Не отрываясь, он смотрел на Калли и мир исчез. Только она существовала.
Боже, она была ошеломляющей. Когда она сдалась, то сделала это полностью.
И знание, что он должен оставить ее сейчас, убивало его, потому что он не мог доверять себе, он мог раздеться и трахнуть ее.
Закрыв глаза, собрав волю, он поцеловал Калли в горячие щеки, провел губами по ее влажному лбу, а затем взял ее рот в последний бесконечный поцелуй. Он остался так, изо всех сил пытаясь выпить воздух. Мгновение, потом другое. Он лелеял каждую драгоценную, незаменимую секунду. Калли всхлипнула, и его грудь разбилась.
Торп разорвал поцелуй и прижался к ее лбу, вдыхая ее.
– Ты обещал, что не уйдешь, – сказала она сквозь слезы.
– Я сказал, что не уйду, прежде чем не доставлю тебе удовольствие. Ты не уйдешь от меня, любимая. Не заставляй меня показывать свою безжалостную сторону, – он слегка прикоснулся к ее глазам. Затем накинул на нее одеяло, нашел ее сумочку и вытянул оттуда ключи от машины. Положив их в карман, он надел рубашку, прикрепил запонки, взял пиджак и ее упакованные сумки.
– Черт возьми, Торп. Ты не можешь уговорить меня таким образом, а затем встать и уйти.
Он направился к двери.
– Я вернусь.
***
Как только Торп вышел, Киркпатрик показался из коридора, несясь к нему, как человек, готовый драться. Как, черт возьми, он прошел мимо Акселя?
– Какого черта ты делал с Калли? Я слышал ее крики на весь клуб.
– Думаешь, я причинил ей боль?
Лицо Шона вспыхнуло.
– Я думаю, ты всю ее облапал своими гребаными пальцами.
– Динь-динь-динь. Кто-то получает приз, – он отодвину Шона, намереваясь попасть в офис.
Киркпатрик ударил его в челюсть, затем последовал слева хук в живот. Торп не ожидал этого... но должен был догадаться.
Он согнулся пополам, и Шон воспользовался возможностью, чтобы ударить его о стену.
– Как ты смеешь трогать мою сабу? Я влюблен по уши в Калли. Я знаю, ты слышал мое признание. Я в этом убедился.
Торп уставился на своего нежелательного соперника, пытаясь оттолкнуть его. Киркпатрик не двигался с места. Ну, парень заигрался. Интересная заметка для дальнейшего использования... Но он не собирался говорить Шону, что Калли не может долго оставаться его сабой. То же самое можно сказать и о ее месте, даже если он хотел бы бросить это признание в лицо ублюдку.
– По причине, которую я не могу понять, у нее тоже есть к тебе чувства.
Он фыркнул.
– Не такие, видимо, раз она решила пойти к тебе после меня, черт возьми.
Как бы Торп не хотел позволить Киркпатрику поверить в худшее, он отказался дать Шону повод наказать Калли за собственные действия.
– Я не трахал ее.
– Но ты хотел, – Шон обвинял его.
– Само собой. Калли – красивая женщина. Как ты уже отметил, я забочусь о ней. Почему мы снова обсуждаем одно и то же?
– Потому что мое право знать абсолютно все, что ты сделал с ней, – он пригвоздил Торпа к стене.
Ублюдок ударил его так сильно, что он чуть не почувствовал тошноту. Но он отказывался показывать слабость.
– Убирайся или я арестую тебя за нападение, – чтобы выразить свою точку зрения, Торп наклонился и толкнул в плечо шотландца. Затем он вынул свой телефон, чтобы отправить Акселю сообщение, и набрал их код для «проблемы». – У меня нет времени на тебя, – сказал Торп. – Давай просто решим, что у Калли есть чувства к нам обоим, и она предложила нам одинаково попрощаться. Я привлек ее внимание, прояснил несколько вещей и оставил ее в наручниках на кровати в целости и сохранности. Я даже забрал ее ключи от машины, – он вытащил их из кармана и помахал ими перед лицом Шона.
Выражение лица шотландца поменялось на что-то между угрюмостью и неверием.
– Я хочу увидеть ее.
– Извини, но я все еще не уверен, что она этого хочет.
– А тебя? – Киркпатрик зубоскалил.
– Нет. Это единственная причина, по которой она не надела ошейник, когда ты приходил за ней. Если и когда я решу, что ты можешь увидеть ее, я дам тебе знать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
По сигналу Аксель ворвался в зал с парой своих парней. Шон вышел, качаясь, но каждый из охранников схватил его за руку.
Аксель только сунул руку в волосы Киркпатрика и дернул.
– Обоссался, а? Пошли, ублюдок.
Торп улыбнулся. Никто не обвинял Акселя в плохой актерской игре.
– Не звони мне. Я сам, – Торп крикнул, когда мужчины насильно поволокли кричащего и пытающегося вырваться Шону по клубу.
– Это еще не конец, – закричал Шон через плечо, все еще сражаясь с ними. – Она моя!
– Отвали, – пробормотал он себе под нос, затем снова вытащил телефон, направляясь к кабинету.
Оказавшись в кабинете, он взял паузу, чтобы наметить план действий. Ланс был в темнице. Отлично. Калли нужна забота, и он приложит все усилия, чтобы перехитрить и укротить сабу. Торп надеялся, что простое разжигание сексуального огня между ними может убедить ее остаться, но... это принятие желаемого за действительное. Было умнее, если бы он сам трахнул ее, так как это, вероятно, была его единственная возможность. К черту. Сейчас он должен перестать думать о ее промежности и действовать стратегически. Ланс не тронет ее. Он сильный, умный Дом – в его теле ни единой гетеросексуальной кости. Даже лучше.
Спустя пару минут вернулся Аксель, и он выглядел так, будто завтра у него будет синяк.
– Могу я предъявить обвинения в нападении?
Торп перевел взгляд на Дома.
– Нам здесь не нужны проблемы. Не лучше ли встретить его в темном переулке?
– Черт, да. Это приемлемо, босс?
Он пожал плечами.
– Развлекайся. Не попадайся. Но пока ты не ушел, ты мог бы попросить Ланса присмотреть за Калли?
Кивнув, Аксель ушел. Спустя пару минут, он привел Ланса.
Ланс остановился у двери Торпа.
– Ждем неприятности от нашей маленькой лисицы?
– Как обычно, – Торп слегка улыбнулся. – Мне нужно срочно позвонить, я ценю твою помощь.
– Всегда рад помочь.
Как только Ланс исчез, Аксель направился к темницам, Торп решился сделать то, что никогда не сделал бы в рабочие часы. Но в этом случае, он решил, что имеет право. Он налил себе крепкий скотч, плюхнулся на стул и выпил. Затем он снова нарушил свои правила – набрал клиента.
Логан Эджингтон ответил на звонок на третьем гудке, шум от телевизора был слышен на фоне, пока он его не убавил.
– Торп. Как дела, чувак? Поздновато для звонков.
– У меня особая ситуация. Мне нужна информация. Я бы хотел поговорить с твоей женой, если это не проблема.
Бывший морпех опешил на мгновение.
– Да. Мы смотрим фильм как раз. У Тары срок где-то через два месяца, и у нее бессоница. Если я не займу ее, то она будет «вставать» пол ночи, что будет сигналом для перемещения мебели без консультации со мной или просьбы о помощи.
– Хей, – он услышал протесты Тары на заднем фоне. – Близнецы бодрствуют ночью. Я не могу спать, когда меня пинают. Я извинилась.
– Да, после того, как я добавил еще одно нарушение в твой быстро растущий список после рождения этих детей. Ты их мучаешь, Вишенка, – когда его жена шумно вздохнула, Логан только рассмеялся. – Жена моего брата, Ката, отстала от нее на пять месяцев и все еще находится в состоянии постоянной усталости, поэтому она отказалась от ночи кино. Если ты сможешь занять мозг Тары прямо сейчас, ты будешь моим героем.
– Я определенно победитель, – Торп пообещал, – ты уверен, что ей сейчас это можно?
Логан усмехнулся.
– Ее лодыжки может и опухли, но с умом все в порядке. Держи.
После короткого шума, послышался голос Тары.
– Привет, Торп.
– Привет, моя сладкая. Извини, что так поздно, мне нужна твоя помощь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Что угодно. Только скажи.
– У тебя еще остались контакты в ФБР со времен работы аналитиком?
– Конечно, – она снова пошуршала в постели. – Не могу найти удобную позу. Извини. Секунду... Так. Что тебе нужно?
