из этого племени.
— В последний раз Кейт ушел один, — продолжала Синтия. — У них там в отделении да и во всем Патруле вечно не хватает специалистов. Столько тысячелетий приходится изучать, и так мало коротких человеческих жизней, чтобы справиться с этим. Кейт и раньше уходил один. Я всегда боялась его отпускать, но он говорил, что в одежде бродячего пастуха, у которого и украсть-то нечего, он будет в меньшей опасности в горах Древней Персии, чем при переходе Бродвея. Но на сей раз он просчитался!
— Ты хочешь сказать, — торопливо спросил Эверард, — что он оставил Нью-Йорк неделю назад, чтобы собрать нужную информацию, доложить по своему отделению и вернуться к тебе в тот же день?
Потому что только слепой кретин может оставить тебя одну надолго.
— И он не вернулся?
— Нет.
Она прикурила вторую сигарету от окурка.
— Это меня страшно обеспокоило, и я попросила своего начальника выяснить, в чем дело. Он был настолько любезен, что послал запрос на неделю вперед, то есть в сегодняшний день, и получил ответ, что Кейт еще не вернулся. Информационный пропускной центр сообщил, что Кейт к ним не являлся. Его отделение ничего о нем не знает. Мы сверились с данными Главного управления. Они ответили, что… что… Кейт так никогда и не возвращался и что не найдено даже его следов.
Эверард медленно кивнул головой.
— Тогда, как я понимаю, и начался поиск, о котором имеются данные в Главном управлении.
«Изменчивое время допускает множество парадоксов», — в тысячный раз подумал он. Если вдруг, пропадал человек, из этого вовсе не следовало, что требовалось организовать его поиски, даже если где-то и было отмечено, что это произошло. Но какая еще есть возможность найти человека? Конечно, можно вернуться в прошлое и изменить ход истории так, чтобы в конце концов обнаружить его. В таком случае окажется: в истории «всегда» значилось, что дело было успешно завершено, и только ты один будешь знать настоящую правду.
Все это создавало большую неразбериху. Стоит ли удивляться, что Патруль с неудовольствием относился к любому, пусть самому незначительному изменению, которое даже не затрагивало основного хода событий.
— Наше отделение послало ребят в ареал Древней Персии расследовать это дело, — продолжал за Синтию Эверард. — Они только приблизительно знали, где и когда Кейт должен был появиться, верно? Я имею в виду, что он и сам не знал, где сумеет спрятать свой скуттер, поэтому не мог оставить точных координат.
Синтия кивнула.
— Но я не понимаю одного: почему они не нашли сам скуттер? Что бы ни случилось с Кейтом, скуттер пропасть не мог, он должен был находиться где-то поблизости, в какой-нибудь пещере например. Патруль располагает детекторами. Они должны был найти скуттер и уж отсюда вести поиски самого Кейта.
Синтия с такой силой затянулась сигаретой, что щеки ее запали.
— Они пытались найти скуттер, — сказала она. — Но мне объяснили, что это — дикая, холмистая страна, где очень трудно вести поиски. Ничего не вышло. Они даже не нашли следов. Конечно, если бы патрульные прочесывали местность час за часом, милю за милей, может быть, что-нибудь и получилось. Но они не осмелились. Видишь ли, этот ареал в критическом положении. Гордон показал мне выводы, которые они сделали, оценивая ситуацию. Я не поняла смысла всех этих обозначений и букв, но он объяснил мне, что это очень опасное время, лучше его не ворошить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
