Со стороны реки с бараньим блеянием и радостными криками мальчишек появилась наша младшая группа во главе с толстяком Шонком.
Вот так кривоногий! Он что у нас теперь — предводитель дворянства?
— Смотри, — казал я Чиену. — Мужик впереди отряда — это наш интендант Шонк. Он тебя поставит на довольствие. А вот чем я тебе смогу заплатить — пока неясно. Вайгальцем платит начальство, а ты — вроде как в эту ведомость не вписываешься.
— Ничего, — кивнул Чиен, оценив шутку. И подыграл. — За еду пока поработаю.
Он меня понял правильно. Мы с ним померялись авторитетами и пришли к консенсусу: главный тут я. Но если он не будет качать права, то и я не буду. Не гордый.
Такие как Чиен мне были сейчас очень нужны, особенно опытные и с запасом терпения. Мальчишки же. Они кому хочешь мозг вынесут.
Стадо подростков и баранов вторглось в лагерь, и я понял, почему его возглавляет Шонк.
Нагай, что должен был идти за младшими к водопаду, ещё пил чай, закусывая вчерашним мясом.
Мальчишки выдвинулись без спроса. И опасались, что им за это влетит.
Потому и толстяка пустили вперёд. Всё-таки он был единственным взрослым, не растерявшим авторитета. Стражники на такое уже не годились.
Надо было что-то делать с этой вольницей, никакой дисциплины. Я пошёл им навстречу, прикидывая, как достучаться до радостных малолеток без рукоприкладства?
Нагай опередил меня. Он бросил мясо обратно в котёл и в два прыжка оказался перед мальчишками.
— Кому сказал, ждать сигнала! — взревел он и начал раздавать подзатыльники.
Я фыркнул и остановился. Похоже, охотник тут и без меня разберётся.
Нагай оказался таким же крутым, как его старший брат. Просто не ораторствовал попусту, а сразу делал.
А я-то думал, что он ещё малой, командовать не умеет…
Умел. Зачинщиков вычислил сразу. Надавал оплеух. Подключил к хозработам. Остальным разрешил отдыхать — всё-таки они несколько часов шли пешком.
Я не стал вмешиваться, но зарубочку себе на память поставил: Нагай тоже способен командовать, можно эксплуатировать.
У меня же появилась другая задача — войлок. Младшие притащили его обратно, а наша юрта была уже неплохо покрыта корой. Не без изъянов, конечно, но так даже лучше.
Интереснее было соорудить рядом вторую, для жилья. А эту, типа «аил» — оставить как место для совещаний.
В ней оказалось много дырок, и потому она была светлее. Можно было там сходки устраивать, чтобы не палиться под открытым небом, раз над нами постоянно летают колдуны.
Работы по лагерю мы завершили к полудню. Только тогда я смог усадить обедать разом всю банду. Устроил инструктаж, познакомил с новым учителем фехтования и предъявил старого.
Да, мы всё-таки решили ночью вопрос с Йордом. Печать снять не удалось, но наставника так поразило белое сияние, вырвавшееся из моих рук, что мы сумели договориться.
Йорд поклялся, что здесь, вне города, когда ему не может приказать Наяд или колдуны высокого ранга, он готов полностью подчиняться мне. До тех пор, конечно, пока это не вступит в противоречие с печатью. Но там уже он себе не волен.
В конце концов, ему и приказали обучать подростков. И он будет их обучать, выполняя приказ. Остальное — нюансы.
Йорд имел право назначить юным всадникам командира, и он готов был терпеть на этом месте меня. Готов был подчиняться моим приказам.
Мы с Шасти согласились. Сколько его ещё можно пытать?
Ну да, Йорд — бомба замедленного действия. Но ведь всегда остаётся простое решение — выхватить меч и воткнуть в живот.
Почему — в живот? Мишень крупная, не промахнусь.
Наставник Йорд в свою очередь согласился предупреждать меня сразу, как только ощутит давление печати.
Поверил ли я ему? А почему — нет? Лицо у Йорда, увидевшего кристально-белый свет, было потрясённое.
У Шасти, кстати, тоже. Она сказала, что слышала только сказки о детях Тенгри, путешествующих по земле в облике белых зайцев. Они и были носителями белого света. В сказках.
— Ведь удивительно, — сказала она, сияя как солнышко, — что ты сразу назвался здесь зайцем, Кай! Это — промысел неба, я знаю!
Я промолчал, чтобы не портить ей радость. Хотя ничего удивительного в нашей с Ичином придумке про зайца не было.
Я был нормальным серым зайцем, без всяких вывертов. И вдруг стал белым.
Если бы мы сразу подумали про символику, на этом можно было бы неплохо сыграть. Но события сами сложились так, что мне пришлось экстренно побелеть.
Вот же засада. Сияние не сливалось в молнию. И вообще ничего полезного из него выжать не удалось.
Но Шасти была в восторге. И я решил, что пусть радуется.
Йорд отоспался как раз к обеду, и я его предъявил у костра. Велел слушаться.
Наши крылатые волки всё ещё не вернулись, и после обеда Чиен предложил расчистить площадку для фехтования, чтобы заняться самым простым — проверкой, успели мальчишки научиться чему-то, или надо начинать с самых азов.
Это было справедливо, и Йорд возражать не стал. Он не мнил себя великим мечником. Хотя на мой взгляд — сражался получше многих.
Парни быстро очистили площадку от камней. Встали в пары, как я учил.
Фехтовальщик начертил на земле круг, разделил на шесть секторов и воткнул в центр палку — примитивные солнечные часы.
— С непривычки вам будет трудно держать нужный темп, — предупредил он парней. — Я буду требовать, чтобы вы двигались быстро, я хочу увидеть вашу выносливость. Но когда тень упадёт вот сюда… — Он положил камушек в следующий сектор. — Будет отдых.
Я подумал, что два часа многовато пока, но местные парни выносливые, справятся.
— Ну а ты чего заскучал, заяц? — спросил меня Чиен. — У тебя тут и пары не было?
Я огляделся — все парни на
