— А вам зачем? — буркнул он.
— Когда-то я была воспитанницей этого приюта. Выражение его лица смягчилось.
— Воспитанницей? Значит, здесь не так уж плохо, как я себе представлял.
— Хуже не бывает, — откровенно призналась она. Лицо его вытянулось, губы сжались.
— Но почему вы хотите получить эти бумаги? — Он впился в нее взглядом.
— Мне нужно кое-что узнать, — объяснила она. — Для меня это очень важно.
Нет, она не собирается с ним откровенничать. Его крепко сжатые губы слегка раздвинулись в кривой полуусмешке, как будто он прочел ее мысли.
— Вы и обо мне ничего не знаете.
— Нет, не знаю, — согласилась она. — Если вы позволите мне взять эти бумаги, то обещаю, что вы тоже сможете их просмотреть. Я дам вам адрес в Лондоне, где я остановилась.
Там, подумала про себя Джемма, она не будет одна. И вообще в городе у него меньше шансов избавиться от нее. Джемма не забыла о его угрозе, когда он держал ее железной хваткой.
Он задумался, затем снова посмотрел на нее:
— Полагаю, это возможно. Мы поможем друг другу. Если вы жили в этом приюте, значит, можете знать то, что меня интересует.
Все зависит от того, подумала Джемма, какую цель он поставил перед собой, однако уточнять не стала.
— А как вы намерены вернуться в Лондон? — неожиданно задал он вопрос. — Надеюсь, не пешком?
Джемма покачала головой:
— Меня ждет кеб. Примерно в полумиле отсюда.
— Тогда мы сперва заберем мою лошадь, а потом я провожу вас до Лондона, — сказал он.
Видимо, ради того, чтобы удостовериться, что она дала ему правильный адрес, презрительно подумала Джемма. Впрочем, если она не доверяет ему, он вправе не доверять ей. Внезапно она засомневалась, стоит ли приводить в дом Луизы незнакомца, возможно, преступника. Но отступать было поздно, к тому же она не могла допустить, чтобы он скрылся со всеми бумагами.
— Хорошо, — согласилась Джемма.
Теперь они вели себя настолько тихо, что умолкнувшие было лесные птицы снова звонко запели. Когда незнакомец приподнял перед Джеммой ветку, оттуда взлетел испуганный дрозд. Незнакомец уводил ее все глубже и глубже в лес, и страх снова овладел ею, пока она не увидела чалую лошадь, привязанную к невысокому деревцу и терпеливо ожидавшую своего всадника. Здесь, под беспокойными взглядами Джеммы, незнакомец переложил приютские гроссбухи из мешка в седельные вьюки.
От мужчины не укрылась ее тревога.
— Не волнуйтесь. Я не ускачу вместе с бумагами. Я же сказал, мы будем помогать друг другу.
Понимая, насколько глупо с ее стороны доверять вору, Джемма все же кивнула. Он отвязал лошадь, вскочил в седло и протянул ей руку:
— Залезайте. Я довезу вас до вашего экипажа.
Она колебалась всего мгновение, затем влезла на лошадь и взгромоздилась позади него.
Сидеть на лошадином крупе было и высоко, и неудобно. Ее платье не было предназначено для езды верхом, и хотя оно, как ни странно, не порвалось, нижний край задрался. Скорее всего он видел ее икры, однако виду не подал.
С красным от смущения лицом Джемма обхватила его руками за пояс. Только для того, чтобы не свалиться с лошади, уверяла она себя, обхватывая его сильнее, чем ей того хотелось. В седле незнакомец держался прямо и непринужденно, и Джемма в который раз подумала, кто же он на самом деле.
Он причмокнул, ударил ногами лошадь в бока, и она пошла шагом.
Прижавшись лицом к его широкой спине, Джемма едва не прилипла к нему. Она ощущала его едва уловимый запах. Но даже теперь, когда запах его пропотевшего белья смешивался с лошадиным, от него все равно пахло не так, как от никогда не моющегося уличного вора. И все же он взломал дверь в приюте.
Она слишком хорошо понимала, насколько они физически близки. Сквозь одежду ощущались его мускулы, в силе его рук она уже успела убедиться. Она внезапно почувствовала, как внутри у нее что-то слабо откликнулось на его близость, что совершенно не подобало леди. Чтобы отвлечься, она подняла голову и огляделась. Они уже выехали из рощи, и перед глазами открылась узкая дорога.
— Вон туда, прямо за вершиной холма, — указала она.
Он повернул лошадь, и вскоре они уже были на вершине. Джемма склонилась набок, чтобы лучше видеть, и открыла рот от изумления.
Дорога была совершенно пуста. Кеб исчез.
— Кеба нет. Кучер, должно быть, устал меня ждать. Так влипнуть — до Лондона несколько миль. Хуже всего то, что она осталась наедине с незнакомцем, и неизвестно, что ее ждет. В душе у Джеммы снова зашевелились ее прежние опасения; нет, она не в силах больше выносить столь близкое, пожалуй, даже слишком близкое, соседство. Джемма соскользнула на землю.
И едва не упала. И что дальше? Что предпримет незнакомец, ведь здесь ей точно никто не придет на помощь? Вокруг ни души, и он спокойно может совершить свое злое дело, угрожал же он ей убийством в первый момент их встречи.
Он посмотрел на нее сверху, но она не рассмотрела выражения его лица.
— Что вы делаете? Хотите дойти до Лондона пешком? Стемнеет гораздо раньше, чем вы доберетесь до города. А идти всю ночь одной очень опасно.
— А что будет, если мне встретится человек с сомнительной репутацией? — спросила она почти с вызовом. — Вор или взломщик? Что, если он станет угрожать мне насилием?
Ей показалось, что он улыбнулся.
— Ясно, куда вы клоните.
Джемма увидела, как он размотал темный шарф, под ним на шее белел аккуратно повязанный галстук, как у джентльмена. Он откинул назад светлые волосы, вытер шарфом грязь с лица. Неужели он намеренно испачкал лицо, чтобы его было трудно узнать в полутемной передней? И зачем сейчас он изменил свой облик — неужели, чтобы ободрить ее?
Хотя и неразумно считать внешность залогом его чести, тем не менее Джемма успокоилась.
— Но почему…
— Как вы заметили, у меня есть на то веские основания. Полагаю, нам следует вернуться в Лондон вместе. Там мы обо всем обстоятельно поговорим.
Джемма медленно кивнула:
— Хорошо. И просмотрим гроссбухи.
— Вместе, — напомнил он ей.
— Согласна.
Он наклонился, протянул ей руку и легко втащил ее на лошадь, на прежнее место позади себя. Если он в самом деле джентльмен, что, кстати, становилось все заметнее и заметнее, то по натуре он человек деятельный, решила Джемма.
Она чувствовала себя еще более неловко, оттого что снова сидела, плотно прижавшись к его спине, но иначе она рисковала свалиться на землю. Ему, видимо, все безразлично, уверяла она себя.
И действительно, он обронил всего несколько фраз.
— Держитесь крепче. Сегодня новолуние, поэтому до наступления тьмы надо ехать как можно быстрее. Потом будет трудно разбирать дорогу.
