Глава XVI
Это темнодейство!
— Ты говоришь, скрум? — Стрига приблизил свое выщипанное лицо к лицу пещерной совы по имени Тарн. — Ты своими глазами видел, как эти четверо общались со скрумом из Амбалы?
— Да. На вершине горы, в гнезде двух орлов.
— Ты проследил за ними дальше?
— Нет, сэр. Они остались там на целый день. Я подумал, что должен как можно быстрее предупредить вас! Ваша мудрость, ваша невероятная проницательность…
— Не надо мне льстить! — резко оборвал его Стрига-. Он был настоящим экспертом во всех видах лести и знал толк в угодливых словах. Однако желудок у него выворачивался наизнанку, когда кто-то пытался воздействовать на него самого при помощи лести и подхалимства. Ибо Стрига знал, что в основе лести всегда лежит обман. Этот Тарн был умен. За ним нужен глаз Да глаз. До сих пор Стрига мало знал о нем. Он слышал, будто Тарн прибыл откуда-то из пустыни Кунир, где в подземных туннелях жили какие-то совы, однако сейчас ему было некогда размышлять об этом. Он хотел хорошенько обдумать только что услышанные новости. Какая удача! Лучшего и желать было нельзя. Нужно подумать, как лучше использовать полученную информацию. Это будет первый ход в сложной игре по удалению стаи с Великого Древа — в игре, которая должна закончиться окончательным падением самых опасных противников Стриги. «Осторожнее, осторожнее!» — предупредил себя Стрига. Повернув голову, он уставился на Тарна своими бледными желтыми глазами, похожими на два водянистых желтка. — Спасибо тебе. Ты сослужил мне хорошую, полезную службу. Я оценил твои качества. — «Вот таким образом, — усмехнулся про себя Стрига, — можно незаметно польстить любой сове». Короткая, искренняя речь без всяких пошлых излишеств. Однако именно такой подход быстрее всяких заискивающих слов поможет ему завоевать доверие Тарна. Со временем он подбавит подхалимства, но тонко, очень тонко. Все должно делаться потихоньку, шажок за шажком. — А теперь оставь меня. Я должен обдумать эти возмутительные новости.
«Я принесу это известие на Великое Древо! — думал Стрига. — Но когда это лучше сделать? После Хулиганской ночи! Точно, как же я сразу не догадался? Совы уверены, что этот праздник тоже будет запрещен. Они будут счастливы до соплей, когда Сорен объявит, что праздник состоится…»
Но тут в голову Стриге пришла еще одна мысль. Что если стая вернется на остров до Хулиганской ночи? Несмотря на то что это был праздник для детей и молодежи, взрослые тоже любили наряжаться в карнавальные костюмы, а Сумрак, говорят, обожал Хулиганскую ночь больше всех других веселий.
Это может оказаться проблемой… Хотя маски могут стать отличной маскировкой для Синей дружины. Скрывшись под карнавальным оперением, верные Стриге совы смогут незамеченными проникнуть на остров, прибывая небольшими группками, чтобы не вызвать подозрений.
Наконец план был полностью готов. Сначала нужно распустить на материке слухи о чудовищном предательстве стаи. Подумать только, эта четверка общается со скрумами, вызывает мертвецов, занимается темнодейством! Когда новости как следует распространятся, преступникам не будет места на дереве. Нет, лучше пойти еще дальше: пустить слушок, будто стая Сорена покинула древо и подалась на службу в Северные королевства. Какой позор — Ночные стражи нарушили свою клятву и переменили оперение! Затем их можно будет законным образом выслать, как предателей и чародеев. Стрига знал, что сумеет этого добиться. До Хулиганской ночи оставалось чуть меньше недели. Когда он улетал с дерева, совы уже начали заниматься приготовлениями к празднику. Нужно послать Корину весточку и сообщить, что сейчас лучшее время для устройства большого веселья. Хулиганская ночь состоится. Мадам Плонк будет петь. Пусть совы займутся приготовлениями к своему дурацкому карнавалу, это отвлечет их от более важных дел. Тем временем он позаботится о том, чтобы по материку расползлись слухи. В совином мире есть два способа быстро распространить информацию, и Стрига собирался использовать оба. Во-первых, это делается через пьяные деревья, а во-вторых — через объявления. Он пошлет Синюю дружину на пьяные деревья — поболтать и как бы между делом пустить слушок об измене стаи. Второй способ еще проще. Стрига знал, что в моеледние годы в совином мире быстро росла грамотность, поэтому он без труда сможет найти сов, которые перепишут или перепечатают официальное объявление. Он использует их. Но сначала нужно послать на Великое Древо сообщение по поводу Хулиганской ночи.
Гонец прибыл перед самым рассветом, и его сразу же проводили в дупло Корина. Молодой король до сих пор терзался мыслью о том, что он ужасно оскорбил своего лучшего друга Стригу и тот больше никогда не вернется на дерево. После отлета Стриги Корин не знал ни минуты покоя. Подумать только, эта чудесная сова, спасшая их всех своей беспримерной отвагой и самопожертвованием, возможно, навсегда покинула остров из-за его упрямства!
Корин поспешно отослал гонца, чтобы в одиночестве прочитать письмо.
«Дорогой Корин! Я много размышлял о нашем последнем разговоре и хочу сказать, что понимаю твои опасения по поводу угля. Но знай, что ты недооцениваешь собственную силу! Ты более чем способен противостоять так называемому дурному влиянию угля. Здесь, на материке, я повсюду вижу свидетельства твоего королевского могущества. Распространение культуры — полезной культуры, которую я одобряю и которая призвана улучшить наш скорбный мир, не может не вызывать восторга в желудке каждой честной совы. Позволь сказать тебе, что ты наделен беспримерным умом, отвагой и врожденным даром вести сов за собой. Я слышал истории о твоем предшественнике, древнем короле Хууле, но уверяю тебя — ты намного превосходишь его по своим достоинствам. Теперь я понимаю, что во многом был излишне суров к тебе. Ты проявил величайшее самопожертвование, отказавшись от празднования Праздника урожая. После долгих размышлений я пришел к выводу, что Хулиганская ночь должна состояться. Этот невинный праздник, столь любимый нашей славной молодежью, развеселит подданных. Прошу тебя, отдай приказание о подготовке к торжествам. Я вернусь накануне праздника или даже раньше.
Преданно твой, Стрига».
Корин едва не расплакался от счастья и облегчения. Он еще дважды перечитал это письмо, а потом немедленно отдал приказ. О, это будет такая Хулиганская ночь, какой еще не бывало на острове!
Прошло уже два дня с тех пор, как стая покинула Амбалу. Друзья давно забыли о метеорологических опытах, послуживших главной причиной их путешествия на материк. Теперь их гораздо больше интересовал вопрос о том, как далеко распространилось влияние Стриги и его Синих дружин. Чтобы выяснить это, приходилось действовать тайно. Они летали невысоко над землей, большей частью в сумерках, на закате или перед самым рассветом. Конечно, при таком способе путешествия существовала опасность подвергнуться нападению ворон, однако в последнее время, с тех пор как прославленный следопыт и друг ворон Док Яроклюв поселился на Великом Древе, эти мерзкие создания стали гораздо реже атаковать Ночных стражей. Вот почему наши друзья все чаще и чаще продолжали путешествие с наступлением утра или даже в дневные часы. Каждый день им попадались все новые и новые следы злодеяний Синих дружин. Они находили огромное количество дымящихся кострищ, усыпанных обугленными остатками «излишеств», некогда купленных у торговки Мэгз: бесчисленными книгами, закопченными драгоценными камешками, почерневшими клочками картин.
Однажды вечером, вскоре после вылета из Амбалы, внимание стаи привлек кусок бумаги, прикрепленный к стройному стволу березы. Друзья снизились, чтобы прочитать объявление.
— Что за… — ахнула Гильфи. Она первая долетела до плаката и, паря над ним, прочитала вслух:
«Четверо Ночных стражей Га'Хуула, известных в совином мире под названием „стая“, были замечены в сношениях со скрумами и совершении еретических обрядов темнодейства. Все эти страшные деяния они проделывают под прикрытием так называемым научных экспериментов. По последним данным эти беззаконные совы нарушили свою клятву Ночных стражей и заключили союз с Северными королевствами. Посему парламент Великого Древа Га'Хуула запрещает всем совам предоставлять этим предателям убежище в своих дуплах, а также вести любые дела с ними. Предупреждение: эти совы особо опасны!»
Хорошо, что они зависли над самой землей! Друзья дружно переглянулись, бессильно опустили крылья и мягко рухнули на землю.
— Это возмутительно! — завопил Сорен.
— Нас выслали, — добавил Копуша.
— Сумрак, что ты там делаешь? — завизжал Сорен. — Ты только взгляни на это объявление, нацарапанное каким-то грамотеем! Совершенно возмутительно!
Гильфи повернула голову к Сумраку, застывшему над все еще дымившимся костром. Огромный вояка стоял, неподвижно уставившись в груду углей. Он был так неподвижен, что казался одной из статуй во Дворце туманов.
