Пятая торпеда еще была в пути, как цель остановилась. И Топп, приказав лодке идти на полной скорости, понял, что ему надо идти только вперед. Ему удалось скрыться незамеченным в темноте, и через полчаса столпотворение кончилось так же внезапно, как и началось. Вернулись знакомые успокаивающие звуки: шелест воды вдоль обшивки, удары волн о рубку и гудение вентиляторов на мостике, нагнетающих воздух в лодку.
Снова подкравшись через час, Топп заметил темный силуэт судна и осторожно двинулся к нему. Внезапно оно развернулось, и подводник увидел, что это эсминец. Топпа опознали, и теперь ему надо было уходить от преследования. Он сделал крутой разворот и, выжимая из электромоторов и дизелей всю мощность, стал, не погружаясь, уходить на полной скорости. Потеряв его из виду и предположив, что подлодка погрузилась, эсминец сбросил с кормы серию глубинных бомб, развернулся и исчез в темноте. Бомбы разорвались примерно в миле от «U-552».
Топп снова приблизился к эсминцу, который теперь держался на правом фланге конвоя.
Он решил снова атаковать с той же позиции и таким же образом, как и раньше. То есть, найдя группу целей, в быстрой последовательности выпустить по ней несколько торпед.
Подготовка к залпу завершилась к половине пятого – час тому назад занялся рассвет. Первая торпеда была нацелена на две идущие борт о борт цели, вторая – на другую одинокую цель, третья – еще на два сблизившихся судна. А через минуту и четвертая торпеда под прямым углом пошла к еще одному сухогрузу.
Когда Топп развернул лодку для последнего залпа из кормового аппарата, он испытал неприятное чувство, заметив, что к нему приближается эсминец.
А тем временем первые торпеды поразили свои жертвы: вторая, третья и четвертая попали в цель.
И сразу же после первого взрыва снова началось пиротехническое буйство. А вот последняя торпеда опять прошла мимо. Капитан судна, очевидно, извлек уроки из судьбы своих спутников и в решающий момент, когда торпеда уже была готова пойти на цель, сбросил скорость, и торпеда, не причинив ему вреда, проскочила мимо. После этой неудачи Топп решил, что в будущем при атаках такого рода он будет избегать стрельбы из кормового аппарата. Оставаясь на поверхности, Топп снова смог исчезнуть незамеченным и, едва покинув пределы района, залитого вражеским огнем, решил оставаться поблизости от конвоя.
К четверти шестого две оставшиеся торпеды заняли свои места в трубах аппаратов. Через пять минут – успев по рации связаться с другими лодками – Топп приблизился к конвою для очередной атаки. Но эсминцы уже ждали его появления, и стоило ему приблизиться с восточной стороны, едва только очертания рубки появились на фоне неба, как лодку тут же заметили, и ему пришлось отступать.
«6.10. Снова приблизились. Опять замечены эсминцами, не успели начать атаку, как пришлось отходить.
6.32. Снова приблизились, при свете дня. Немедленно были замечены эсминцем, который на полной скорости пошел на таран. Пришлось погружаться».
Топп решил сменить тактику. Отойдя на безопасное расстояние, он всплыл и на полной скорости пошел на перехват, в точку, мимо которой должен был пройти конвой. Здесь, держась на перископной глубине, он стал ждать подхода судов конвоя. Но тем временем они сменили курс, и когда наконец показались – одиннадцать кораблей, с двенадцатым, что тащился в хвосте, – то были едва заметны на горизонте. Догнать их в подводном положении, держа в поле зрения перископа, было невозможно. Топпу пришлось отказаться от своего намерения и позволить им уйти.
Наконец появилось еще одно отставшее судно. На этот раз рыболовецкий траулер пятьсот тонн водоизмещением, груженный балластом, прошел довольно близко. Не исключено, что это корабль-ловушка, подумал командир подлодки и, не воспользовавшись этой возможностью, позволил ему уйти.
Дождавшись, пока конвой окончательно исчезнет из виду, Топп поднялся на поверхность и пошел по его следам. Хотя несколько раз появление вражеских самолетов заставляло его погружаться, он в течение дня снова оказался в виду конвоя, в чем ему помогли сообщения других подлодок.
Но вклиниться между торговыми судами оказалось невозможным; военные корабли надежно охраняли их. Они действовали так умело, что командиру подлодки пришлось пустить в ход весь свой опыт и знания, дабы ускользнуть от них. Один раз «U-552» едва не попалась. Погрузившись, чтобы избежать встречи с приближающимся эсминцем, Топп оставался на глубине, пока не воцарилась тишина, а затем, оставаясь поблизости от места погружения, поднялся на перископную глубину в надежде, что сможет продолжить преследование. И не далее чем в полумиле увидел хищные очертания эсминца, который тихо, как кошка мышь, поджидал его! Прежде чем он смог снова уйти на безопасную глубину, эсминец оказался у него над головой и забросал его смертельными яйцами, но, к счастью, «U-552» удалось отделаться лишь незначительными повреждениями.
Топп потерял конвой из виду, но стояла ясная ночь, видимость была отличной, и при первых проблесках рассвета вперед смотрящий доложил, что по правому борту просматривается дымная пелена. Взлетев на мостик, Топп увидел перед собой длинную вереницу кораблей.
Сначала ему было трудновато определить курс и порядок конвоя – корабли шли разбросанно, казалось, у каждого был свой курс. Наконец он убедился, что все они идут на север.
Топп продолжал идти параллельным курсом. Внезапно он увидел, как ближайший корабль резко развернулся носом к нему, словно заметив подлодку. Но с расстояния три мили это было практически невозможно. Тем не менее, ради предосторожности он лег право на борт, пока судно стремительно шло в его сторону. Наконец он увидел, что к нему приближается эсминец. Внезапно прямо над лодкой повис парашют осветительной ракеты, и в следующее мгновение эсминец открыл огонь.
Погрузившись, Топп развернул лодку на 90 градусов, за три минуты выжал из всех двигателей предельную скорость, под гул винтов эсминца над головой погрузился еще глубже и стал уползать на малой, «молчаливой» скорости.
Но эсминец упорно следовал за ним, его гидрофоны не выпускали лодку. Это означало, что они пойманы…
Вскоре Топп услышал, как эсминец прошел над лодкой. Один за другим последовали восемь разрывов глубинных бомб.
Подлодку тряхнуло и основательно осадило назад. Лампочки вылетели из патронов. В темноте пошли доклады из отсеков о повреждениях. Дела складывались не лучшим образом – но протечек пока не было.
Наверху появился и второй корабль. Оба преследователя начали игру в прослушку: стоп – послушать – чуть передвинуться – опять остановиться – снова послушать – опять двинуться, пока наконец не удастся нащупать лодку.
Несколько раз было слышно, как эсминцы проходят прямо над головой. Потом они удалились, и в гидрофонах смолкли все звуки.
Топп замер в долгом ожидании. Затем он поднялся почти к самой поверхности и чуть выдвинул перископ. Стояла ночь, и ничего не было видно.
Еще сорок минут и – «отдраить нижний люк, мы всплыли». Он горел от нетерпения перехватить конвой, но не мог не понимать причину, по которой преследование было так неожиданно прервано.
Как только люк был отдраен, Топп вскарабкался на мостик, который еще захлестывали волны.
Не далее чем в 3 тысячах ярдов, нацелясь на него носом, в ожидании стоял второй эсминец.
Топп немедленно отдал приказ к погружению. Когда подлодка достигла намеченной глубины, стало слышно, как эсминец медленно проходит над головой. Затем он отвалил в правую сторону, и наступило молчание. Через сорок минут Топп поднялся под перископ, но в его объективах ничего не было видно. Прошло еще полчаса, и лодка всплыла. Все чисто.
Воздух на поверхности был полон едким запахом дизельного топлива; причина утечки скоро была найдена. От первых взрывов треснула первая балластная цистерна, и топливо из соседнего бака выплеснулось на поверхность, оставив на воде большое масляное пятно. И должно быть, эсминец счел подводную лодку уничтоженной.
Новый старший механик обер-лейтенант Селлхорн Тимм немедленно принялся за работу, устраняя повреждение. Тем временем Топп связался со штаб-квартирой: «подвергся бомбардировке глубинными бомбами, пока пытался выйти на боевую позицию для атаки конвоя», затем он передал координаты, где в последний раз видел конвой.
Было уже слишком поздно, чтобы ночью попытаться догнать конвой, но еще не завершились ремонтные работы, как Топп снова пустился в путь, ориентируясь по слабым звукам винтов в гидрофонах.
И едва только занялся рассвет 21-го числа, он увидел прямо по курсу дымки. Но уже было слишком светло, чтобы атаковать в надводном положении. Держась в отдалении, Топп сообщил, что контакт установлен, и продолжил погоню.
Но вскоре он получил сообщение: «Группе Эндрас: прекратить преследование. Топп, возвращайтесь в Сент-Назер».
