Она вздыхает.
— Когда я приеду через несколько недель, я устрою тебе перепихон, если тебе все еще не удастся найти парня сунул-вынул-и-пошел самостоятельно.
— Сунул-вынул-и-пошел?
— Да! Тебе нужна хорошая одноразовая связь, прежде чем ты будешь готова к другому мужчине. В противном случае, если ты увлечешься парнем и трахнешь его после засухи, ты отпугнешь бедного парня своими движениями.
Я смеюсь, и она тоже.
— Кстати говоря, что происходит между тобой и одним парнем?
— Шш, мы не будем говорить об этом. Я работаю над кое-чем. Но мне нужно бежать. Долг зовет. Я должна сводить маму по магазинам. Пообщаемся позже.
Она определенно что-то скрывает, но я на нее не давлю, потому что я делаю то же самое. Как только я попадаю в Вашингтон, движение замедляется. У них есть камеры на стоп-линию, камеры контроля скорости, и я не удивлюсь, если у них есть камеры над головой, чтобы определить, держит ли водитель телефон в руках во время управления транспортным средством.
Когда я сворачиваю на общественную площадку в квартале от своего дома, мой телефон снова звонит. Я жду своей очереди, чтобы получить билет, прежде чем ответить.
Я вижу имя на дисплее прямо перед тем, как сказать:
— Привет.
Ответ шепотом настолько слаб, что я говорю:
— Мэнди, перезвоню тебе. Я тебя плохо слышно.
— Не звони, — громко шепчет она. — Я перезвоню тебе через десять минут.
— Хорошо, — говорю я, беря билет. Звонок обрывается так резко, что я не знаю, то ли сигнал потерян, то ли она сразу повесила трубку.
Я нахожу удобное место рядом со стеной и достаточно большое, чтобы любой, кто припарковался рядом со мной, мог широко открыть свою дверь, и не в машину Дрю… машину Энди.
В своей крошечной квартирке я кладу свою сумочку на маленький столик в моей импровизированной кухне-столовой.
Мой телефон звонит прежде, чем я успеваю сделать еще один шаг. Я отвечаю, и тут же на меня нападает Мэнди, с требованием подробностей.
— Расскажи мне, что случилось прошлой ночью.
Она все еще шепчет, так что я предполагаю, что у нее похмелье.
Я возвращаюсь в свою комнату с телефоном, зажатым между плечом и ухом, и начинаю снимать грязную одежду.
— Ничего, не случилось, мы много выпили и пели караоке. А что?
— А что? — Пищит она.
Я бросаю юбку в кучу в шкафу, включаю телефон на громкую связь и снимаю рубашку.
— Да, что? — Потому что я в полной растерянности. Она говорит так, как будто произошел зомби-апокалипсис.
— Как ты добралась до дома?
Бросаю рубашку в ту же кучу.
— Меня подвез друг. Вы с Дэниелом сели в такси и уехали. Это последний раз, когда я видела тебя. Все в порядке?
Я чувствую себя ужасно, хотя понятия не имею, что не так.
— Нет, он здесь!
Кровать немного проседает, что свидетельствует о качестве матраса, который я купила через веб-сайт, когда переехала сюда в такой спешке. Примечание на будущее — никогда не покупайте кровать онлайн.
— Кто здесь? — спрашиваю я, направляясь в ванную и проверяя состояние своих волос.
Я расчесываю их, когда она говорит:
— Дэниел. Он все еще здесь.
Останавливаясь, я не знаю, что она собирается сказать дальше, но задерживаю дыхание после того, как спрашиваю:
— Это проблема?
Она быстро произносит слова, но кажется, что она спряталась в своей ванной от слабого эха, которое я слышу, несмотря на ее шепот.
— Он спит в моей постели.
Я не была в ее квартире, поэтому не могу представить.
— Хорошо.
— Хорошо? — Она переспрашивает так, словно я сумасшедшая. — Он не одет, а на моем ночном столике лежит пустая упаковка от презерватива.
У меня отвисает челюсть, прежде чем улыбка появляется на моем лице, и я сжимаю кулак. Одна проблема решена.
— Думаю, он тебе нравился больше, чем ты показывала.
— Не знаю, — говорит она слишком быстро, чтобы это могло быть правдой. — Он друг. Ему нужен кто-то, вот почему я пыталась свести вас двоих. Так почему же он в моей постели, а не в твоей?
Не в силах сдержаться, я смеюсь и не могу не поддразнить ее.
— Я думаю, что он там, где должен быть. Вы, ребята, очаровательная пара.
Ее следующие слова все еще еле слышны, но ей удается их прорычать.
— Я бы возненавидела тебя, если бы я уже не ненавидела себя.
— Мэнди, — окликает мужской голос. По телефону это звучит откровенно сексуально. Иди к Дэниелу.
— Мне нужно идти.
— Позвони мне позже, — говорю я, прежде чем вспоминаю о своих планах на сегодняшний вечер.
Она быстро вешает трубку, и я надеюсь, что она не услышала последнюю фразу. Теперь я начинаю с нетерпением ждать понедельника, особенно когда неловкость исчезла.
Я включаю душ. Слова Дженны захватывают мои мысли и заставляют меня волноваться. Хотя у меня нет планов спать с Энди, на этот раз я правильно назвала его имя, я хочу убедиться, что за мной ухаживают, на всякий случай.
Мучительным будет выбор одежды. Поэтому я решаю сделать его сейчас, а не откладывать на потом. Он говорит, что собирается приготовить ужин. В конце концов я выбираю кокетливый топ, который намекает на декольте, и мою самую удобную пару джинсов. Я бросаю пару чистых трусов в сумочку, затем сажусь на диван, чтобы попытаться отвлечься от всего и посмотреть какую-нибудь телепрограмму.
Я закрываю глаза, чтобы дать им отдохнуть, но просыпаюсь от будильника, который поставила на случай, если засну. Я быстро собираюсь и оплачиваю парковку, чтобы вывезти его машину из гаража. Выезжать из Вашингтона так же медленно, как и въезжать. К счастью, я выделила для этого достаточно времени. Мне нужно пару раз объехать вокруг больницы Энди, прежде чем он появляется.
— Привет, красавица, как прошел твой день? — спрашивает он, садясь в машину.
О, я не знаю. Думая о тебе, я хотела сказать Лучше всех, но решила подождать.
— Ничего особенного, посмотрела немного телевизор. А ты?
— Еще один хороший день.
— Как так?
Его улыбка не достигает его глаз.
— Никто не умер на моих глазах.
Разговор о серьезных вещах.
— Как ты продолжаешь это делать?
Он замолкает надолго, и я знаю, что он обдумывает вопрос.
— Из-за того ребенка, которого ты лечишь и посещаешь в профилактических целях спустя годы, чтобы убедиться, что он все еще здоров. Или матери семьи из пяти человек, чьи дети все еще нуждаются в ней. Из-за надежды, что я могу что-то изменить, дать им хотя бы еще один день жизни, вот то, что движет мной.
Его переполняет страсть и нежность. Я не могу сдерживать слезы, которые текут из моих глаз. Он подушечкой большого пальца вытирает их.
— Я знаю, что с моей стороны безумием думать, что мы можем забыть о прошлом, но я считаю, что встреча с тобой — это какой-то знак. Кейт, мне нужно, чтобы ты не отказывалась от этого. Рак всегда будет частью моей жизни. Я хочу, чтобы ты дала мне второй шанс, чтобы увидеть, можешь ли ты тоже стать частью моей жизни.
Я ничего не говорю, потому что он подсказывает мне дорогу к его дому. Я слышу его отдаленный голос, когда погружаюсь в море горя. Рак станет частью его жизни. Несмотря на то, что у меня есть определенные чувства к нему, я не уверена, что смогу прожить такую жизнь.
Он указывает мне путь к гаражу под своим домом, и пустое пространство между нами заполняется мрачной атмосферой. После того, как я паркуюсь, он выходит из машины, предоставляя мне полный обзор. Я видела его, когда забирала с работы, но я была сосредоточена на движении вокруг меня, а не на великолепном мужчине в синей форме. Я поражена невозможным человеком и его невозможной жизнью. Я разрываюсь между ними, зная, что должна связать одно с другим. Еще раз застуканная за рассматриванием его после всех этих лет, я любуюсь им, как идиотка.
— Ты рассматриваешь меня? — шутит он.
Отклонившись, я говорю:
— Ты напоминаешь мне смурфа.
Он посмеивается и ведет меня к двери, где нажимает кнопку лифта.
