отказываться не стал.
Я видел — он соскучился по работе учителя.
— Они способные, — сказал я. — Разные. Но без гонора.
— А тот, что сбежал?
— У нас с ним сразу как-то отношения не сложились.
— То есть? — уточнил Чиен.
Как бы ему рассказать, чтобы это было не похоже на жалобу?
— Ну… — замялся я. — Йорд в первый же день назначил Байсура главным, и ему не понравилось, что на самом деле командую я.
— Это — дело обычное, — согласился Чиен. — А сбежал-то он почему?
— Хотел решить вопрос быстро — напал на меня ночью с ножом. Я пообещал ему поединок: мол, утром — убью. Думал, раскаяния, что ли, добиться. Чтобы извинился мерзавец. А он струсил и удрал.
— Он набросился на тебя ночью с ножом, а ты хотел, чтобы он извинился? — Чиен уставился на меня, как на больного. — Ты сумасшедший, Кай из рода… Кто ты на самом деле?
— Спасла меня женщина из рода барса, — пояснил я. — По нему и считай.
— Ну, хорошо, пусть барс, — согласился Чиен. — Но как ты мог ждать раскаяния от парня, который хотел тебя убить?
— А что я должен был с ним делать? Зарезать, что ли?
Мы с Чиеном непонимающе уставились друг на друга.
— Ну, сам-то подумай? — попытался объяснить я. — Он же пацан ещё. Я что, должен зарезать ребёнка?
— А сам-то ты тогда — кто? — спросил Чиен, вглядываясь в моё лицо. — Или на тебе колдовской облик? Кто ты, заяц из рода барса?
Я вздохнул.
— Слушай, ты достал с вопросами. Я — никто. Не помню я ничего. Но детей убивать не собираюсь!
Я развернулся и потопал к костру. Ну его, этого «педагога». Там водичку как раз свежую принесли, и то радость.
— Кай! — окликнул меня Чиен.
Раздражённо обернулся: ну что ещё?
— Обернись! Вон он, твой заяц!
Со стороны водопада (хоть и убегал в строну гор) прихрамывая возвращался Багай.
Вид у него был побитый: на лице кровоподтёк, куртка и рубашка изгвазданы и изрезаны. И всё — в бурых пятнах грязи и засохшей крови.
Подрались-таки, мерзавцы!
Я бегом бросился к Багаю, краем глаза успев заметить, что и Чиен идёт за мной следом. Только не спеша и с характерно-педагогическим выражением лица.
Мальчишки тоже оставили возню с прыжками и мигом обступили Багая. Мне пришлось расталкивать их, чтобы добраться до виновника кипиша.
— А Байсур где? — спросил я, уже, в общем, догадываясь, «где» мой второй заяц.
Багай сунул руку за пазуху, вытащил нож Байсура, грязный, тоже в бурых пятнах от крови, и протянул мне.
— Очень быстро бегает, — устало выдохнул охотник. — Бежал за ним до излучины, где болото уже начинается. Там я его и догнал. И обратно он никак не пошёл. Не мог же я его отпустить?
— А труп куда дел? — быстро спросил Чиен.
— Труп в болоте. Я за ним не полез, — помотал головой Багай. — Мы подрались, и он, раненый, кинулся топиться в болото. На болоте — всякое может быть. Я — быстрее назад побежал.
Мне показалось, что в такт его словам раздался длинный шипящий звук.
— Идиот! — подытожил Чиен. — Четыре часа будешь в стойке стоять! Вместо ужина! А вы… — он обернулся к подросткам и заорал: — Все дрова — в костёр! Всё, что есть, быстро!
Зайцы бросились к хозяйственной юрте за дровами. Все, даже Багай.
— А что стряслось-то? — спросил я, кожей чуя неладное.
В воздухе повисло вдруг мутное марево, словно бы комары или мошки поднялись от земли роем. Но место мы выбрали хорошее, продуваемое. И гнуса тут почти не было.
— Она за ним пришла, — тихо сказал Чиен. — Кровь почуяла и шла, тварь.
Он указал на тропу, что вела к городу. Я всмотрелся и сначала ничего не увидел. Но потом на самой границе тропы и леса что-то словно зашевелилось.
Я моргнул — и увидел огромный слизистый ком. Вроде огромной лягушки. Только…
— Ютпа! — заорал я. — К оружию!
Глава 9
Мотыльки на огонь
— Какое у плебеев оружие? — рассмеялся Чиен, вытаскивая из ножен меч. — Ножи, что ли? Пусть костёр жгут. Он их обережёт. А мы с тобой поиграемся, да, заяц?
Я посмотрел на воинов, только что гонявших чаи у юрты, а теперь бегущих ко мне с мечами наголо, на бестолково суетящихся стражников…
Дело было плохо: никто из них не мог организовать оборону. А нам оставалось только обороняться.
Ютпа не боится ни сияющих молний самых могучих колдунов, ни железного оружия воинов. Только огонь, дерево, да меч Камая. Да ещё хоргон, который в прошлый раз очень удачно использовала Шасти.
Так что воины мне не подмога, пусть лучше пацанов защищают. Как сумеют.
— Занять оборону вокруг костра! — приказал я. — Касан — старший!
— Это ты правильно, — согласился Чиен. — Только под ногами будут мешаться. Ютпа неуязвима для обычного железа. Только для драконьего меча.
Он, не спеша, всё с той же ленивой грацией учителя-фехтовальщика — двинулся навстречу твари.
Её склизкая бородавчатая туша, только что вполне различимая в сером небе, быстро проваливалась во мрак. То ли время уже наступило, то ли это было как-то связано с нежитью, — но на лагерь стремительно опускалась ночь.
— Цыпа-цыпа! — позвал Чиен.
Я шёл за ним следом, выдерживая расстояние шага в три, чтобы мы ненароком не задели друг друга. Всё-таки длина моего клинка была
