На самом деле, каждый раз, когда я смотрела в сторону Рида, отчетливая боль, которую начала чувствовать в животе, казалось, стала еще более выраженной.
Мы почти закончили нашу еду, когда он наконец заговорил, сказав, что ему нужно уйти на какое-то время, чтобы помочь своим людям избавиться от кой-каких «тушек», как я догадалась, тушками были порожденные. Я сказала, что все в порядке, и мы оба замолчали, пока Рид снова не заговорил.
— Я думаю, что вернусь к восьми или около того.
— Все в порядке.
— И тогда мы можем… мы можем сделать то, что нам нужно сделать в отношении нашего делового соглашения.
Опять же, его слова ударили по мне. «Наше деловое соглашение». Я тоже хотела, чтобы наше «соглашение» было «бизнесом», но не была уверена, почему Рид должен говорить так чертовски холодно об этом. Как будто у него каменное сердце. «Неудивительно, что ему чуть за тридцать и он еще не женат», — подумала я. Он может быть чертовски горяч, но его сердце холодное, как лед.
Когда я не ответила на то, что он сказал о «нашем деловом соглашении», и вместо этого съела последние пару кусочков моей запеканки, Рид откашлялся и снова заговорил, взяв свою хлопковую салфетку с коленей и положив ее на стол.
— Послушай, если ты каким-то образом не готова выполнить наше соглашение, тебе, конечно, не нужно. Я не имею права никого заставлять.
Вдруг, с грохотом опустив вилку, я наконец взглянула ему в глаза.
— Я более чем готова «пройти через» наше соглашение. Я просто не понимаю, почему ты так холодно к этому относишься, постоянно называя это соглашением. Мы можем хотя бы попытаться завести дружбу или что-то в этом роде? Я имею в виду… у нас будет ребенок, так что мы могли, по крайней мере…
— Нет. — Проведя рукой по волосам, Рид теперь стоял на ногах, даже не глядя на меня. — Будет лучше, если между нами будет только бизнес, Саманта. Я буду любить нашего ребенка; я обещаю тебе это, но что касается нас с тобой… — он остановился, чтобы снова провести рукой через свои густые темные волосы. — Я хочу, чтобы все это было чисто бизнесом. На самом деле, пока мы оба полностью не согласны с этой идеей, я не думаю, что мы должны спать в одной постели, чтобы заняться бизнесом. Я сейчас же отнесу твои вещи в свободную спальню. Это главная спальня, так что у тебя все еще будет свой душ и все такое.
— Но, подожди, Рид. Ты можешь хотя бы сказать мне…
— Нет. И с меня хватит разговоров об этом.
Он уже почти вышел из столовой, направляясь к лестнице.
Собирая стол, я возмущалась, думая, что, по крайней мере, он должен мне объяснить, почему хочет, чтобы наше «деловое соглашение» было настолько строго деловым. В то же время, хотя я злилась, — удивлялась, почему меня это заботит. Пока я зарабатывала деньги, которые мне были нужны, чтобы спасти жизнь моей матери, ничто другое не имело значения. Или так я говорила сама себе.
Я как раз закончила загружать посудомоечную машину, когда Рид покинул дом, не сказав ни слова, снова оставив меня злиться. Однако, после второго выпитого бокала вина, я обнаружила, что моё настроение немного смягчилось и что хорошая, длинная, роскошная ванна с пеной звучала божественно.
Как только нашла комнату, куда Рид переместил мои вещи, я еще раз распаковала вещи, а затем исследовала главную ванную комнату, где обнаружила, что у нее была не только ванна, но и ванна с гидромассажем. В течение десяти минут или около того, струи массировали моё тело, которое стало невероятно напряженным из-за долгой поездки, ссоры с Ридом и ужасной встречи с порожденным.
Я отмокала в ванной очень долгое время, прежде чем, наконец, вышла, когда моя кожа начала морщиться. Завернутая в полотенце, я несколько минут рылась в своем комоде, пытаясь найти свою пижаму, когда мне показалось, что услышала стук в дверь своей спальни. Если бы кто-то действительно стучал, это было тихо, и я засомневалась, действительно ли что-то слышала.
Через минуту или около того, найдя свою пижаму, я сняла полотенце, чтобы надеть ее, когда снова раздался стук, на этот раз звонкий, как колокольчик. Моя первая мысль была, что это, вероятно, Мэри. Ранее она сказала, что собирается снова прийти в дом, чтобы прибраться после ужина, но я сказала ей, чтобы она даже не мечтала об этом, потому что я могла легко это сделать. Теперь я поняла, что она решила меня не слушать. Итак, снова обернув полотенце вокруг себя, я крикнула ей, что иду. Однако, когда открыла дверь секундой позже, то это была не Мэри, стоящая снаружи. Это был Рид, и его глаза мгновенно расширились, когда он осмотрел своим взглядом меня с головы до ног, от моих мокрых волос до тела, прикрытого полотенцем.
ПЯТАЯ ГЛАВА
Если Рид был поражен моим нарядом или его отсутствием, то он быстро оправился, прочистив горло.
Сжимая свою сильную челюсть, он поднял свой взгляд на мое лицо.
— Я просто хотел сказать тебе прости… за то, что было ранее. Я имею в виду то, что я сказал, но я должен был…
Он остановился, чтобы вздохнуть, и я могла сказать, что он просто жаждал провести пальцами по своим волосам, но он этого не сделал.
— Я должен был справиться со всем этим иначе с самого начала. До того, как ты пришла сюда, я должен был тебе ясно дать понять, что хочу, чтобы между нами были только деловые отношения. Тогда ты могла бы сделать выбор, приходить сюда или нет. На самом деле, у меня даже был шанс сделать все кристально ясным для тебя в тот момент, когда ты прибыла сюда сегодня, но я им не воспользовался, потому что в тот момент, когда я увидел тебя… когда я увидел, как ты прекрасна, с твоими губами лука Амура (прим. пер.: форма губ с двойным изгибом верхней губы с центральным «V» или углублением), и твоими сверкающими зелеными глазами, и… — явно расстроенный, Рид поддался порыву и провел рукой по своим волосам, дважды на самом деле, нахмурившись так сильно. — Ты имеешь полное право быть немного смущенной и сердитой на меня, Саманта. Я просто надеюсь, что ты преодолеешь это, и надеюсь, что в конечном счете решишь остаться здесь, хотя, к сожалению, факт остается фактом, что я все еще хочу, чтобы между нами были строго…
