Когда ветки хлестнули по кузову и согнулось зеркало, Гнутов в ужасе заорал:
— Ты чего творишь?
— Хочешь, чтобы я остановился? — в процессе экстремальной езды, ответил я. — Сразу скажу, не стоит! Твоему отцу проблемы нужны? А тебе?
— Нет!
— Вот поэтому сиди и молчи! Не бойся, сейчас оторвемся!
К счастью, преследующая нас патрульная машина была «УАЗиком». На таком преследовать кого-то по асфальту — бессмысленное дело. Ревет и хрипит, а не едет. Вот по бездорожью другое дело — тут Ульяновский Автомобильный Завод вложил в свое детище всю душу.
Нужно было видеть лицо Гнутова, когда я принялся выписывать крутые пируэты, уходя от погони. Так использовать ручник, как это делал я, можно было увидеть только в страшных снах инженеров автопрома АЗЛК. Эх, знали бы они, что именно придется пережить их творению, когда прокладкой, что между рулем и сиденьем, окажусь я…
Включив сирену и сверкая проблесковыми маячками, «Бобик» пытался не отставать, но с каждым поворотом, расстояние между нами потихоньку сокращалось. Где-то он нагонял, но чаще отставал. Я вертел баранку словно сумасшедший, перекладывая авто то вправо, то влево. Несколько минут и можно было бы забиться в какую-нибудь дыру, где спокойно переждать инцидент. Не думаю, что они смогли разобрать регистрационный номер — он сам по себе был старым, с содранной краской, а тут еще «на удачу» оказался заляпан свежей грязью, когда мы выезжали из дачного поселка.
Однако не все так хорошо. Частный сектор заканчивался и впереди был выезд шоссе, что вело на Яблоновский мост. Там хоть и прямая, но сразу за ним стоит пост ГИБДД, где нас, скорее всего уже будут ждать. Более того, сюда уже мчаться свободные машины… Если ехать в обратную сторону, то и там большой риск наткнуться на гаишников. Именно поэтому нужно было оторваться раньше как можно скорее.
Вертя головой по сторонам, я в какой-то момент случайно увидел рабочих, которые занимались спилом старых деревьев, росших вдоль дороги. Собственно, заметил я их только потому, что услышал громкий, характерный звук работающих бензопил.
Это был наш шанс!
Я навскидку просчитал примерный маршрут. Главное, чтобы рабочие не перегородили ветками проезд, а то и мы не сможем проехать и окажемся в ловушке. Тогда придется бросать машину и как-то сообщить его отцу, что машину попросту угнали.
Расстояние между нами было довольно большим, но позволило держать нас в поле зрения. Наверняка в городе таких желтых Москвичей достаточно много. Конечно, на дворе девяносто третий год — совсем не Советский Союз начала восьмидесятых годов, где «четыреста двенадцатые» были очень распространены в населения.
— Что ты задумал? — Гнутов уже понял, что вожу я куда лучше, чем он, поэтому старался помалкивать.
— Для начала уйти от погони, а там посмотрим! Вообще, хотелось бы разбогатеть и стать известным человеком в городе!
Гнутов, услышав мой ответ, нервно усмехнулся.
А я вдавил педаль в пол.
Стрелка спидометра прошла отметку в восемьдесят, пошла к сотне. Благо, дорога здесь была хоть и очень старая, но асфальтированная. До веток оставалось метров пятьдесят, не более. Должно все получиться.
— Они отстали! — радостно крикнул Андрюха, когда в зеркало заднего вида увидел, что «Бобик» вдруг резко отстал. То ли с машиной что-то случилось, то ли с водителем.
И, тем не менее, я не торопился радоваться. Хоть техника у милиции в девяностые годы пребывала в печальном виде, так просто они нас точно не отпустят. Наверняка, где-то поблизости уже есть вторая машина.
Проскочив мимо свежеспиленных веток и подняв за собой целое облако осыпавшихся зеленых листьев, я резко свернул влево и дал по тормозам. Затем проехал еще метров двадцать и завернул во двор. Увидел решение возникшей проблемы.
— Быстро наружу! — крикнул я, открывая свою дверь.
Уже с двух сторон слышался приближающийся вой сирены. Я решительно подскочил к стоящим у обочины стеллажам кирпичей, накрытых темно-зеленым брезентом и резко сдернул полотно. Гнутов тут же догадался о моих намерениях, потому что сразу же бросился помогать.
Совместными усилиями за каких-то двадцать секунд мы полностью накрыли нашего Москвича брезентом, спрятав его от посторонних глаз. Недолго думая, оба уселись на лавку у дороги, сделав вид, что сидим тут давным-давно.
Буквально через полминуты мимо нас пронеслась служебная «пятерка», быстро скрывшись из вида за зарослями.
— Обалдеть! — удивленно восхитился Андрей, посмотрев на меня довольным взглядом. — Вот это ты круто придумал, машину спрятать под брезентом, я бы ни за что не догадался.
— Угу… — отозвался я. — Ну не садиться же в тюрьму за то, что решили без прав за сейфом съездить? Сейчас переждем, а как стемнеет, выедем. В идеале, конечно, машину бы потом забрать, только далеко добираться.
— И отец про нее точно спросит!
— Тогда просто подождем, не думаю, что нас долго будут искать! Но поедем другим путем, не через Яблоновский мост, а через Тургеневский. Там есть удобный съезд справа, как раз перед тем местом, где обычно «гайцы» стоят.
— Блин, ума не приложу! Откуда ты так гонять научился? — поинтересовался тот. — Я же помню, ты педаль газа от сцепления отличить не мог и стороны путал. Тебе говоришь налево, а ты направо поворачиваешь. Как так?
Я хотел было ответить, но тот перебил меня.
— И вообще, после того, как тебя Череп на пустыре в висок ударил, ты сам не свой стал. Как будто это и не ты вовсе.
— Ну, ты сказал… — усмехнулся я, затем уже серьезнее добавил. — А вообще, ты наверное, отчасти прав. Понимаешь… После того, как меня Череп вырубил, в голове все словно перемешалось. Многие вещи мне теперь даются гораздо легче, чем раньше, даже не знаю, чем это объяснить. А вот таланты в шахматах я как-то позабыл, хотя раньше был отличным игроком…
— Хорошо же он тебе врезал! — пробурчал тот, затем добавил. — Но это, наверное, к лучшему… Антон, которым ты сейчас стал, куда лучше прежнего Антона Барсукова.
— Если бы я не был твоим другом, комплимент звучал бы странно! — заметил я, после чего оба рассмеялись.
Хорошо, что хозяев дома не оказалось, поэтому никто не стал нам предъявлять за использованный не по назначению чужой брезент. Сыграло на руку и то, что соседи тоже не особо интересовались нашими действиями, за что им отдельное спасибо.
В общем, подождав еще полтора часа, мы заметили, что начало темнеть. Сняв полотно и вернув его на место, мы завели машину и тихонько покинули удачный двор.
Само собой ГИБДД не нашли виновного. Да и за что, собственно нас искать? Не было ни краж, ни убийств, ни жертв… Мы ничего не сломали, не разбили, никого не ранили. Да, не подчиниться требованию и убегать, тоже не есть хорошо, но не так страшно… Так что вполне есть основания полагать, что про нас уже забыли.
И все же поехали мы не напрямик, через Яблоновский мост, а в объезд, через Адыгею. Пока что тут в основном был пустырь, не было здесь целой улицы торговых центров — левее шоссе размещался только небольшой аул. Это уже позднее, году так в две тысячи седьмом неподалеку от въезда в Краснодар откроют торговый центр «Мега Адыгея».
Мы свободно миновали дорогу, перебрались через Тургеневский мост и тут же съехали с него вниз, к реке. Ну а там, по убитой дороге проехали к Юбилейному. К счастью, не встретилось ни одной патрульной машины.
Подъехав к дому, мы быстро выгрузили в наш подвал сейф из-за которого пришлось столько рисковать. Уставшие, но довольные, мы решили, что перекрасим его завтра, на этой же ноте и разошлись. Надеюсь, Гнутову не прилетит за то, что изгадил машину свежей грязью.
Вернувшись домой, я разом вспомнил, что пропустил не только стрелку, но и свидание с Катей. А вот это уже совсем плохо. Хоть я и не собирался добиваться ее руки с сердца, все равно вышло весьма некрасиво.
Недолго думая, набрал ее номер по памяти.
— Слушаю, Волков! — раздалось из трбуки.
— Здравия желаю, Сергей Викторович! Это Антон! А Катя дома?
