— Да, — кивнул Алан, — знать такое — это очень важно.
Любила ли его мать? Или его жесткий и властный отец? — невольно подумала Инесса.
Помолчав немного, он продолжил:
— Ваши родители были бы счастливы узнать, что у них такая чудесная, солнечная дочь!
Удивленная, она взглянула на него. Алан смотрел на нее странным взглядом, который на этот раз не был ни мрачным, ни подозрительным, ни насмешливым. В его глазах она прочла что-то новое и неожиданное. Что ж, возможно, обычным людям не дано понять таких, как он.
Осторожно взяв чашку, Инесса отпила кофе.
— Мы были очень счастливы вместе, — сказала она. — Я не отдавала себе отчета в этом, пока не случилась трагедия… Но довольно о грустном. А не сделать ли мне еще бутерброд?
Она попыталась встать, но Алан остановил ее.
— Скажите, что вам нужно.
— Хлеб и джем. И то, и другое в буфете на нижней полке.
Алан поднялся и подошел не к буфету, а направился к двери, ведущей в гостиную.
— Прежде чем сделать вам бутерброд, я подключу телефон, — указал он на сумку, которую принес с собой.
Они пили кофе, сидя за деревянным столом в крошечной кухне, и смотрели сквозь распахнутое окно на море, удивительно синее сейчас. Только темная фиолетовая полоса на горизонте напоминала о ночном шторме.
Намазывая очередной кусок хлеба персиковым джемом, Инесса вдруг поняла, что наслаждается происходящим. Несмотря на то, что сексуальное влечение не покидало ее, когда Алан находился рядом, сейчас она не была так напряжена. Они сидели рядом и разговаривали — просто, по-дружески.
Не обольщайся, предостерегла она себя. Этот ни к чему не обязывающий разговор не изменит ни его характера, ни его покровительственного отношения к тебе.
Неожиданно зазвонил телефон. Алан с некоторой досадой покосился в сторону гостиной, поднялся, извинился и скрылся за дверью. Инесса проводила его мечтательным взглядом. В те минуты, когда он был рядом с ней, она наслаждалась его красотой, точеными чертами лица… возбуждающим сочетанием смуглой кожи, черных густых волос и необыкновенных золотых глаз, смотрящих на нее так загадочно. Несмотря на свое шотландское происхождение, он больше напоминал испанца.
Алан вновь появился на пороге.
— Эта линия надолго выведена из строя, — сообщил он. — Короткое замыкание. Вам лучше бы предупредить об этом ваших друзей.
Инесса прошла в гостиную и набрала номер Бетти.
— Ясно, — вздохнула подруга, выслушав ее рассказ. — Не беспокойся, дорогая. Я сообщу родителям о том, что случилось. Спасибо, что сообщила. Пока.
— Пока. Удачи.
Алан взял трубку из ее рук и положил на рычаг. Инесса не сопротивлялась.
— Вам лучше побыть у меня, пока не починят электропроводку, — мягко произнес он. — Думаю, это не займет много времени.
И тут она поняла, что Алан ни под каким видом не позволит ей вернуться в Сидней — он все еще не верил ей.
Еще вчера Инесса с возмущением отвергла бы его предложение. Но вчера они не сидели вместе на кухне за простым деревянным столом, не пили крепкий, пахнущий дымом кофе и не говорили о своих родителях. Если бы она услышала в его голосе или заметила в его взгляде хотя бы намек на насмешку, то послала бы его к черту. Но на этот раз Алан был искренен в своем желании позаботиться о ней. Или казался таковым — настолько, что она не могла отыскать подвоха.
Но разве может человек так разительно перемениться?
Скорее всего нет. Разумом Инесса это понимала. Но, черт побери, ей хотелось пойти вместе с ним, если наградой за это будут несколько часов, проведенные в его обществе. Несмотря на все свои подозрения, она готова была заплатить эту цену. Сердце заглушило голос разума и решило все за нее.
— Хорошо, — сказала Инесса. — Надеюсь, вы позволите мне принять душ. На бассейн я не претендую.
— Разумеется, позволю.
Неожиданно почувствовав себя неловко, она встала.
— Мне нужно кое-что захватить.
Бросившись в спальню, Инесса покидала в сумку кое-какие вещи и, не найдя Алана в гостиной, вышла из домика. Он стоял на крыльце. Ветер бросил прядь волос на щеку, придав ему романтический вид и сделав его лицо еще более красивым, хотя это казалось невозможным. Какая-то неведомая доселе струнка в душе Инессы вдруг затрепетала, наполнив своим отзвуком все ее существо.
Успокойся! — одернула она себя. Ты же знаешь, какой он на самом деле — надменный, жестокий и самодовольный. Одно слово — аристократ!
В этот момент Алан обернулся.
— Итак, — сказал он неожиданно официальным тоном, — идемте.
По пути к дому он расспрашивал ее о жизни на острове. И она снова разговорилась, с улыбкой рассказывая ему о том, что успела увидеть здесь.
Спустя минут пятнадцать они достигли входа в новые владения лорда Макфелроя. Густой сад раскинулся за высоким забором, окружающим дом. Здесь росли могучие деревья, густая зеленая трава и раскидистые кусты роз.
Оглянувшись, Инесса заметила конюшню в глубине двора. А когда они прошли в ворота, увидела камеру, прикрепленную над входом.
Никогда бы не смогла жить вот так, словно в золотой клетке, подумала она. Но это даже не выбор Алана — он родился в той среде, где иначе нельзя.
Инесса вспомнила, что читала статью об одной из его любовниц, дотошно описывающую все интимные подробности из совместного времяпрепровождения.
Ну что же, после того как она покинет остров, в газетах не появится ни слова о нем. И тогда, может быть, Алан Кембелл поймет, что некоторые люди все же достойны доверия.
— Добро пожаловать в мой дом, — сказал он, и голос его странно дрогнул.
— Мне здесь нравится, — сказала Инесса. — Я думала, что это старый, заброшенный дом. А оказывается, его не только отреставрировали, но и модернизировали.
— Да, — сказал Алан. — Идея принадлежит одному молодому мельбурнскому архитектору. По-моему, отличная работа.
— Впечатляет, — произнесла Инесса, окидывая взглядом сооружение, в котором старина умело сочеталась с современностью.
Через крытую террасу, с которой открывался чудесный вид на океан, Алан провел ее в дом и открыл дверь в дальнем конце длинного коридора.
— Вы можете воспользоваться этой спальней. — Он одарил Инессу одной из своих ослепительных улыбок и, прежде чем уйти, добавил: — Здесь есть ванная.
Она вошла, прижимая к себе сумку, и огляделась по сторонам. Красивая мебель, легкая и изящная, большое окно, обрамленное светлыми шторами и выходящее в великолепный ухоженный сад.
— Расслабься, — сказала она себе, чувствуя странную неловкость. — Все будет отлично…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
