врезалась прямо в то, что было похоже на кирпичную стену из закаленной груди и шести кубиков пресса. Это был Рид.
Я так торопилась, что отскочила от его мускулистого тела. Я, наверное, бы упала на спину, если бы он не схватил меня одной сильной рукой и не поднял.
В его бледно-голубые глазах промелькнуло удивление, но то же время, он продолжал держать меня, даже когда я уверенно стояла на своих ногах.
— Ты могла пострадать. Ты должна смотреть куда идешь, Саманта.
Вывернувшись из его рук, я саркастично заметила.
— Как ты смеешь такое говорить? Черт возьми, ты вышел из ресторана почти так же быстро, как я. Даже не пытайся отрицать это.
— Ну…
— И, кстати, разве ты, как перевертыш, не должен иметь более быстрые рефлексы, чем средний человек или что-то еще?
— Да.
— Тогда, когда я чуть не врезалась в тебя, почему ты не показал эти быстрые рефлексы?
— Я это сделал. Я увидел тебя краем глаза, и поймал до того, как ты смогла упасть на спину.
Это имело смысл, хотя, все еще сердясь на тон, который он взял со мной, я не хотела этого признавать.
— Ну, похоже, что, если бы у тебя действительно были более быстрые рефлексы перевертыша, ты бы избежал столкновения, тем самым убедившись, что у меня не было даже малейшего шанса упасть.
Глядя мне в глаза с нечитаемым выражением лица, Рид не сразу ответил.
— Ну, может быть, я хотел тебя поймать. Может, мне понравилось чувствовать тебя на руках прошлой ночью, и я хотел почувствовать это снова.
Это заставило меня замолчать, потому что я поняла, что тоже хотела почувствовать, как он держит меня. Стоя достаточно близко к нему, чтобы уловить только намек на его чистый, древесный, мужской запах, я ничего не сказала на мгновение или два, и он тоже. С его все еще нечитаемым выражением лица, он просто посмотрел мне в глаза, как будто пытался оценить мою реакцию на то, что сказал.
Но потом он резко отвел взгляд, нахмурившись и взъерошив рукой свои густые темные волосы.
— Пожалуйста, Саманта… Давай держаться подальше друг от друга в городе. Ладно?
С моим гневом, вспыхнувшим снова, я могла только коротко пробормотать:
— О, ну, извини, я хоть и супергенная женщина, но не экстрасенс, что затрудняет мне знать, когда ты собираешься выйти из ресторана, что, в свою очередь, затрудняет мне «просто держаться подальше» от тебя.
— Послушай. Просто…
— «Давай просто держаться подальше друг от друга», сказал человек, который пригласил меня на «шикарный» ужин с ним сегодня вечером. Смысл есть. Пригласи женщину на ужин, а потом попроси ее «держаться подальше». В этом так много смысла, что я едва ли смогу понять его.
Рид внезапно растерялся и спросил, о чем я говорю в отношении шикарного ужина.
Наверное, второй или третий раз во время нашего разговора я усмехалась.
— Тот «шикарный» ужин, на который ты попросил Мэри пригласить меня. Я столкнулась с ней в одном из бутиков, и мы поболтали минуту. Очевидно, ты передумал насчет того, чтобы поужинать со мной сегодня вечером, и это нормально. Я буду есть в одиночестве. Думаю, я просто подумала, что после вчерашнего, ты изменил мнение насчет того, что мы «все делаем вместе», и была более открыта для мысли, что у нас будет дружба или что-то вроде того.
Как он всегда делал, когда был рядом со мной, Рид провел рукой по своим волоса.
— Послушай. Прошлая ночь ничего не изменила. Я все еще хочу, чтобы наши отношения были чисто деловые. И если ты хочешь что-то другое…
— Нет. Нет, не хочу. Я никогда этого не хотела, и до сих пор не хочу. Я просто подумала, что мы могли бы быть более дружелюбными, но ты тот тип человека, который сохраняет все свое «дружелюбие» для спальни.
Рид начал отвечать, но я оборвала его.
— Не нужно никаких объяснений. Я тебя прекрасно поняла. Мы бизнес-партнеры. Больше ничего. Я позвоню Мэри и скажу, что нам не нужен никакой «фантастический» ужин сегодня.
Рид тяжело вздохнул.
— Пожалуйста, не надо. Я хотел сказать тебе это раньше, но, пожалуйста, не пытайся отговорить Мэри от выполнения ее обычных домашних обязанностей. Когда Шон умер, я сказал ей, что хочу дать ей ежемесячную зарплату только за то, что она живет здесь, в Сомерсете, просто чтобы ей было комфортно и не нужно было переезжать, но Мэри не услышала об этом, а вместо этого настояла, чтобы она «зарабатывала на жизнь», готовя и убирая для меня. Теперь, все эти годы спустя, она, кажется, действительно гордится этим, поэтому, как я сказал, пожалуйста, не пытайся отвратить ее от этого, даже если ты чувствуешь, что хочешь сделать уборку и приготовление пищи самостоятельно. Я уверен, что она бы поняла, что ты готовишь ужин сама, но… просто позволь ей готовить большинство ужинов, пожалуйста. Ладно? Даже «фантастические», или что-то еще, что она запланировала на сегодня.
Я начинаю подозревать, что ужин был идеей Мэри, и что Рид не просил ее пригласить меня, я не могла винить Мэри. У меня появилось другое чувство, что она может попытаться сыграть романтическую сваху со мной и Ридом.
Ради нее я сказала Риду, что не скажу ей отменить ужин.
— На самом деле, если ты увидишь ее, скажи ей, что мы все еще будем есть вместе сегодня вечером. Ведь деловые партнеры едят вместе, не так ли?
Единственный ответ Рида заключался в том, чтобы провести рукой по волосам, и я сказала ему, что увижу его за ужином в восемь. Видимо, не зная, что сказать в ответ, он пошел к блестящему черному грузовику, припаркованному перед рестораном, сел и поехал. Только тогда я огляделась вокруг, поняла, что действительно было много людей, наблюдающих за нашим разговором. По крайней мере, две дюжины лиц были прижаты к зеркальным стеклянным окнам перед рестораном, и еще много лиц смотрели через витрины слева и справа. Через дорогу, по крайней мере дюжина людей на тротуаре остановились, чтобы посмотреть шоу. Все эти люди, или, по крайней мере, подавляющее большинство из них, носили пустые выражения, которые люди могли носить во время просмотра телевизора, что я на самом деле могла бы найти смешным, если бы моё хорошее настроение раньше не уступило одному гораздо более темному.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Все еще дымясь, я вскоре нырнула в «Интернет-кафе Полли», обнаружив, что место пустынно, что не было очень удивительно, так как теперь было
