бумага? И чем я буду рисовать?
– Все здесь, в сумке Мерлина, – с готовностью ответила Вивьен, показывая на большую сумку, стоявшую на углу стола. – К сожалению, доска только черная, зато есть серебряные чернила. Руби наполнила ими три перьевые ручки и добавила серебряный карандаш и точилку.
– Понятно, – протянула Сьюзен. – А может, не только я способна ее нарисовать? Ведь кто-нибудь из ваших наверняка… – Она запнулась, услышав топот на лестнице: кто-то бежал по ней наверх.
Секундой позже грянула сирена пожарной сигнализации.
– Злоумышленники на крыше! – рявкнули в домофон.
Сьюзен, Вивьен и Руби подняли голову. Где-то на потолке что-то рухнуло, затрещало, и из давно не используемого камина в дальнем углу комнаты, к счастью оказавшегося теперь за стеной из набитых книгами чайных ящиков, вылетело огромное облако сажи. Мгновение спустя послышался скрежет камня о камень.
– Что-то лезет в дымоход, – сказала Руби безо всякой необходимости, встала, подняла правую руку и сделала очень глубокий вдох.
– Бери сумку Мерлина! – распорядилась Вивьен, сама схватила со стола бархатную сумочку – меньше пачки сигарет – и сунула ее в карман джинсов. – Возьми меня за руку.
Сьюзен схватила сумку и взяла Вивьен за левую руку, так что их локти соприкоснулись.
В комнату ворвался Кэмерон и еще одна леворукая, которую Сьюзен не знала. В руке у Кэмерона был слегка погнутый железный прут от пресса, а мускулистая женщина в забрызганной грязью спецовке, почти такой же, как у Сьюзен, и байкерском кожаном жилете поверх нее держала в каждой руке по молотку из тех, какими пользуются каменщики.
– Опять эти чертовы гаргульи! – проворчал Кэмерон таким тоном, словно речь шла о дожде или снегопаде. – Каменные драконы размером с собаку и водосточными желобами вместо пасти. Две на крыше, одна у задней двери.
– Уходим, – сказала Вивьен.
– Что, прямо сейчас? – оторопела Сьюзен.
– Они пришли за картой. Вряд ли они ее получат, конечно, но рисковать нельзя. Нам пора, иначе Мерлин останется там навсегда.
– На, держи! – Мускулистая женщина сунула Сьюзен молоток, и та неуклюже взяла его, не разнимая рук с Вивьен, которая, будучи праворукой, даже не пыталась вооружиться. – Передашь Мерлину. С приветом от тети Сэйри.
Из дымохода снова вылетела сажа, каменный скрежет усилился.
– Руби, обездвижь их, как только они ворвутся! – распорядился Кэмерон. – А мы их разобьем.
Руби кивнула, по-прежнему не дыша. Сэйри подбросила второй молоток в воздух и поймала его левой рукой, демонстрируя, кем она была на самом деле, хотя тяжелые мотоциклетные краги скрывали кисти ее обеих рук. Она усмехнулась и расправила плечи, как боксер, выходящий на ринг.
– В «Саду на коробке с хлопьями» Марку приходилось петь, чтобы попасть внутрь, – сказала Сьюзен. – Мы тоже споем или…
– Нет, – ответила Вивьен и коснулась карты.
Глава 5
Где-то, когда-то
Воротные столбы. Столб, на который навешивается калитка, называется навесным, а тот, об который калитка хлопает, называется притворным.
Летний зной и яркий свет полуденного солнца обрушились на Сьюзен, так что она даже прищурилась и опустила глаза. Под ногами у нее была сочная зеленая трава, а от резкой смены освещения и температуры у нее закружилась голова.
– Ну вот, сюда мы добрались, – сказала Вивьен и отпустила руку Сьюзен.
Медленно поворачиваясь вокруг себя, Вивьен задержалась, чтобы взглянуть на солнечные часы – те показывали почти половину первого, – и вернулась в исходную точку. Затем она достала из кармана джинсов бархатную сумочку, открыла ее и вынула из нее крохотный серебристый фотоаппарат. Поднеся его к глазам, Вивьен сделала снимки стен и роз, солнечных часов и неба, потом вернула фотоаппарат в сумочку, а сумочку – в карман.
– Теперь надо поговорить с Мерлином.
Сьюзен даже подпрыгнула, когда Вивьен подняла голову и издала такой неожиданно могучий, протяжный крик, который иначе как ревом и назвать-то было нельзя, хотя он исходил от хрупкой молодой особы. Видимо, легкие праворуких также отличались особой мощью, и сейчас Вивьен дала им полную свободу.
– Приве-е-ет!
Секундой позже откуда-то из-за стен лабиринта, не так далеко, донесся не такой громкий, но не менее пронзительный отклик; голоса брата и сестры были очень похожи.
– Йоикс! Тэлли-хоу! Берегись роз, иди по моим отметкам на дерне.
– Жив, – сказала Вивьен. – И голос нормальный. Пошли.
Она зашагала к выходу с центральной лужайки, а Сьюзен поспешила за ней, чувствуя себя железнодорожным носильщиком: неожиданно тяжелая сумка Мерлина оттягивала ей одну руку, а молоток – другую. К тому же ей сразу стало невыносимо жарко в полушубке, но, чтобы снять его, пришлось бы остановиться, а значит, рискнуть потерять из виду Вивьен, которая шла очень быстро.
– Что он сказал про розы? – выдохнула она, догоняя Вивьен.
Та искоса взглянула на скульптурные цветы и колючие стебли, опутавшие стены, коротко вдохнула, на пару секунд задержала дыхание, потом нахмурилась и презрительно фыркнула, выпуская воздух:
– Снова живой камень. Спит, пока его не тронут или пока кто-нибудь не полезет на стену, а тогда он набросится на нарушителя, как мурена. Он не умеет размышлять, ему незнакома осторожность, только агрессия. Грубая сила. Сущность, которая стоит за ним, наверное, вложила в него все свои силы. Или нашла другой способ заставить его действовать… – Вивьен замолчала, поджав губы с таким отвращением, будто неожиданно для самой себя открыла в своих словах неприятную и страшную правду, и ускорила шаг, останавливаясь только на перекрестках, чтобы отыскать в траве метки, оставленные Мерлином. – Любопытно, что карта не совсем точно отражает лабиринт. Не думала, что такое возможно, учитывая природу их связи. Существует целый ряд иных способов запутывания магии. Лабиринты вроде этого нужны как ловушка для случайных гостей, чтобы удерживать их на месте до тех пор, пока сущность, чьим владением является это пространство, не явится за ними сама.
– И… э-э-э… как скоро это может случиться? – спросила Сьюзен.
– Не знаю, – ответила Вивьен. – Поскольку наша часть карты оторвана от большего целого, то здесь, скорее всего, не все в порядке. Не исключено даже, что сущность, создавшая ее, не может сюда вернуться, хотя тут я, вероятно, принимаю желаемое за действительное. Между этим садом и его владельцем могут существовать и иные связи, не обязательно через карту. Мы еще мало знаем.
– Надо забрать Мерлина и убираться отсюда поскорее! – с чувством произнесла Сьюзен. – Если я, конечно, смогу нарисовать нам другую карту.
– Конечно сможешь, – уверенно сказала Вивьен. – Так, нам сюда. Вот знак Мерлина. И да, нам надо спешить. Зря я позволила любопытству взять надо мной верх.
Несколько минут спустя стрелки на газонах вывели их из лабиринта, и они увидели Мерлина. Он сидел
