– Я могу вас подвести, – предложил Амин.
– Ты вино пил, – поставил его на место Демьян.
А Демьяна уже уважали и согласились, что никуда Амин не поедет. Но он расстроенный вызвался нас проводить.
Вечер был морозный. После сильной влаги, город казался серым, а дороги чёрными. От фонарей по асфальту, как по реке лунная дорожка, стелились длинные, светлые следы.
И, несмотря на всю угрюмость поздней осени, возле шашлычной стояли весёлые люди. Приветливые, кто курил, кто делал мне комплементы. В караоке редко встречаются люди, которые знакомы с вокалом. Так что я блеснула!
– Прикинь, ты бы одна поехала? – рассмеялся Демьян, встав напротив меня. – Они бы тебя съели.
– Не надо врать! – возмутилась я. Но понимала, что компания южных мужчин была бы мне в тяжесть. – И что привязался?
– Чтобы не украли. Закатали бы в ковёр и вывезли в загс.
– Дурак, – буркнула я. – Ты просто приревновал.
– Это ты к Лине ревнуешь, – хитро покосился на меня Дёмьян.
– Конечно, ты же ходок по женщинам бальзаковского возраста. В Москве жил со старухой. И Лина призналась, что вы любовники.
– Это что за бред?! – возмутился Дёма и ещё громче рассмеялся. – Ты прекрати сплетни бухгалтерии собирать.
– А ещё ты трус и слабак,– бросила ему в лицо.
Улыбка сошла с его лица, и он, как Дима, чуть склонив голову набок, пристально уставился на меня.
– С чего такие выводы? – прошипел он.
– Побоялся отцу сказать, почему липнешь ко мне, – разозлилась я.
– Я не отца побоялся, а твоей нерешительности! – взорвался Демьян. – Откуда я знаю, что ты чувствуешь? Ты ничего не говоришь, на ласки не отвечаешь, драться лезешь! Мне приятно будет, если я отцу скажу, а ты посмеёшься? И укатишь к своему Паше кобелю!
– Не посмеюсь! Я Димы боюсь! И твоих эскортниц! У тебя их раком до твоей Москвы не переставить!
– А у тебя?! Паша твой кобель прыгает на всё, что движется. На свидание собралась, вечер с шестью мужиками проводить!
– Вы не родные брат и сестра.
И тут я вспомнила, что рядом Амин. Парень стоял немного офигевший от наших разборок.
– Не родные, – утвердил Демьян. – И у нас уже пять лет, как любОФ.
– Папе так же скажешь? – усмехнулась я.
– Скажу, если отработаешь восемьдесят тысяч.
– Я не могу весь спектр! Я девственница, так что лучше наличными…
Дёма рот раскрыл, чтобы ответить, да так и остался стоять, выпучив на меня глаза. Амин беззвучно усмехнулся. И теперь два мужика пялились на то, как сильно краснеют мои уши и пылают щёки.
Ну и что? Когда мне было с моими врачами и тотальным контролем мамы гулять и любовников себе искать? Я можно сказать, только жить начинаю. А тут эти двое…
Так пристально смотрят.
– Неожиданно, – собрался с мыслями Демьян. – Не вспоминаем больше восемьдесят тысяч, они замазали нашу репутацию.
_______________
Песня Верки Сердючки "Всё будет хорошо".
Глава 16
Амин сказал, что если у меня со сводным братом ничего не получится, то он ещё раз пригласит меня на свидание, только без его родни. Я его обнадёживать не стала, но пообещала математику дать списать.
Я на крыльях любви летела на работу.
Даже в столовую не заглянула. Аппетита не было, зато было много сил. У меня поставлена мысленная цель – стать элитной бухгалтершей, как Лина. Чтобы все ахали, какая я вся нужная и опытная.
Тихо со всеми поздоровалась и села за своё рабочее место. У меня уже на столе куча папок лежала.
«Моя малышка на работе?»
Сердце замерло от такого сообщения. Жизнь наполнилась желаниями, мир яркими красками. Я вначале его восемь раз прочитала, а потом только смогла отправить ответ.
Да. Грустно. С такой сильной влюблённостью работницей года не стать.
«Не мешай, работаю», – отправила Демьяну сообщения, а сама чуть не лопнула от счастья.
Огляделась по сторонам. Фифа за мной присматривала. А я украдкой выглянула из своего уголка, чтобы посмотреть на начальницу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Лина сменила тактику. Волосы светлые распустила. Надела красивый синий костюм под цвет глаз. Губы были накрашены ярко-красной помадой. Со мной поздоровалась. Молча, сидела за своим столом, с прямой спиной.
К Лине пришли. Три новые работницы, документы которых она просматривала. Они были в возрасте, и Лина очень уважительно с ними разговаривала, без лести и мягкости в голосе. Очень интересная позиция. Такой я Лину Максимовну ещё не видела. Очень деловая и рассудительная.
Если бы не липла она к моему Демьяну, я б её даже уважать начала.
Я села работать. Решила выполнить все отчёты как можно быстрее, составить справки на отпуска. А потом, я обязательно вернусь к невидимой печати. Я хочу так же, как Лина, не глядя на клавиатуру, выдавать текст. Уже пробовала, не очень получилось. Но это дело практики.
Мимо моего закутка прошагал высокий статный мужчина в чёрном камуфляже, при пистолете в кобуре. Господин Башкиров, начальник нашей охраны. Выглядел он намного старше Лины, хотя они одногодки. В руках нёс одну маленькую бардовую розочку.
Мы с Фифой на стульях выкатились в проход, чтобы лицезреть, как отреагирует наша начальница.
– Добрый день, Лина Максимовна, – у Башкирова грубый бас.
– Просьба не отвлекать, – строго заявила Лина, даже не взглянув на начальника охраны.
Но Башкиров мужчины непробиваемый. Спокойно отошёл к кулеру, набрал в пластиковый стакан воды. Воткнул туда цветок и поставил Лине Максимовне на стол.
– Я приду, когда вы станете чуть свободней, – он умел держать себя в руках. Лично видела, какой он в деле. Так гоняет подчинённых, они из тренажёрки мокрые выползают.
Строгий, немногословный. А нате вам! Лина понравилась.
Нам с Фифой оставалось только хихикать втихаря. Проводили Башкирова взглядами.
Мне позвонил Паша. Обычно он меня не беспокоил. Иногда высылал фото. Особенно, когда на море ездил. И я ему в отместку, что-нибудь вызывающее или смешных картинок кучку. А так, чтобы созваниваться – это впервые.
– Да, – строго ответила я, зажимая телефон плечом и ставя на распечатку двадцать листов со справками.
– Ириска, пошли на свидание, – предложил Павлик печальным голосом.
– Я работаю, – ответила я, а сама скривилась лицом и высунула язык. Вот чего точно делать не хотелось, так это с Егоровым встречаться. Хватит того, что я за него замуж…
Не пойду замуж! И надо об этом ему сказать.
– Пошли, – занудно протянул голос в трубке. – Никого видеть не хочу. Посидим скромно, пообщаемся.
Так и вспомнила вчерашнее свидание. Скромно, блин, меня хотел Амин выгулять.
Не хотела я идти на свидание с Пашей К, но он так мило меня уговаривал, что я не удержалась. Решено, скажу ему, что свадьбы не будет.
– Ладно. Приезжай ко мне в семь вечера, – сдалась я. – Только на пару часов.
– Отлично, – похоронно ответил Егоров и отключил звонок.
Тут же пришло сообщение от Демьяна: «Малышка, выйди на лестницу».
Я собрала все справки и подошла к Лине, сдавать на подпись. А начальница выдала мне факсимиле и пальчиками показала, чтобы я близко к ней не приближалась.
Я быстро печатью набила подписи. И, оставив папку на столе начальницы, мышкой сбежала из кабинета.
Но Фифа всё равно заметила, а значит, стуканёт.
Мне всё равно!
Я бежала окрылённая!
На крохотное свидание с Демьяном. С самым любимым, долгожданным и от этого бесценным.
Мимо лифта к тяжёлой двери, что вела на лестницу. Очень спешила.
Только вбежала на лестничную клетку, как оказалась в руках Демьяна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
За сутки он мало спал. Под глазами были тёмные круги, а щетина на лице медленно превращалась в бороду. И то и другое почему-то его делало краше, интересней, и я на мгновение залипла на его красивом лице.
Он прижал меня к себе и, не дав опомниться, припал к моим губам.
