прямо на траве, высоко задрав платье и вытянув перед собой ноги, и поправлял повязку на колене. Он поднял глаза, увидел Сьюзен, и по его лицу скользнула тень удивления.
– Ага, играешь на сочувствии, – едва увидев брата, заявила Вивьен, но сама тут же плюхнулась на колени, чтобы взглянуть на его рану.
Сьюзен и Мерлин смущенно переглянулись. Их отношения сильно осложнил тот разговор, когда Сьюзен заявила, что хочет уделять больше времени учебе, а Мерлин спросил, значит ли это, что они не будут теперь видеться так же часто, как раньше, а она не ответила. Для нее это был сложный вопрос: с одной стороны, она инстинктивно сторонилась и Древнего мира, и самих книготорговцев, чья жизнь и работа были связаны с ним, а с другой – ей совсем не хотелось отталкивать от себя Мерлина.
– Это тебе от тети Сэйри, – сказала Сьюзен, протягивая ему молоток. – И я принесла твою сумку. Красивое платье, жаль, что на нем кровь и все такое. Ты цел?
– Спасибо, – ответил Мерлин, взял молоток и показал на лежавшую в траве булаву из камня и шляпки. – Я тут смастерил кое-что подходящее для защиты от статуй, но молоток, конечно, получше будет. Да, я цел. Это всего лишь царапина от кошачьих когтей.
– Каменных, – заметила Вивьен, глядя на куски каменного кота, разбросанные у входа в лабиринт. – Слюной дегустатора обработал?
– Да, сестрица. – Мерлин посмотрел на Сьюзен. – Не хочу, чтобы ты почувствовала себя незваной гостьей, но, Сьюзен, тебе вовсе не обязательно было приходить сюда. Боюсь, тебе будет слегка не по себе, когда мы начнем выходить отсюда.
– Я – ваш выход отсюда, – ответила Сьюзен. – Я должна нарисовать карту, без которой вы никуда отсюда не сдвинетесь. Мне уже начинать?
– О! – воскликнул Мерлин и взглянул на Вивьен. – Понятно. То есть ты думаешь…
– Да, – твердо произнесла Вивьен. – Именно так я и думаю. У Сьюзен есть связь с местом, врожденная сила и способности к рисованию. Сьюзен, доска и перья в сумке Мерлина. Начинай! Вряд ли у нас много времени.
– Времени? – спросил Мерлин с необычной для него тревогой в голосе. – Ты чувствуешь сущность, связанную с этим местом? Она здесь?
– Пока нет, – ответила Вивьен, озираясь. – Кажется, нет. Будем надеяться, она еще не знает про нас. Но это место долго существовало вне времени, а теперь время втекает в него через карту, открытую в Малом книжном. Как только оно наполнит этот пузырь до предела, он лопнет. И мы вместе с ним.
– И сколько у нас времени?
– Думаю, несколько часов есть, – сказала Вивьен.
– Если сущность нагрянет сюда, нам точно несдобровать! – Мерлин вскочил. – Надо найти защищенное место, где Сьюзен сможет работать. Думаю, вон та башня с часами подойдет. Я все равно хотел на нее взглянуть.
– На нее или на тело в часах? – поинтересовалась Вивьен, глядя на башню.
– На тело, – ответил Мерлин. – По-моему, убийство свежее. По крайней мере, не довоенное. На трупе футболка и джинсы.
Мерлину незачем было уточнять, что его интерес к мертвому телу – не праздное любопытство, а его прямая обязанность. Смысл существования книготорговцев заключался в том, чтобы стеречь Древний мир и защищать людей от злых сущностей и их магии, хотя в иных случаях и наоборот.
Сьюзен впервые внимательно поглядела на башню с часами. Раньше она не замечала там тела, но теперь, когда ей прямо на него указали, увидела, что это не поломанная фигура, а именно труп.
– Если подумать, то молоток неплохо бы взять тебе, Сьюзен. – Мерлин протянул ей инструмент, а себе взял самодельную булаву из камня и шляпки. – Можешь понести мою сумку?
Сьюзен кивнула и подняла с травы сумку. Мерлин пошел вперед, чуточку прихрамывая, Сьюзен и Вивьен последовали за ним на расстоянии нескольких шагов.
– En avant, mes braves[4], – сказала Вивьен и, поймав недоуменные взгляды Мерлина и Сьюзен, пояснила: – Отсылка к «Похоронам викинга». Сегодня утром мы познакомились с констеблем Реном.
И она описала все, что произошло в Малом книжном, начиная с исчезновения Мерлина и до того момента, когда она и Сьюзен покинули магазин, атакованный гаргульями.
– Раз они продолжают нападать, значит сущность все еще там, что хорошо для нас, – сказал Мерлин. – И она очень хочет получить карту.
– А что будет, если гаргульи все-таки ее захватят? – спросила Сьюзен.
– Не захватят, – уверенно заявил Мерлин. – Только не там, где Сэйри, Кэмерон и другие наши.
Они подошли к Египетским воротам, которые действительно оказались закрытыми. Две большие створки из грубо обтесанного камня плотно прилегали друг к другу. На их шероховатой поверхности не было ни ручки, ни замка, ни выступа. Мерлин осторожно стукнул по одной из створок своей булавой из кошачьей головы, но безрезультатно.
– Это же мрамор, да? Везде один и тот же. Лабиринт, розы, кот – все из него.
– И лев в книжном магазине тоже, – добавила Вивьен. – Руби говорит, что это пурбекский мрамор. По-видимому, такой рисунок из ракушек характерен именно для него.
– Мрамор с острова Пурбек, – задумчиво произнес Мерлин, переложил булаву в правую руку, а левой толкнул каменные ворота, но те не шелохнулись. – Край Томаса Гарди. Уэссекс. Не помню, чтобы там обретались какие-то вредоносные сущности из списка. А ты, Вивьен?
– Навскидку не скажу, – ответила Вивьен. – Помнится, на галечной косе жил уэссекский дракон, но он притих еще во времена саксов. Мы бы уже знали, если бы он проснулся. Так что если за этим стоит кто-то с Пурбека, то он очень ловко ускользнул от нашего внимания и никогда даже не попадал в список. Я очень внимательно изучу этот вопрос, когда мы вернемся.
– Вот именно, когда вернемся. Придется лезть через изгородь, – сказал Мерлин. – Ворота наверняка открываются с той стороны.
– Вряд ли, – задумчиво произнесла Вивьен. – Сомневаюсь, что у них вообще есть какой-нибудь механизм. Здешняя сущность обладает властью над камнем, она дает ему способность двигаться, если не жить. Подозреваю, что и ворота открываются и закрываются по ее воле.
Мерлин отступил на шаг и почесал голову под кружевным чепцом. Даже он вспотел под летним солнцем, которое хотя и миновало зенит, но по-прежнему пылало жаром.
– Что ты предлагаешь? – спросил он сестру.
– Я могу попробовать разбудить их, – ответила Вивьен. – Надо приоткрыть всего лишь щелочку, чтобы мы могли либо протиснуться в нее, либо навалиться всем вместе и толкнуть.
Она сняла с правой руки перчатку, приложила светящуюся серебром ладонь к каменным воротам и сделала очень глубокий вдох. Секунд тридцать не происходило ничего, затем с хрустом, похожим на хруст раздавленной яичной скорлупы, посередине ворот пробежала вертикальная щель, и створка под рукой Вивьен задвигалась. Не отрывая ладони, Вивьен последовала за ней –
