водолазку и лифчик.
Пока раздевал, понял почему девушка, несмотря на тяжёлые раны, была всё ещё жива. Под лопатками у неё симметрично располагались две большие, затейливые татуировки, представлявшие собой композицию магических рун. Вдоль позвоночного столба с обеих сторон от шеи до поясницы также тянулись цепочки рун. А там, где располагались позвонки, было искусно вживлено несколько мощных кристаллов-накопителей магической энергии. Сама девушка не была полудемоном вроде Мигеля или Барбары, но комбинация татуировок и энергокристаллов создавала похожий эффект, формируя магический силовой каркас, повышающий силу, скорость и живучесть. Интересно девки пляшут, непростая особа моя соседка, ох непростая.
Несколько ран, как и предполагал, располагались в районе печени, нападавший бил быстро и точно, все раны от узкого клинка располагались кучно. Тяжёлые, смертельные раны. Но есть одна особенность, печень обладает дикой регенерацией. Чтобы вылечить рану с помощью магии, нужно было не столько мастерство, сколько сила. И хотя несовершенное тело Антона не давало мне пока возможности полноценно развиваться в магическом плане, но уж для таких вещей силы у меня хватало с избытком. Поэтому я не стал затягивать, так как на счету была каждая минута, и приступил к процессу лечения.
Не скажу, что это далось мне легко. Всё же я не целитель и ставку делал на грубую силу, поэтому процесс шёл медленно и занял около часа. Устал основательно, как будто вагон с мешками разгружал. Не скажу, что вылечил, скорее подлечил. Чтобы окончательно всё исправить, придётся ещё обращаться к профессиональным целителям.
Потом взялся за рану на горле. Внимательно осмотрев рану, понял, что ошибался, когда решил, что та нанесена неумелой рукой. Наоборот, работал профи. Глотку перерезали так, чтобы девушка не умерла, но при этом лишилась возможности позвать на помощь. По замыслу убийц, девушка должна была умирать долго и мучительно от смертельного ранения в печень.
Так что с этой раной было попроще. Стянул края и довольно быстро срастил повреждённый мышцы и соединительные ткани. Затем критически осмотрел результаты своей работы. Да уж, не мастер. Поперёк горла шёл свежий, грубый бугристый шрам. Для девушки самое оно. Такое безобразие придётся шарфом или косынкой прикрывать.
Внимательно наблюдавший за моей работой Майло, тут же предложил свою помощь. Получив разрешение, демон высунул, сделавшийся вдруг в разы большим язык, и принялся зализывать шрам. Слюна, попадая на шрам, шипела, и от места её попадания поднимался лёгкий зеленоватый дымок. Слюна демона, особенно высшего, может быть сильнейшим ядом, но самозванный лекарь добавлял в слюну какие-то дополнительные энергетические компоненты, которые придавали ей целебные свойства. Шрам как будто плавился и постепенно исчезал. Через некоторое время на месте страшной раны остался едва заметный покрасневший рубец. Молодец псина, просто кладезь разнообразных талантов. После всего этого наложил на девушку заклинание лечебного сна, пусть поспит часиков эдак десять.
Ну вот соседку мы малость подлатали, приступ беспричинного альтруизма прошёл, и я задумался о том, что делать дальше. Оставлять девицу у себя я не собирался, благо что квартира её была рядом по коридору, а в карманах ветровки обнаружился ключ от квартиры. Ещё обнаружилась наплечная кобура с крупнокалиберным пистолетом, и несколько боевых ножей и стилет.
Прикинул, как нести девушку домой и понял, что грязные и мокрые брюки тоже придётся снять. Что я, не торопясь, и сделал. Да, фигурка у Анжелы, или как там её на самом деле, была просто потрясающей. Причём рельефные тренированные мышцы смотрелись органично и общее впечатление не портили. Да уж, как говорится, я бы ей вдул. Но это я так, чисто фигурально выражаясь.
Затем пошёл, порылся на кухне и отыскал мятый пластиковый мешок, в который сунул окровавленную одежду и оружие. Девушку обтёр полотенцем и отнёс в спальню, положив на диван. После чего, взял найденные ключи и осторожно выглянув в коридор и убедившись, что всем спится в ночь глухую, проскользнул в соседнюю квартиру и оставил там мешок с вещами.
Вернувшись к себе в квартиру, укутал девушку в потёртый плед и благополучно доставил её в место постоянной дислокации, осторожно уложив на диван. Ключи оставил на столе, а замок в квартиру закрыл, провернув запирающий механизм с помощью магии.
После чего с чувством выполненного долга и внезапно возникшим стояком, отправился вздремнуть сам.
Вот не собирался я надолго задерживаться в этой норе, и после обеда планировал кучу всяких дел. Но случился облом. Где-то после двенадцати в дверь начали тупо стучать. Не кулаками, не ногами, вполне так себе интеллигентно. Звук через мощную металлическую дверь доносился глухо, и я сообразил, что звонка-то у меня нет. Смотрового глазка в двери тоже не было. Потому что не хрен предоставлять возможность лихим людям выстрелить тебе в глаз, когда ты доверчиво решишь поглядеть, что там за Дед Мороз пожаловал в гости.
Но я и так магическим зрением видел, что за дверью с моим пледом в одной руке и бутылкой коньяка в другой, стоит моя безбашенная соседка. Пришлось открыть. Молодая женщина, не сказав ни слова, отодвинула меня с дороги, и решительно прошествовала на кухню.
Вид у неё был помятый и грустный. Одета она была в лосины и тёмную футболку, сквозь которую явственно проглядывали напряжённые соски. Анжела, всё так же молча, уселась за стол, бросив на подоконник плед и, водрузив на стол бутылку коньяка, выжидательно уставилась на меня.
Пришлось изображать из себя радушного хозяина. Из шкафчика извлёк два стакана и две чашки, банку растворимого кофе, хлеб и поставил на плиту чайник. Из холодильного шкафа добыл колбасу, сыр, ветчину, пару яблок. Задержал взгляд на лимоне, который якобы хорошо сочетается с коньяком, но, поразмыслив, доставать его не стал, не баре чай. Тем более что намечалась не дегустация, а обычная пьянка. Хотя сам я напиваться не собирался, но даме явно надо было расслабиться, после того как она фактически вернулась с того света. Ну а мне, похоже, отводилась незавидная роль молчаливого собеседника и, возможно, в зависимости от сюжета, секс-машины утешителя.
После того, как я по мере умения покромсал закуску, налили по трети стакана и молча чокнувшись, выпили. Коньяк был дорогой и, наверное, весьма неплох на вкус. Только я в этом ни хрена не разбирался и строить из себя знатока не собирался. Спиртом не воняло и то хорошо.
Закусили. Посидели, помолчали. Сам я начинать разговор не собирался.
— Виктория! — первой заговорила молодая женщина.
— Во, как! — удивился я. — Виктория, это значит Победа. И кого же ты победила?
— Виктория, это имя, — терпеливо
