— Ему девятнадцать. Не связывайтесь с ним, если не хотите иметь дело с полицией.
— Как раз этого-то мне сейчас меньше всего хочется.
— Вот и держитесь подальше от этого Роджера. Мой вам совет.
— За совет спасибо. Значит, не знаете Карпентера?
— Никогда о нем не слышал. Сожалею, но…
— Что ж, ладно. Сколько с меня?
Он уже расплачивался с барменом, когда в бар вернулся Роджер. С ним были еще два подростка.
— Ну как, нашли лодку? — спросил он Зака.
— Нет.
— А Карпентера?
— Нет.
— Ой, как обидно!
— Ага.
Зак собрал сдачу и вышел из бара. Взглянув через плечо, он увидел, что Роджер и его приятели последовали за ним. И вдруг он вспомнил, что в кармане у него сто тысяч долларов.
Он перешел через дорогу, идя на звук каллиопы, раздававшийся в высоком деревянном строении, и вошел в здание. Половину этого деревянного сооружения занимала монотонно вращавшаяся карусель. К карусели была протянута длинная деревянная «рука», украшенная кольцами, одно из которых, как предполагалось, было золотым. Наездницы — по большей части девочки-подростки — тянулись к золотому кольцу всякий раз, когда проезжали мимо. Девочки были большими знатоками этой игры. Каждый раз какая-нибудь из них, подкатывая к руке, быстро-быстро хватала кольца — пока ее лошадка двигалась мимо, девочка успевала сорвать с полдюжины колец. Монотонно вращалось колесо. Монотонно демонстрировали ловкость девочки, срывая кольца. Музыка каллиопы наполняла просторное помещение, создавая мнимую атмосферу карнавала. Зак понаблюдал некоторое время, затем отошел к прилавкам напротив карусели.
Мужчина выхватил сахарную вату из быстро вращающегося металлического таза — розовый пух, вздымающийся вокруг горелки.
— Я ищу человека по имени Карпентер, — сказал Зак.
Мужчина поднял голову:
— Вроде, не знаю такого.
— Он рыбак, — донесся из-за спины Зака голос Роджера. — Этот человек тоже рыбак. Бо-ольшой рыбак.
— Все равно не знаю, — продавец сахарной пудры старался не смотреть на Роджера, тем самым показывая, что лучше с ним дела не иметь.
— Спасибо, — Зак обернулся. Три парня загородили ему дорогу.
— Вы мешаете мне пройти, — заметил он.
— Разве? — отозвался Роджер.
— Ну, ну, ребята, — терпеливо произнес Зак.
— И куда же мы идем?
— Дайте пройти.
— С какой стати? Вы можете запросто обойти нас, — Роджер продолжал хамить.
Зак почувствовал, как у него сжимаются кулаки. Он заставил себя расслабиться и обошел парней, Роджер хихикнул у него за спиной. Зак уже направился к двери, когда услышал позади себя стук их ботинок по деревянному полу.
Возвращаясь назад к своей машине, он заглядывал каждый встречный бар и спрашивал о Карпентере. Никто не мог ничего сказать об этом человеке. И каждый раз, когда он выходил на улицу, его поджидали Роджер с приятелями.
Связываться с малолетней шпаной ему не хотелось. Было почти 11.30. Немногим более чем через два часа ему нужно быть на пароме. Перспектива уличной потасовки с юными хулиганами не очень-то прельщала его — ведь в Провиденсе его ждала Пенни, и жизнь ее зависела от того, успеет ли он на паром. Он упрямо шел к машине. Роджер с приятелями подошел к автомобилю, когда он уже поворачивал ключ зажигания.
Роджер вскарабкался на капот, как бы оседлав его. Оба его дружка уселись на правом крыле. Зак опустил стекло.
— В чем дело, ребята? — поинтересовался он.
— Мы хотим прокатиться, — ответил Роджер.
— Марш с капота, — приказал Зак.
— Прокати нас, дяденька рыбак.
— Вы заслоняете мне стекло.
— Ах, какая жалость, — воскликнул Роджер.
Зак вздохнул, открыл дверцу и направился к Роджеру. Едва он успел вылезти из машины, как двое парней спрыгнули с крыла, открыли дверь с противоположной стороны и забрались на заднее сиденье.
— Эй! — крикнул Зак. — Какого черта..? — Он вернулся к машине. Просунувшись внутрь и склонившись над рулевым колесом, он сказал:
— Ребята, мне совсем не…
Он взглянул через переднее сиденье. У противоположной дверцы стоял Роджер. В его руке был зажат «смит-вессон» 38-го калибра.
— В машину, рыбак, — скомандовал он.
Зак уставился на револьвер.
— Полезай, я сказал!
Зак сел в машину.
— Закрой дверь.
Он закрыл.
— А теперь давай сюда добычу, — велел Роджер.
— О чем это ты?
— О ста тысячах.
— Каких ста тысячах?
— Хочешь, чтобы мы их у тебя отняли, рыбак?
— У меня их нет, как же вы можете их отнять?
— Заводи машину, — приказал Роджер. — Поезжай прямо по улице, затем свернешь налево. Мы найдем место, где сумеем тебя убедить.
Зак завел «плимут» и через некоторое время влился в общий поток машин. Толпы народа на тротуарах покупали сувениры, «хот-доги», сахарную вату. Автомобиль медленно ехал по главной улице.
— Впереди на перекрестке — регулировщик, — предупредил Роджер. — Не вздумай дурить. Я умею обращаться с револьвером.
— Думаешь, я остановлю машину и начну кричать?
— Я бы не советовал.
— А почему бы и нет? Что мне терять?
— Собственную жизнь, — ответил Роджер.
— И ваши жизни тоже. Держу пари, что вы не такие глупцы.
— Что ты мелешь?
Зак резко остановил автомобиль и поставил его на ручной тормоз. Тут же сзади послышались нетерпеливые гудки.
— Давай, поезжай! — забеспокоился Роджер. — Черт побери, последний раз предупреждаю! Двигай свой тарантас!
— Ну, валяй, стреляй, — ухмыльнулся Зак. — Этот полицейский будет здесь через две секунды. Ну, стреляй же, болван!
Роджер колебался. Его лицо покрылось мелкими каплями пота. С заднего сиденья один из парней зашипел:
— Рог! Легавый уже подходит.
— Поезжай давай, сволочь! — закричал Роджер. Рука с револьвером затряслась. Регулировщик приближался к «плимуту», размахивая руками. Это был высокий, краснолицый мужчина. На его синей рубашке проступали пятна пота. Сдерживая ярость, еще больше краснея лицом по мере приближения, он быстро шагал к машине.
— Ты бы лучше… — начал было Роджер.
— Ты бы лучше убрал пушку, — посоветовал Зак, и Роджер тут же засунул пистолет в карман.
— Ну, какого черта встали? — спросил полицейский.
— Да вот высаживаю ребят, сэр, — вежливо ответил Зак.
— На самом оживленном перекрестке? Боже мой, у вас с головой..?
— Да они уже выходят, сэр, — извинился Зак. — Поторапливайтесь-ка, ребята. Мы задерживаем движение.
— Если вам надо выходить, так выходите! — рявкнул полицейский. — Ну, побыстрей!
Роджер бросил на Зака угрожающий взгляд, открыл дверцу и вылез из машины. Ребята с заднего сиденья поспешили за ним.
— О'кей, мистер, поезжайте! — махнул рукой полицейский, и Зак незамедлительно тронулся с места.
— До скорого, Роджер! — крикнул он через плечо, повернул налево и погнал автомобиль в сторону Эдгартауна.
Глава пятнадцатая
По дороге в Эдгартаун Зак попытался связать факты в единое целое. Стычка с Роджером ясно указывала на одно: он имеет дело с серьезными людьми. По всей вероятности, он столкнулся с чем-то вроде организованной группы, группы, которая имела возможность нанимать местные таланты для выполнения грязной работы. Теперь, когда это ему стало известно, он задался вопросом, сколько же местных жителей замешаны в смерти Мэри, смерти Ивлин Клауд, похищении Пенни. Сто тысяч долларов — большая сумма, а убийства, бывало, совершались и за меньшие деньги. Но откуда у простого рыбака взялись сто тысяч долларов? И каким образом Роджер так быстро узнал о деньгах? Причастна ли к этому Энн Даброу? Она, в конце концов, была единственным человеком, кто видел его в доме Клаудов сегодня утром, и предлог, которым она объяснила свое появление, выглядел неубедительным. А если она приехала туда в поисках денег…
«Погоди-ка минутку, — сказал он себе. — Начни все сначала. Постарайся мыслить логически, проще. Сопоставляй факты».
Факт: Моя жена Мэри утонула в прошлом году в бухте Менемша.
Факт: В письме Ивлин Клауд говорится, что это не было несчастным случаем.
Факт: Ивлин Клауд была убита светловолосым человеком с медальоном.
Факт: Джон Клауд скрылся вместе с сыном. Но перед этим он оставил сто тысяч долларов, спрятав их в банку с краской.
Факт: Фредди Бартон — моряк.
