шкатулка с низкоуровневыми кристаллами, аптечка, комплект метательных ножей, банка я ядом… и кое-что по мелочи, что приготовила Элизабет на случай внезапной эвакуации.
Кладу в рюкзак газеты и убираю в кольцо. Приходится изрядно сосредоточиваться, чтобы открыть его, поэтому заранее достаю из него самый лёгкий из мечей. Он максимально похож на тот, с чем мать учила Алана фехтованию. Пока буду использовать то, что привычней для моего тела.
Если он станет моим основным оружием, то когда научусь быстро пользоваться кольцом, всегда буду призывать из всей кучи оружия именно его. В кольце, кстати, шесть мечей разной длины. Но инвентаризацию придётся отложить на потом.
Спускаюсь в подвал. Открываю железную дверь с кодовым замком. Вхожу в пустое, метров шесть в ширину, десять в длину, помещение подвала.
В левой руке лампа, в правой меч. Свечу на покрытый трещинами, сотрясающийся от ударов пол. Раньше он был из утрамбованной земли, на которой стояла старая мебель и куча барахла ещё от предыдущих жильцов.
Но когда призрак матери велел закопать здесь своё тело, Алан вынес из подвала весь мусор. А пол, вместе с могилой, залил жидким камнем. Это аналог нашего бетона, только в застывшем положении более гладкий и красивый. Бывает разных расцветок. Алан использовал похожий на белый мрамор.
И вот пол, наконец, лопнул. Из протянувшийся от стены до стены трещины показалась рука. Она с лёгкостью отломила большой кусок каменного пола десятисантиметровой толщины и аккуратно отложила его в сторону. Как будто вылезающий не хотел шуметь больше необходимого. Это явно противоречило моей гипотезе, что ритуал просто оживил труп Элизабет, но он долго не мог выбраться из-под пола. В этом случае я имел бы дело с обычным безмозглым зомби. Точнее телом без души, ведь мозг то у него был, хоть и гнилой.
Меж тем, тело матери Алана вылезло окончательно и встало передо мной, не обращая внимания на светившую в лицо лампу и готовый снести ей голову меч.
Грязно-белое платье и длинные чёрные, если, не обращать внимания на пыль, спутанные волосы.
Не, на обычного зомби она не похоже. Уж слишком сильно глаза светятся зелёным.
— Ты кто такой? — спрашиваю у захватившего мёртвое тело духа. — Я тебя не звал! Иди на хрен!
— Имя мне, — говорит он гулким голосом, — Смерть. Разрушитель миров!
Что-то это мне сильно напоминает? О, вспомнил.
— Ты, — удивлённо и чего уж, довольно невежливо тычу ему в лицо остриём меча, — Оппенгеймер?
Глава 7. План ведьмы
Согласен, невежливо при первой встрече тыкать заточенной железкой в лицо. Но тот, кто косплеит либо отца ядерной бомбы и западной демократии, либо того, кого косплеил уже он, заявив, что «стал Смертью, Разрушителем миров»… Кстати, подозреваю, что именно последнего имели ввиду культисты Чёрного лотоса… Так или иначе, а уважение к подобному клоуну явно излишне.
— Ты знаешь тайное имя Повелителя Бездны? — удивлённо отшатывается от меня мертвец.
— Конечно, — отвечаю на автомате. — Мы с ним лучшие друзья!
Не понимаю, кто тут кого троллит. Но лучше разобраться, прежде чем махать мечом.
— А ты, значит, тоже знаешь это имя? — спрашиваю, наступая на продолжающего пятиться одержимого зомби.
— Теперь знаю, — кивает, упёршись спиной в стену.
— А почему представился чужим именем?
Что-то он задумал. Но нападать первым в непонятной ситуации не стоит.
— Я слышал имя, кого хотели призвать те неучи! Но энергии от двух смертей для призыва Повелителя, это просто смешно! И оскорбительно! Вот я и подумал, что выйду к ним и проучу.
Он явно ощупывает стену за своей спиной. Хочет сломать? Так за ней земля… Те смерти, что он почувствовал, это два убитых мной культиста. Их тела упали в круг, где стоял бык для жертвоприношения. Я так и не обдумал особенности сорванного ритуала. Не до того было. Надо бы использовать этого духа, чтобы разобраться. Он явно стоит на нижних ступенях иерархии этой их Бездны, чем бы она ни была. Иначе бы не заинтересовался таким бедным приношением.
Но только я сформулировал подходящий вопрос, как пришелец нащупал-таки на стене незаметный выступ, надавил на него и юркнул в открывшуюся тайную дверь.
Да, я не подумал, что он освоит память Элизабет и сможет ей воспользоваться. О подземной ходе Алан ничего не знал. И бросаться в него очертя голову не стоит. Там вполне могут быть ловушки. Не говоря уже о том, что зомби может устроить засаду в лучших традициях Вьетконга. Но идти следом надо. Возможность расспросить того, кто получил память моей официальной мамы упускать нельзя.
Но, чёрт возьми, не хочется быть настолько предсказуемым, бросаясь в погоню. Предсказуемость в битве равна поражению, по крайней мере, в битве с умным противником. А он явно умён. Так быстро обыграть мою шутку, заговорить зубы и уйти от невыгодного боя. Я ведь без проблем бы его победил. Он силён, но не быстр и безоружен. И пока я тут туплю, он уже должен был составить план боя.
Можно ли сделать предсказуемое преследование непредсказуемым?
Был такой случай в истории, когда англичане воевали с американскими индейцами. Их полк должен был пройти через лес, в котором кишмя кишели враждебные племена. А учитывая, что английские солдаты скрытно ходить по лесу не умели, то командование логично ожидало засад за каждым деревом.
И их командир придумал выход. Раз его солдаты не могут в скрытность, то он решил довести их заметность до абсурда. Они двинулись через лес колонной под звуки десятков труб и больших барабанов. Все местные племена были от этого в таком ужасе, что сразу захотели заключить мир.
Вхожу в подземный ход и спокойно иду, освещая лампой длинный тёмный коридор. Его стены, как и пол подвала, покрыты застывшим камнем, но более дешёвого вида, сделанного под чёрный гранит.
Чувствуя себя Фредди Крюгером, играющим со своей жертвой. Только вместо ножей для масла у меня по стене громко скрежещет меч. Затуплю его, но психическая атака важнее.
Если чувство направления меня не обманывает, я движусь под нашу центральную площадь. Под небольшим углом вниз. Чем Элизабет там занималась?
Подземный ход закончился рукотворной пещерой. Света лампы не хватало, чтобы осветить всю, но сейчас достаточно видеть, то, что находится в центре. Большую светящуюся золотом пентаграмму, и пытающегося стереть её зомби.
Он или правильнее говорить она (?) стояла на четвереньках и руками пыталась расколоть камень. Да, тут пол был побогаче. Чёрный, отполированный до блеска мрамор. Линии пятиметровой звезды сверкали золотом. Наверняка алхимическим. А в центре пентаграммы лежало небольшое
