у постоянных партнёров Отряда. Груза набиралось приличное количество, но теперь это меня не особо напрягало. Я оценил удобство транспортных гравитационных поддонов и закупил пару штук, так что рассчитывал переправить много всего. Да и были кроме того некоторые предпосылки, что в ближайшее время работать я буду уже не совсем один. Но об этом позднее.
Анжела вернулась вечером явно не в настроении. Али-Баба имел в своём подчинении не сорок разбойников, а гораздо больше. На самом деле звали его Мехмет Кемаль, и по национальности он был турком. Турецкая община в Москве была немногочисленной, но очень влиятельной.
Влияние турецкой диаспоры объяснялось тем, что они имели большое влияние на многочисленных выходцев из Азербайджанского Ханства. Хотя Ханство и входило на правах вассального субъекта в состав Российской Империи, но вассалитет этот был скорее номинальным. По факту Ханство всегда тяготело к Турции и считало себя частью Великого Тюркского государства.
Поэтому Али-Баба контролировал преступные структуры, состоящие из азербайджанцев, и являлся одним из крупнейших авторитетов в преступном мире столицы. Специализировались турки и азербайджанцы в основном на поставках традиционных наркотиков. К рынку торговли наркотиками демоническими их не подпускали китайские триады. Кроме того, мусульмане испытывали суеверный ужас ко всему, что было связано с миром демонов, считая их шайтанами.
Особняк турка был расположен на территории бывшего парка Кусково, который теперь был плотно застроен особняками знати и наиболее влиятельных богачей. Неприятный райончик с точки зрения возможности совершения там преступных деяний. Все особняки имели сильную охрану, улицы патрулировались не только полицией, но и местной корпоративной охраной. А ещё в самом центре этого анклава богачей на берегу обширного пруда раскинулся княжеский дворец Великого Дома Зиновьевых. Где этой самой охраны было как собак нерезаных.
Сам особняк преступного воротилы напоминал собой настоящую крепость и проникнуть в него не было никаких шансов. Моя новая знакомая была в ярости и расстроенных чувствах. Но отступать явно не собиралась.
Но главное, из-за чего расстроилась девушка, были не многочисленные охранники. Судя по всему, обычная охрана её не остановила бы. По своим каналам бывшая диверсантка выяснила, что в охране турка есть сильные маги. Вплоть до того, что по непроверенным слухам, имеется даже один архимаг.
В отношении последнего у меня возникли некоторые сомнения. Среди турок магов такого уровня быть точно не могло. Наиболее сильными магами были представителями дворянского сословия Империи. Уровня архимага достигали, как правило, те, в чьих жилах текла кровь княжеских семейств. Представить, что в услужении турка имеется архимаг боевик из знатного семейства, было сложновато. Маги боевики даже первого ранга ценились очень высоко и находились или на службе Великих Домов, или в армии, Имперской Службе Безопасности, короче, на службе Империи.
В свободном плавании в основном были высокоранговые маги более мирных профессий. В самом крайнем случае в охране турка мог затесаться архимаг стихийник, что, конечно, тоже не подарок.
Но источники диверсантки утверждали, что архимаг всё же есть и это было большой проблемой. Да что там архимаг, даже маги первого ранга были для Анжелы непреодолимой преградой, поэтому она так и психовала.
На предложение отказаться от затеянной ею авантюры, девушка зыркнула на меня так, что будь я чуть более впечатлительным, точно бы испугался. Короче, самой осуществить задуманное ей было явно не по силам, и она периодически оценивающе мерила меня взглядом, явно прикидывая, нет ли у меня ещё каких-нибудь козырей в кармане.
— Ну, так и будешь молчать? — наконец не выдержала она. — Есть какие-нибудь мысли, как нам добраться до этой собаки.
— Эмоциями делу не поможешь. Тут нужен точный расчёт. Не то чтобы я считал это невозможным, но вот ведь какая штука. Допустим я мог бы что-то придумать. Но то, что при этом придётся сделать, настолько выходит за рамки обычного, что твоя осведомлённость о таких вещах, будет представлять для меня определённую опасность. Ты и так слишком много видела. Ещё немного и мне придётся тебя убить, слишком велик риск, что твои знания могут попасть не в те руки.
— Антон, сейчас не время для шуток. Или ты не шутишь? — всмотрелась она в моё лицо, по которому трудно было что-либо прочесть.
— А, чёрт! — выругалась она. — Если я не доберусь первой до турка, то его люди рано или поздно доберутся до меня. Так что я считай уже труп. К тому же ты ведь в детстве наверняка был хорошим мальчиком и помнишь сказку про Ивана Царевича и Серого Волка. Так вот, Антон, скажу словами этого серого прохвоста: Не надо меня убивать. Я тебе ещё пригожусь.
— Может, и пригодишься. Но тебе придётся пойти на существенные жертвы.
— Я могла бы подумать, что ты банально хочешь меня трахнуть. Но мы ведь уже и так достаточно покувыркались в постели. Короче, что бы ты там ни придумал, я заранее согласна. Если ты поможешь мне ликвидировать эту гниду, то я твоя, телом и душой.
— Ладно, тогда будешь работать на меня.
— У тебя так много врагов, что тебе нужен личный наёмный убийца? — приподняла она бровь.
— Врагов у меня действительно много. Но работа в основном предстоит по ту сторону Провала. Как раз по профилю твоей прежней службы. Я много времени провожу в рейдах, дела, знаешь ли. Да и в Москве мне находиться небезопасно.
— Даже боюсь представить, что у тебя за враги. Если ты в состоянии помочь мне ликвидировать босса такого уровня, как Али-Баба, то это должны быть какие-то монстры.
— Ты несколько путаешь людей и организации. Как бы ни был значителен отдельный индивидуум, его всегда можно убрать. Весь вопрос лишь в усилиях, которые для этого придётся приложить. Мы собираемся прикончить одного отдельно взятого мудака, но не собираемся воевать со всей организацией, в руководстве которой он состоит. Такие задачи по плечу только другой организации. Одиночкам вроде нас, следует быть скромнее.
Поэтому мы не будем обставлять эту ликвидацию, как драматическую сцену в театре и оставлять какие-либо знаки, типа, вот получи собака, месть от такой-то и такой-то. Мы просто тихо проберёмся в особняк, прикончим эту турецкую образину и так же тихо смоемся, не оставляя никаких зацепок. Ты меня поняла⁈
— Да поняла я, поняла. Бедной девушке даже развлечься нельзя.
— Мать твою, Анжела или как там тебя, Вика! Это не шуточки, а смертельно опасная работа. Отнесись к ней серьёзно. В конце концов, ты ведь профессионал. Ничего личного, просто работа.
—
