десятилетия. Придётся придумать, как оказывать им не только психиатрическую, но ещё и психотерапевтическую поддержку. После возвращения в реальный мир им придётся долго адаптироваться к прежним условиям.
В этот же день Семёна выписали. Однако я настоял, чтобы его на всякий случай перевели в губернский госпиталь. Пусть побудет под наблюдением других лекарей какое-то время.
Мы завезли Семёна к Разумовскому, а потом кучер высадил меня на главной площади. И там меня ожидал родственник, которого я думал увидеть в Саратове лишь через неделю.
— Давно не виделись, Алексей! — улыбнулся Ярослав Мечников. — А вот и я! Подумал, раз твои письма так долго идут в Санкт-Петербург, значит, имеет смысл приехать раньше и переговорить с тобой тет-а-тет.
— Рад тебя видеть, брат, — я обнял Ярослава — правда, обхватить его целиком мне так и не удалось. Слишком уж много в нём лишнего веса. — Я ждал, что ты прибудешь через неделю — на мою свадьбу. Отец с Кириллом тоже уже приехали?
— Нет, они прибудут позже. Но и я приехал не просто так. Меня просили передать тебе сообщение. Не письмом, а из уст в уста, — уточнил он. — Есть для тебя новый заказ.
— Заказ? Да куда ты так торопишься? Мы ведь ещё с тобой не закончили с психиатрией. Хотя все данные я уже собрал, — напомнил я.
— Насчёт этой статьи не беспокойся. Всё, что ты мне выслал, я уже отдал руководству академии. Скоро отношение к психам пересмотрят. Я имею в виду совсем другое, — перешёл на шёпот Ярослав. — Заказ от самого императора. Отец просил тебе передать, что государь хочет укрепить страну. Желает с помощью тебя сделать всё население здоровым. Звучит как сказка, понимаю. Но…
— Нет, погоди. Кажется, я понимаю, что хочет от меня император, — я потёр руки, предвкушая предстоящую работу. — Какое совпадение! А я ведь как раз собирался заняться именно этой разработкой!
Да. Время настало.
Пора отдать почести великому врачу, чью фамилию я ношу.
Остаться в истории как «настоящий» Мечников!
Глава 7
Был в моём мире один известнейший человек. Носил он ту же фамилию, что и я. И жил практически в то же время, в котором я сейчас существую.
Только имена у нас отличаются.
Илья Ильич Мечников. Такой же известный, как Сеченов, Павлов, Углов и Боткин.
А знакомые ведь все фамилии! Иронично вышло. В моём мире эти люди шли впереди планеты всей и продвигали биологию, медицину и все смежные с ними науки. В этом же мире эти фамилии принадлежат людям, которые стали избранниками лекарских богов.
Но я хочу пойти ещё дальше. Илья Ильич Мечников магией не владел, насколько мне известно, но историю медицины изменил сильно. И я собираюсь сделать то же, что и он. Только в ещё большем масштабе.
— Говоришь, император хочет укрепить здоровье населения? — обратился к Ярославу я. — Не представляешь, как я давно к этому готовился. И ты тоже.
— В смысле? — растерялся Ярослав и озадаченно поправил свои очки. — А я-то здесь при чём?
— Этот разговор — точно не для улицы. Пойдём обсудим где-нибудь в другом месте. Есть здесь неплохой ресторан рядом с моим домом… Вот там и побеседуем, — предложил я.
— Погоди, мне много есть нельзя. Сам же знаешь. Судя по твоим наработкам, у меня — сахарный диабет второй стадии.
— Второго типа, — поправил Ярослава я. — Стадий у диабета не бывает. Да и есть я тебя не заставляю. Просто чай попьёшь без сахара.
— Ты же сам понимаешь, какой это соблазн — смотреть, как другие едят! — взмахнул руками брат. — Может, лучше пойдём к тебе домой? Ты же вроде ещё живёшь в той служебной квартире, разве нет?
Я вспомнил, что случилось со зданием прямо перед моим уходом. Сомневаюсь, что стоит вести Ярослава туда, где из-за действий Лихого потолки падают.
— Здание, где находится моя квартира, временно закрыто на ремонт, — частично солгал я. — Лучше тогда зайдём в кофейню. Там тебя ароматы еды соблазнять не будут.
Ремонт! Ну я сказанул… Ярослав даже не подозревает, что прямо сейчас толпа домовых восстанавливает целое здание. Но после того, что я сделал с Лихим, думаю, мешать им уже никто не будет.
Мы с братом прошли пару кварталов и расположились в ближайшей кофейне. Несмотря на то что здание со служебными квартирами располагалось в сотне метров от кофейни, я даже отсюда слышал треск восстанавливающихся бетонных плит. Представляю, как там сейчас трудятся домовые. Главное, чтобы никто не вызвал аварийную службу. Люди с задачей ремонта справятся хуже.
— Так что ты хотел рассказать, Алексей? У тебя уже появилась идея, как исполнить расплывчатую просьбу императора? — не скрывая скепсиса, спросил Ярослав. — Между нами говоря, по-моему, это — какой-то бред. О каком укреплении здоровья идёт речь? Мы ведь не можем просто взять и облить лекарской магией всю Российскую Империю! Верно?
— Да. Не можем. И то, что ты описываешь, было бы одноразовой акцией, — отметил я. — Даже если бы у нас и была такая возможность — это пустая трата энергии. Допустим, мы излечим разом всех людей. Ну… И что с этого? Они всё равно опять заболеют. Нет такого человека, который бы держался здоровым от рождения и до конца своих дней.
Как говорилось в моём мире: «Здоровых нет. Есть только недообследованные».
Хотя речь сейчас даже не об этом. Те, кто страдают от хронических заболеваний, так и продолжат болеть. Мы можем только помогать в облегчении симптомов. В том и смысл слова «хронический». Это — навсегда. Люди привыкли думать, что неизлечимые заболевания — это онкология и СПИД.
Как бы не так. А куда же делась бронхиальная астма? Сахарный диабет? Гипертоническая болезнь?
Я бы поспорил насчёт формулировки, которую используют в народе. Ту же онкологию на ранних стадиях можно полностью излечить. А от сахарного диабета никуда не деться! Как и от некоторых форм гипертонической болезни.
Значит, укрепление здоровья населения должно заключаться не в излечении имеющихся заболеваний, а в их контроле.
Но перед этим нужно укрепить то, о чём многие люди часто забывают. А в девятнадцатом веке об этой части организма вообще никто не знает.
То, что изучал Илья Ильич Мечников.
— Иммунитет, — отпив кофе, сказал Ярославу я.
— Иммунитет? Ты о той
