взял её руку, и опять поцеловал с двух сторон. И опять воспоминание о Сергее кольнуло ей сердце…
В аэропорту Владивостока был коллапс. Оказалось, что им повезло – они проскочили до запрета на полёты. Войдя в вестибюль аэровокзала, растерялись от такого скопления народа.
– Так, ребята, гуськом за мной, чемоданы надо получить, – скомандовал их предводитель.
Он взял Елену за руку, уже не спрашивая, и потащил вперёд. Оставив их получать багаж, Игорь Николаевич куда-то отлучился, приказав не сходить с этого места. Лена стащила свой чемодан и отошла в сторону. Стало жарковато. Она сняла шапочку, расстегнула шубку. И вдруг, защемило сердце, перехватило дыхание. Какая-то тоска накрыла её с головы до ног. Что это? Елена стала оглядываться, словно ища кого-то. Глаза испуганные, лицо бледное и губы, пересохшие мгновенно.
–Что с тобой? – Костик смотрел на неё вытаращенными глазами.
– Что? Что? Тебе плохо?– Игорь Николаевич схватил девушку за плечи, он перешёл на ты механически, как чувствовал в тот момент.
– Ничего, уже всё хорошо.
Алиска заливала ей в рот воду, Женя усадил на чей-то чемодан. А она всё оглядывалась…
В соседнем терминале группа мужчин в камуфляже, обмундированные с головы до ног, готовились к вылету. Они были всепогодны. Среди них Виктор и Сергей. И Виктор заметил в своём друге совершенно не свойственные ему изменения. Столетов явно не мог унять какую-то тревогу, волнение. Он часто дышал, облизывал пересохшие губы.
– Ты что?
– Да так, показалось.
– Что показалось?
– Да отстань, – огрызнулся Сергей и уставился в стену, разделяющую два терминала.
Между ними тогда было всего несколько метров. И стена. Глухая стена.
Костик, Алиска, Женя, Женечка и Елена сидели в маленьком ресторанчике на воде, куда их пригласил Игорь. Теперь они его так звали. Практика подошла к концу, пора было собираться домой. Они очень много работали, познакомились с дальневосточным краем, благодаря экскурсиям и поездкам, организованным для них Игорем. Последние дни просто отдыхали, наслаждаясь летом, морем и морепродуктами, к которым их пристрастил всё тот же Игорь. И уже всем стало понятно давным-давно, что этот 37-летний мужик влюбился, как мальчишка. В Елену. Он не мог её отпустить. Просто, не мог. Как он будет без неё? Без её голоса, хихиканья, без её ручек, таких нежных и красивых, без запаха её волос, просто её запаха, который он впитал в себя за эти месяцы. А то, что произошло тогда, на палубе, это что? Как забыть?
Они шли на небольшой яхте на Камчатку. Было ещё холодно, но солнце светило по-весеннему. Всё уже было сделано, оставалось дождаться решения по их проекту. Решили это время использовать для обещанного посещения гейзеров. Но путь был не близкий. Сначала долго ехали, Игорь по пути рассказывал и показывал всякие достопримечательности. Добравшись до яхты все немного устали и спустились в кубрик отдохнуть. Елена, последнее время какая-то грустная, даже ехать не хотела, нашла себе место на палубе и сидела под кучей пледов, уставившись вдаль. Игорь принёс ей шампанское, сел рядом.
– Тебе не холодно? – спросила она.
– Нет. Я человек бывалый, знаю, что на себя пялить. Это вы меня не послушали. Теперь вот сидите или в кубрике, или как ты.
– Мне совершенно не холодно. И очень нравится вот так смотреть на море, на птиц. И делать ничего не надо, и даже думать ни о чём не хочется. Девочка и море, -хихикнула Лена. – И знаешь, я уверена в нашем проекте. Ведь нам помогал сам Игорь Николаевич Борисов- владелец заводов , портов, пароходов. Большое тебе спасибо за нас. Большое-пребольшое. За тебя! – и залпом осушила бокал.
– Хочешь, устраивайся рядом.
Игорь поправил на ней плед и залез с другой стороны. Девушка положила голову ему на плечо, а он взял её руки. Как он их любил, её ручки. Вот так бы на всю жизнь…
И там, на долине Гейзеров, он всё время искал ленину руку . Чтобы рядом была…
По возвращении они узнали, что их проект принят. И вот теперь сидели и ждали, что скажет их Игорь Николаевич. Им уже предлагали работу со всех сторон, но они ждали Борисова.
Он пришёл. С цветами для девочек, с бутылками для мальчиков. Улыбаясь во весь рот, торжественно произнёс
– В вашем городе открывается представительство нашей фирмы. Отдел дизайна будет возглавлять Константин Самохвалов. Во Владивостоке такое же место предлагается Елене вместе с предложением стать моей женой.
Все обалдели. Хотя чего-то подобного и ждали.
Игорь встал на колено и открыл коробочку с кольцом. Бриллиант сверкнул как молния. Рассыпанные на тёмном небе мириады звёзд как будто отразились в этом камне.
– Леночка, я не жду от тебя ответа прямо сейчас. Просто не могу больше молчать. Я люблю тебя и хочу стать тебе мужем. Пожалуйста, надень. Это подарок. Он ни к чему не обязывает.
Лена завела руку за спину.
– Я не могу. Это очень дорого. Меня не поймут мои родные, папа, мама… – залепетала она.– И потом, всё это очень… как-то…
– Прошу тебя, не думай сейчас ни о чём. Просто прими, как данность, что есть один человек, который за тебя весь мир отдаст, – и осторожно вытащив руку девушки, надел ей кольцо и поцеловал. С двух сторон. Как всегда.
– Ура,– завопили все.
– Шампанского, – завопил Игорь. – Как же я благодарен судьбе, что зашёл на вашу выставку. А ведь не собирался. Чистая случайность. Запомните, ребята: в жизни ничего не бывает просто так.
Он ещё что-то говорил, и всё время целовал ей руки.
А Костик смотрел на Елену, смотрел во все глаза. И ничего. Ничего не отражало её лицо. Просто улыбалась. И как будто что-то припоминала…
Игорь не отпустил Елену одну. Они прилетели вместе. Последние дни до отлёта много гуляли, он ей показывал свои любимые места, дарил цветы, конфеты пачками, что-то всё время покупал. И целовал. Когда это случилось первый раз, они гуляли около воды. Лена всё куда-то залезала, Игорь стягивал её то с больших валунов, то с подмостков, то просто оттаскивал от воды. А когда она решила пройтись по перилам, он просто испугался. Стянул её и…поцеловал. Очень нежно, как маленькую девочку. И она в ответ потянулась (Игорь был очень высок, гренадёр, прямо). Он поднял её, как куколку, и уже по-настоящему впился в её губы.
И повторялось это при каждом удобном случае. Там, где их никто не видит. У Борисова был пунктик – нельзя такие интимные вещи выставлять напоказ. Вот только в самолёте не выдержал: весь полёт не выпускал Елену
