Свирепо посмотрев на него, она с силой стукнула стаканом по стойке, забрызгав все вокруг. Лимонная долька отлетела от стакана и скользнула под тарелку клиента, сидевшего на третьем от нее табурете. Со вспыхнувшими щеками она подошла к этому клиенту, забрала лимонную дольку, вернулась и бесцеремонно бросила ее в стакан Дуга.
— Ты уже нашел работу?
Он покачал головой и наградил ее ослепительной улыбкой. Она разгорячила ее вплоть до кончиков пальцев на ногах, а такое не проигнорируешь.
— О боже, леди, вы забыли вчерашний разговор о терпении, который мы слушали вчера в церкви? Я занимался поисками всего лишь пару часов. — Он понизил голос и подначил:
— Я бы отправился на поиски гораздо раньше, если бы ты растолкала меня перед уходом на работу.
Он говорил так, будто бы забыл, как отправился спать в ярости после ее замечания о том, что может послужить плохим образцом для Дональда. Он и в самом деле казался веселым и еще более заманчиво-соблазнительным, чем всегда.
— Ты уже взрослый человек, и сам можешь проснуться, — отпарировала она. — Пользуйся будильником.
— Будильники издают слишком много шума. К тому же я предпочел бы, чтобы меня будила ты, — его голос понизился до шепота. — Припоминаю, как ты обычно делала это…
Трейси покраснела, внезапно вспомнив во всех чувственных подробностях, с чего обычно начиналось каждое их утро.
— Ты будешь тогда постоянно просыпать, — прошипела она, — ибо я и на сотню футов не приближусь к постели, в которой спишь ты.
— Посмотрим, — ответил он протяжным, с ленцой, дразнящим голосом, от которого ей захотелось укрыться на кухне с Джонни Реем, даже если ей придется при этом помочь ему нарезать лук для гамбургеров.
— Так ты нашел работу или нет? — настойчиво повторила она.
— Пока нет. Не так-то много предложений для мужика с моим уровнем.
Она глубокомысленно кивнула.
— Что правда, то правда. Ну да теперь, когда Вирджиния Сью унаследовала состояние своего покойного мужа, она могла бы нанять тебя в качестве своего телохранителя… или кого-то еще.
Он сердито поглядел на нее:
— Меня не тянет работать на Вирджинию Сью в каком бы то ни было качестве.
— Ну, разумеется. Что я за дурочка! Тебя же тянуло только переспать с ней, — яростно огрызнулась она, прежде чем вспомнила, что все посетители обжираловки прислушивались к каждому сказанному ими слову. Великолепно, Трейси, упрекала она себя.
Дуг глубоко вздохнул, как если бы его терпение подверглось тяжкому испытанию. Пожав плечами, он оглядел зал, словно требуя моральной поддержки, по крайней мере, от половины присутствовавших там мужчин.
— Трейси, это произошло почти три года назад, и я не спал с ней. Я немного перебрал и пытался поухаживать за ней. Ничего особенного, и ты прекрасно знаешь это. Я не первый женатый мужчина, который делал подобную глупость на вечеринке, и сомневаюсь, чтобы я был последним.
— Может, и так, но у тебя лучше получается, чем у многих, — подначивала она. — Ты начал преследовать женщин с того дня, когда научился ползать. Твоя мамочка рассказывала мне.
— Но не теперь, — торжественно ответил он. — Отсутствие практики лишает навыка. Я изменился, Трейси Мари. Я больше не флиртую.
— Черта с два! — отпарировала она, бессознательно воспроизводя любимое выражение матери. — А вчера в церкви?
— А что случилось в церкви? — Он выглядел по-настоящему озадаченным.
— Что-то ты не держался на безопасном расстоянии, когда Вирджиния Сью бросилась обнимать тебя.
— О господи, женщина! Это было всего лишь выражение радушного приема после долгого отсутствия.
— Вот как? — с сомнением воззрилась она на него. — Что-то я не помню, чтобы ты удостоил меня такого объятия, когда появился на моем пороге и объявил о своем намерении поселиться у меня. А я была все же твоей женой. Вирджиния же Сью была всего лишь…
Он светился широчайшей улыбкой, а его глаза мерцали, как бы говоря: вот ты и выдала себя. А она, хоть тресни, не понимала, каким образом.
— Ты вела себя, я бы сказал, как старый дикобраз, когда я появился в воскресенье. Но если ты хочешь объятий, я, разумеется, не откажу тебе в них, — пообещал он с плутовской искоркой в глазах. Он соскользнул с табурета и оказался за стойкой прежде, чем она сообразила, какую беду навлекла на себя всеми этими дурацкими разговорами о Вирджинии Сью и объятиях.
Когда он уже находился в нескольких дюймах от нее, глаза Дуга коротко вспыхнули голубым пламенем, который Трейси тут же узнала. Он сжал ее в своих объятиях, опасно наклонил назад и поцеловал глубоко и жадно, двигаясь так стремительно, что в первый момент она восприняла его прикосновение как некий нектар — подарок богов. Ее тело откликалось на каждое ощущение — от вида его тела, надвигавшегося на нее, до нежного прикосновения его губ, от неровного дыхания до мускусного мужского запаха. Ее сердце забилось в сумасшедшем, возбужденном ритме, кровь устремилась в область живота, вызвав у нее жаркое, требовательное вожделение.
Когда первый шок прошел, ее сильнейший удар произвел на его могучее плечо не большее впечатление, чем комариный укус, и его теплые, мягкие губы ни на йоту не оторвались от ее губ. Они продолжали целоваться сладко и нежно, пока она не вздохнула с наслаждением, ее заблудившаяся рука не обхватила его за шею и пальцы не запутались в мягких волосах на его затылке.
Теперь поцелуй уже мог продолжаться вечность, если бы это зависело только от нее. Он был наполнен магией, нежностью и страстью. Но в конце концов свист и одобрительные возгласы развели их в стороны, а Морти не преминул заметить с сарказмом, что он нанимал ее кормить людей, а не устраивать для них представления.
— Сделайте это еще раз, и я начну брать плату за вход. — Он противно хихикнул, потом ободряюще улыбнулся Дугу, словно в следующую секунду собирался похлопать его по спине и поздравить.
— А, иди ты к черту! — огрызнулась Трейси, тут же сообразив, что она стала гораздо чаще посылать людей по этому адресу с тех пор, как Дуг вернулся домой. Не в ее характере было проявлять подобную раздражительность, но присутствие Дуга, похоже, пробуждало в ней все самое худшее. Он вызывал в ней такое сильное волнение, которое она никак не ожидала испытать вновь. Гнев представлялся ей единственным надежным средством защиты, но «Морти» не был тем местом, где его следовало выставлять напоказ.
Во избежание новой сцены Трейси тут же отправилась на кухню, где укрывалась с Джонни Реем, пока не увидела, что Дуг ушел. Но прежде он остановился перед половиной столиков в зале, чтобы поболтать и посмеяться с тем очаровательным и искренним дружелюбием, которое и привлекало к нему людей. Сейчас он казался еще нахальнее, чем обычно.
