них имели офицерский чин). Они продолжали свою деятельность и во время японской оккупации: следили за продвижением кораблей и самолетов противника, за строительством японцами военных объектов и сообщали об этом союзным войскам. Но им пришлось бы плохо без поддержки коренного населения. Островитяне были проводниками, разведчиками, добывали «языков», спасали летчиков и моряков с подбитых самолетов и затонувших кораблей. Существовали небольшие партизан-с кие отряды из местных жителей. Группу, действовавшую под началом берегового наблюдателя на мысе Сеги (Нью-Джорджия), называли «маленькой армией», она построила пулеметное гнездо, охраняла подступы к кокосовой плантации.
Однажды японцы схватили бывшего полицейского из коренных жителей Якоба Воуза, выполнявшего задание в тылу врага, но и под жестокими пытками он хранил молчание. Исколотый штыками, привязанный к дереву, Воуза чудом выжил, был произведен в сержанты, награжден Серебряной звездой и другими орденами, объявлен почетным морским пехотинцем США. После войны он стал одним из руководителей национально-освободительного движения на Соломоновых островах. В борьбе с японскими оккупантами родилась песня «Джапани ха-ха», выражавшая презрение к врагу; ее и сегодня поют жители архипелага.
После эвакуации японцев с Гуадалканала боевые действия переместились в центральную часть Соломоновых островов. «В войне на Тихом океане операция в центральной части Соломоновых островов была лишь небольшим эпизодом, — пишет американский генерал Л. Шепед в предисловии к книге Дж. Ренца «Морская пехота на Центральных Соломоновых островах». — Но в нейтрализации Рабаула, ключевой позиции японцев в юго-восточной зоне, эта кампания сыграла роль первостепенной важности. К началу 1943 г. Центральные Соломоновы острова представляли собой «ничейную» землю, лежащую между Рабаулом и новой цитаделью союзников на Гуадалканале, на которой оба противника обменивались воздушными и морскими ударами. Японцы, укрепляя свои позиции на Нью-Джорджии, уже пытались установить контроль над этой областью. В последовавшей кампании союзники ставили перед собой задачу изгнать их и закрепиться на плацдарме, откуда можно было бы непрерывно атаковать Рабаул»{51}.
Обладание Рабаулом позволяло господствовать не только на архипелаге Бисмарка и в омывающих его водах, но давало неоценимое преимущество в военных действиях на северном побережье Новой Гвинеи и на Соломоновых островах. В распоряжении тех, кто владел Рабаулом, была прекрасная гавань и комплекс авиабаз (три аэродрома из пяти принимали самолеты в любую погоду), откуда наносились бомбовые удары по Гуадалканалу. Рабаул мог быть использован японцами как трамплин для прыжка на Австралию. Он мешал планируемому союзниками наступлению вдоль восточного и северного побережий Новой Гвинеи, которое открыло бы путь на Филиппины. Но, чтобы взять его, надо было пройти по «лестнице» Соломоновых островов. Войска, рвущиеся к Рабаулу, были подчинены командующему юго-западной зоной Тихого океана, куда входили и Соломоновы острова, генералу Дугласу Макартуру.
Второй, после боев на Гаудалканале, драматической страницей стала борьба за аэродром Мунда на Нью-Джорджии. С моря аэродром был почти недоступен: подходы к острову преграждали коралловые рифы. К тому же японцы хорошо замаскировали его строительство — они соединили стальными тросами верхушки деревьев и срезали стволы, надежно укрыв таким образом площадку кронами, которые держались наверху благодаря проволочной сетке. На линии обороны между деревней Киа и аэродромом соорудили 70 бункеров из бревен и кораллов. Второй аэродром был построен в устье реки Вила на острове Коломбаигара.
Американцы также укрепляли свои позиции, срочно достраивая или ремонтируя оставленные врагом аэродромы, сооружая новые.
Захватив 21 февраля 1943 г. острова Расселл, они немедленно возвели там радарную станцию, базу торпедных катеров и аэродром, превратив острова в оперативный центр подготовки к высадке на Нью-Джорджию.
В апреле 400 японских самолетов по приказу адмирала Ямамото четырьмя волнами обрушились на позиции союзников на Соломоновых островах и Новой Гвинее. Это была крупнейшая воздушная операция со времен Пёрл-Харбора. Но она не принесла ожидаемых результатов. Сам Ямамото вскоре погиб: американцы благодаря радиоперехвату сбили самолет, в котором он летел вместе со своими штабными офицерами.
Высадка на Ныо-Джорджию и соседние острова происходила в конце июня — начале июля при участии фиджийских и тонганских «командос». Японцы направили в район Нью-Джорджии только с 6 по 13 июля 4,5 тыс. солдат. За 20 дней с момента начала наступления союзников они 80 раз бомбили их позиции. Каждый натиск американцев парировался. Под непрекращающимся дождем, в тучах мошкары, в грязи мангровых болот продвижение вперед измерялось метрами.
Прошло больше месяца, прежде чдм организованное сопротивление японских войск, оборонявших аэродром в Мунде, удалось сломить. С американской стороны в этой операции участвовало свыше 30 тыс. человек, с японской — 38 тыс. Потери американцев составили 5 тыс. убитыми и ранеными, японцев — 4,7 тыс. убитыми.
С 27 августа по 21 сентября 1943 г. очищали американцы от японских войск и остров Арундель. Хорошо укрепленный остров Коломбангара было решено обойти, создав дополнительный опорный пункт на Велла-Лавелла.
С июля по октябрь 1943 г. в межостровном водном пространстве шли ожесточенные морские сражения. Американцы стремились преградить путь «токийскому экспрессу», т. е. частым рейдам военных и транспортных кораблей по водному пути («щели», как его называли), ведущему от Рабаула к Гуадалканалу и отделявшему северо-западную цепь островов — Бугенвиль, Нью-Джорджия — от северо-восточной — Шуазёль, Санта-Исабель, Малаита.
Американцам дорого обошлось их отставание в области торпедной техники. Японские торпеды, «длинные копья» в частности, оказались намного быстроходнее. В битве в заливе Кула 6 августа торпеда японского миноносца уничтожила крейсер «Хелена», а в ночном сражении при Коломбангаре 13 августа первый торпедный залп навсегда вывел из строя новозеландский крейсер «Леандр», а второй повредил крейсеры «Сен-Луи» и «Гонолулу» и потопил эсминец «Гвин».
В водах, омывающих Соломоновы острова, нес службу в отряде торпедных катеров и будущий президент Соединенных Штатов Америки Джон Кеннеди. В ночь на 2 августа 1943 г. эсминец «Амагири» с ходу рассек надвое «РТ-109», которым он командовал. Уцелевшие члены экипажа добрались до ближайшего островка. К счастью, они встретили местного жителя, который доставил сообщение об аварии, нацарапанное на скорлупе кокосового ореха, береговому наблюдателю. Спасательный отряд прибыл за моряками, когда на острове Рендова по ним уже успели отслужить панихиду.
В начале октября 1943 г. последние баржи, «дайхацу», с японскими солдатами покинули Коломбангару. Велла-Лавелла был полностью освобожден от оккупантов. Закончилось длившееся свыше года сражение за Соломоновы острова, засыпанные градом бомб, снарядов, мин и гранат, смертоносные остатки которых время от времени напоминают о себе и в наши дни.
Материальный ущерб, нанесенный Соломоновым островам за время второй мировой войны, оказался огромным. В сообщении британского верховного комиссариата в западной части Тихого океана говорилось: «…Административные здания разрушены, кокосовые плантации заброшены, плантаторы и торговцы покинули острова, судоходное сообщение с Австралией отсутствует. Туземное население согнано с насиженных мест, от британской администрации остался едва заметный след»{52}.
