В голосе Луизы явственно слышались тревожные нотки, что было, как подозревала Джемма, не совсем свойственно ее новой подруге. Она не винила Луизу в проявленном беспокойстве. Принимать в качестве гостя незнакомца — это очень великодушно, но разве просто по-человечески не стоило побеспокоиться о вполне возможных сплетнях и пересудах, которые могли нанести ущерб как репутации Луизы, так и репутации самой Джеммы?
— Это длинная история, — пробормотала Джемма, глядя на мисс Поумшак и усаживаясь вместе с ними у горящего камина, вечер выдался прохладный. — Я расскажу, но попозже.
Скоро к дамам присоединился Лукас, но через несколько минут встал, явно намереваясь их покинуть.
— Так рано? Уж не собираешься ли ты в какой-нибудь игорный дом? — спросила Луиза, глядя на него с некоторой холодностью.
— Леди не положено говорить о подобных вещах, — возмутился Лукас. — У меня встреча в клубе с джентльменами, если хочешь знать. Я уже давно не зеленый юнец, так что не стоит беспокоиться обо мне.
Джемма едва не улыбнулась, глядя на его круглые щеки, на его румяное, пышущее здоровьем лицо. Сэр Лукас никак не выглядел человеком, много испытавшим на своем веку, как бы ему этого ни хотелось; однако Джемма надеялась, ради счастья Луизы, что у него нет никакой тайной пагубной склонности ни к азартным играм, ни к спиртному.
У Луизы был несколько обиженный вид, однако от его последующих слов у нее сразу изменилось настроение.
— Ах да, я абонировал ложу в театре на завтрашнее представление. Уверен, это доставит тебе удовольствие.
Луиза всплеснула руками:
— О, Лукас! Как это мило с твоей стороны!
Она проводила его до дверей, где они, наверно, сказали на прощание друг другу несколько нежных слов и даже, возможно, обменялись поцелуем. Тем временем мисс Поумшак занялась шитьем, тогда как Джемма снова взяла сборник стихов. Когда Луиза вернулась, Джемма прочла вслух несколько стихотворений, чтобы повеселить друзей и удержать Луизу от дальнейших расспросов. Вскоре, как и полагалось перед сном, лакей внес поднос с чаем.
Потом все дамы поднялись в свои спальные комнаты, Джемма притворила дверь и подождала, пока не придет Лили и не поможет ей расстегнуть и снять платье. Но тут откуда ни возьмись появилась Луиза в спальном халате и с распущенными волосами.
— Я отослала Лили спать, — сказала она. — Теперь нам никто не помешает. Мисс Пи уже спит. А сейчас расскажи все, как было. Я обо всем расспросила Лили — к счастью, еще до прихода Лукаса, — но ей ничего не известно о том, куда ты ходила сегодня. Джемма, у тебя от меня секреты?
Луиза подошла к Джемме, чтобы расстегнуть сзади платье. Джемма была рада, что ей удалось скрыть в этот миг болезненную гримасу, вызванную болью в плече. Сняв платье, она надела ночную сорочку, накинула на плечи шаль — в спальне было прохладно — и забралась в постель. Луиза примостилась у нее в ногах, готовая хоть всю ночь напролет слушать рассказ Джеммы.
Вздохнув, Джемма сказала:
— Я начну со вчерашнего дня. Сначала я отослала свою записку лорду Гейбриелу. Но по возвращении Смелтерс сообщил, что лорд Гейбриел еще не приезжал в город.
— О нет! — воскликнула Луиза.
Джемма приподняла брови и помолчала. Такое проявление сострадания показалось ей наигранным, но ничего не поделаешь, Луиза была слишком любопытна.
Луиза слегка покраснела.
— Дело в том, что я надеюсь возобновить знакомство следи Гейбриел. Мне необходимо, чтобы какая-нибудь замужняя дама, принятая в великосветском обществе, представила меня своим друзьям, и я смогла бы появиться в свете. А поскольку моя тетка еще не вернулась из свадебного путешествия, я надеюсь, что леди Гейбриел окажет мне подобную услугу.
— Понятно, — сказала Джемма.
— Весьма вероятно, они скоро приедут, — добавила Луиза со свойственным ей оптимизмом. — Итак, лорда Гейбриела пока в Лондоне нет. Должно быть, узнав об этом, ты очень расстроилась. Ведь тебе это более необходимо, чем мне.
Джемма с признательностью взглянула на Луизу.
— Мне было и горько, и грустно, это правда. Но потом я вспомнила о стряпчем, который оплачивал мои счета в пансионе и посылал деньги на расходы. Я решила найти его в надежде, что он сообщит мне местонахождение моих родителей.
Она рассказала Луизе о своем визите к поверенному и о тех скудных сведениях, которые ей удалось получить у него.
— Приют? — Брови у Луизы взметнулись кверху. — О, моя бедная дорогая Джемма! Такое мне даже в голову не приходило.
Теперь покраснела Джемма.
— Да, счастливым то время не назовешь, — призналась она. — Хорошо, что оно длилось недолго.
Джемма подумала, что больше не скажет ни слова.
Хватит с нее жалости.
— Итак, я достала адрес приюта и решила съездить туда. Хозяйка могла знать, кто привел меня, совсем еще маленькую, в приют и кто заплатил за мое содержание.
Глаза Луизы округлились от удивления.
— Какая ты смелая, Джемма! Однако тебе не следовало ехать одной.
— Знаю, — согласилась девушка. — Но сама мысль, что об этом узнают слуги, была невыносима… — Голос ее дрогнул, и она умолкла.
Луиза понимающе кивнула.
— Итак, ты поехала. Узнала что-нибудь о своих родных? И как ты повстречалась с капитаном? Знаешь, он просто восхитителен.
Перед глазами Джеммы возникло красивое лицо капитана. Разве можно было забыть его сильные руки, широкую и крепкую спину, когда она скакала, прижавшись к нему, и как ей было покойно сидеть впереди седла в его объятиях? Однако, вспомнив, что за ней наблюдает Луиза, она поспешила прогнать эти воспоминания.
— Он очутился там по какой-то схожей причине, однако подробности мне неизвестны. Одно несомненно: сам он не воспитывался в приюте, туда берут только девочек. К тому же кучер кеба, чтоб ему пусто было, бросил меня прямо на дороге!
— Какое счастье, что там оказался капитан Фаллон, не представляю, как бы ты одна добралась до города! — воскликнула Луиза.
— Действительно, — согласилась Джемма. Она вовсе не собиралась делиться с подругой тем, как капитан сначала угрожал придушить ее и как потом они вместе украли бухгалтерские книги хозяйки, или о том, как она едва не упала с лошади. Несмотря на свою непосредственность, Луиза, воспитанная в строгих правилах, в глубине души была сдержанна и чопорна, как и полагается леди. Джемма, которая все больше и больше привязывалась к Луизе, не хотела разочаровать подругу или вызвать ее презрение. Спохватившись, она замолчала, сделав вид, будто не замечает взгляда Луизы, как бы поощрявшего ее продолжать рассказ, как раз после высказанного Луизой предположения, что капитан, вероятно, навестит их.
