написано совершеннейшее недоумение, но меня греет то, что и на лице моего сына точно такое же выражение.
Мне удается сориентироваться быстрее, чем Димке.
- А что - предлагаете мне под мост пойти жить? Вы вообще в курсе, что случилось?
По её бегающим глазам понимаю, что она в курсе всего произошедшего. Как бы инициатором этого всего не она была.
- Я в курсе! - с запалом отвечает Наталья Павловна, - В курсе того, что родной сын ударил родного отца! Где это такое видано! Дима, как ты мог?! Все, что у тебя есть, это дал тебе Паша. А ты!
Вот здесь вмешаться не успеваю.
- А я... Я заступился за свою мать! - твердо отвечает Дмитрий.
В этот момент чувствую небывалый прилив любви и родительской гордости к своему единственному ребенку. Все в нашей жизни случается не просто так, и это моё испытание - тоже.
- Как мог отец так поступить с ней? - сын кивает в мою сторону и возмущается, - Он же выставил ее на улицу, не отдав ничего из того, что ей причитается!
- А что ей причитается? - отвечает ему бабушка, - Паша правильно поступил. Лида не работала, все, что у них есть, заработал мой сын, и он вправе распоряжаться заработанным так, как считает нужным. Ну, разладились у них отношения. Он развелся, а дальше обеспечивать твою мать Паша не обязан.
- Да, естественно! Паша должен был меня обмануть и обокрасть. Вы отлично рассуждаете, Наталья Павловна! - встреваю я в их разговор, раз уж все равно присутствую.
- Я правильно рассуждаю! Справедливо, - задирает она подбородок, - Иди работать, Лида, и оставь Пашу в покое!
Так мерзко становится от ее слов... Как я могла не видеть, какие Паша и его мать на самом деле? А потом сама себе и говорю: "Да все я видела!" Просто в семейной жизни всегда приходится закрывать на что-то глаза. Вот я и дозакрывалась. Спасибо Паше за то, что наконец-то мне их открыл.
- А ты! - переключается она на Димку, - Не смей больше на отца поднимать руку, иначе останешься без ничего. Ты хоть видел, как ты разбил ему лицо?!
После чего без всякого перехода добавляет:
- А матери твоей нужно отсюда съехать! Пускай едет к своей матери. Что ей там места нет? Тем более, что мать у нее болеет, пусть она за ней ухаживает.
Собиравшийся заливать в чайник с заваркой кипящую воду Димка отставляет чайник в сторону, так и не залив, поворачивается к бабушке и говорит:
- Мне кажется, кому жить в моей квартире, я разберусь сам. Все документы на нее сделаны на мое имя, и никакого отношения отец к ннй больше не имеет. А вот тебе, бабушка, пора домой. Чай у отца попьёшь.
У Натальи Павловны вытягивается лицо.
- Вы еще пожалеете! - гневно шипит она и торопится покинуть жилище Дмитрия.
Такого я от нее не ожидала. Неужели ее Паша подослал?!
Глава 16
Лидия
Отгоняю эту мысль, встряхнув головой. Даже, если подослал, то на что рассчитывал? Что Димка меня выгонит? Но он принял мою сторону. Это приятно. Это правильно. Но и вызывает определённую тревогу. Способен ли Паша начать гадить собственному сыну? То, что он прекратил его финансирование, это одно, а вот, если он начнёт его травить? Ведь может. У бывшего мужа полно ресурсов, чтобы сделать жизнь сына и мою собственную невыносимой. И какой выход из этой ловушки? Отступить? Оставить всё, как есть? Или попытаться отстоять правду, если это возможно?
Я не знаю... Как строить свою жизнь после такого фиаско? Это еще надо решить.
- Мам, - Димка кладет мне руку на плечо, - Ну, чего ты? Неужели думаешь я тебя действительно способен выставить вон, потому что так хотят отец и бабушка?
- Нет, я не об этом думаю. Я думаю, каких гадостей еще можно ждать из-за твоего отказа...
Сын морщится.
- Ладно, поживем-увидим, - подвожу я черту малоприятного разговора.
И ухожу в ванную. Оглядевшись там, решаю, что заслужила расслабляющие процедуры. Наполняю ванну, долго лежу в ней и гоню от себя мысли о Паше. Я не буду жалеть о предателе. Ни секунды. Но в голову, как назло, лезут и хорошие моменты с ним. Они были, и их было много.
Но то, что было, прошло. Сейчас бывший муж и бывший любимый мужчина решил стать моим врагом. А врагов не нужно щадить. На войне как на войне. Обида на Павла выжигает остатки любви к нему. Это мучительно, но необходимо, чтобы продолжить жить дальше.
После ванны я иду спать. Сплю долго, с перерывами на еду, почти сутки. Так организм восстанавливается после жуткого стресса. Ведь предательство близких - это страшная штука. Оно убивает нас, нашу личность. И потом из того, что осталось, рождается новая, наученная горьким жизненным опытом. Только в ней остается уже не столько света и тепла. Прежде, чем уничтожать кого-то подобным образом, нужно несколько раз хорошо подумать, а стоит ли. Но как правило, никто не думает. Просто втыкают нож в спину и смотрят, как ты корчишься в агонии.
Проснувшись и придя немного в себя, звоню и договариваюсь о встрече с адвокатом. Берестов - его фамилия. Встречу он назначил в своем офисе после обеда. Приезжаю вовремя. Одна. Сын занимается своими делами. Его жизнь тоже усложнилась. Мы с адвокатом долго беседуем, я показываю ему брачный договор, подписанный мной в прошлом году. Тот экземпляр, который оставил мне Паша. Он берёт его на изучение. И обещает позвонить через несколько дней. Эти несколько дней я почти не вижу сына, который всерьёз занялся нашим с ним финансовым обеспечением. Сумма уже выложенная адвокату - впечатляющая. Я убираюсь, готовлю. И чувствую себя абсолютно потерянной.
А в ночь перед обговоренным звонком от адвоката вижу во сне дедушку. Я иду за ним по яблоневому саду, конец августа. Яблоками пахнет так, что надышаться не могу. Он оборачивается и машет мне рукой: " Приезжай домой, Лидушка. Что ты там забыла? Смотри, как тут хорошо!"
Я просыпаюсь и долго-долго лежу в кровати. Мне кажется, как и в реальности пахнет яблоками. Я очень любила дедушку, маминого папу, а он очень любил меня. Может, и правда? Бросить всё и рвануть домой? Я не продала дедушкин дом... Вполне могу там жить.
Адвокат звонит в обговоренное время,
