- Что там произошло?.. – одними губами прошептал Анджей. – Ведь там просто что-то загорелось, так? Это несерьёзно, верно?..
Каэлестис машинально ответил:
- Откуда я могу знать? Я тоже вижу дым, но я не умею по нему определять, что именно происходит.
Сказав это, Совершенный тотчас пожалел об этом: Анджей побледнел ещё сильнее. Казалось, ещё немного – и он просто свалится в обморок. Каэл укорил бы его в неумении владеть собой, если бы и сам не ощущал растущего беспокойства, прочно засевшего где-то под сердцем.
Вот, наконец, аэромобиль достиг стоянки – вернее, того, что от неё осталось. Навес рухнул, развалившись на части, и теперь сложно было поверить, что эти дымящиеся обломки когда-то были вполне себе неплохой конструкцией.
Город… Города не было.
Тут и там дымились одинокие, брошенные развалины. Огня не было видно: похоже, если здесь и бушевал пожар, то он уже давно миновал. Каэлестис поёжился и задумчиво проговорил, выбираясь из аэромобиля и разглядывая покрытые чёрной копотью вмятины на земле:
- Похоже, бомбёжка, или… - начал было Совершенный, но тотчас осёкся, увидев лицо Анджея. Тот, будто во сне, протянул вперёд руку, ловя на ладонь маленький комок порхающего в воздухе пепла. Пахло тяжёлой, душной гарью. И… ни одного человека, словно это место мертво – окончательно и бесповоротно. Лишь возвышалась над руинами каменная церковь – она, в отличие от хлипких домишек, устояла.
С губ Анджея не срывалось ни единого слова, ни одного звука. Губы беспомощно шевелились, словно он что-то бормотал, но слов не было слышно. Он приложил руку к груди. Каэл вполне понимал своего спутника: у него самого тоже кололо сердце. И не было ни единой мысли о том, что можно сделать, чтобы исправить произошедшее…
Анджей, покачиваясь, шёл вперёд. Становилось всё больнее, и Каэл вполне отдавал себе отчёт: ему больно не столько из-за того, что произошло с Пристанищем, сколько из-за состояния спутника. Каэлестис с каждым мгновением чувствовал себя всё более беспомощным – и это злило. До горечи во рту, до желания ударить самого себя, лишь бы Анджею стало легче…
- Вот здесь, - помертвевшим голосом шептал черноволосый пилот, но Совершенный уже и сам понял, куда стремился Анджей. Словно не веря, юноша сделал шаг вперёд, дотронулся до обгоревшего дверного проёма – и косяк с шумом обрушился, испачкав ладони сажей.
- Господи, за что?.. – еле слышно повторял Анджей, словно это могло что-то изменить. Каэл понимал: он должен сделать хоть что-то, и лихорадочно перебирал в уме все прочитанные книги. Что нужно сделать, чтобы другому человеку стало не так больно?.. Что?! В голове вилась куча сведений о том, как можно помочь в случае вывиха, пулевого ранения, ожога… И ничего нужного сейчас. Как классифицировать эту странную боль? Во всех книгах было сказано, что эмоциональная боль быстро проходит сама… Но ведь нельзя же просто молчать!
Анджей тем временем уже разбирал завал, беспомощно цепляясь руками за обломки досок и царапая ладони до крови. Чёрные волосы, на которые опускался пепел, казались за одно мгновение поседевшими, точно у древнего старика…
- Мари! Анна! Вы здесь?.. Я… я вас вытащу, потерпите, я…
Молодой пилот неожиданно оставил пустые попытки разобрать завал и замер, беспомощно съёжившись на руинах своего дома. Затем резко выпрямился:
- Здесь… бункер, в церкви. Они наверняка там, правильно? Они ведь точно успели уйти…
Пусть сейчас Каэлестис точно так же, как раньше, не знал ответа на вопросы Анджея, теперь он предпочёл робко произнести:
- Да… Пойдём. Они, наверное, ждут тебя.
Да, Совершенный не знал, живы сёстры Анджея или нет. Но на этот раз он не смог заставить себя сказать простую истину: девушка-инвалид и малышка вряд ли могли выжить под градом рвущихся снарядов…
Казалось, будто время остановилось. Боль, точно стальная спица, засела в сердце, и не собиралась исчезать, что бы там ни говорили умные книги. Каэлестис никогда не боялся – но сейчас он готов был отдать что угодно, только чтобы происходящее оказалось сном.
В Пристанище остались лишь они. Они двое – и разрушенные дома, и облака пепла, и горьковатый привкус дыма.
========== Ожидание ==========
Церковь встретила путников холодным молчанием, и в первое мгновение Каэлестису даже показалось, что в огромном помещении никого нет. Но затем взгляд уловил движение за толстыми, в пару обхватов, колоннами. Оттуда показался капитан Дэнверс. Некрасивое лицо его было сосредоточенно-серьёзным. Увидев Анджея и Каэла, он тотчас бросился к ним:
- Отлично, вы живы… Пойдёмте. Лучше уйти вниз, а то мало ли, снова начнётся.
Каэлестис облегчённо вздохнул: по крайней мере, не все обитатели Пристанища погибли. Посмотрев на капитана, Анджей взволнованно спросил:
- Мои сёстры… Вы видели их? Они здесь?..
- Понятия не имею, Савронский, - покачал головой капитан Дэнверс. – Тут такая толкотня была, попробуй разбери, где что и где кто. Ладно, давайте, за мной… Пока лучше отсидеться, а там уже пойдём разбираться с тем, что от города осталось.
Говорил капитан спокойно, даже отстранённо, словно речь шла о чём-то обыденном. Похоже, он уже много лет ожидал, когда же случится катастрофа, и потому, когда она наступила, не испытал сильного шока. Но ведь и остальные обитатели Пристанища так же жили в вечном ожидании беды… От этой мысли Каэлестис передёрнулся.
За одной из колонн скрывалась маленькая, неприметная дверь; за ней – лестница. В меру широкая винтовая лестница, круто уходящая куда-то вниз. Заметив недоумение на лице Каэла, капитан слегка пожал плечами:
- Мы бы установили лифт, но электричества у нас мало, и всё оно уходило на производство. Так что в бункере есть только лестница. Идите осторожно: здесь и так уже несколько человек во время бомбёжки чуть шею не свернули.
Совершенный шёл, склонив голову и считая ступеньки под ногами. Это помогало хоть немного отвлечься от печальных мыслей. Но одна мысль не желала уходить: что с сёстрами Анджея? Есть ли хотя бы мизерный шанс, что девушке-инвалиду помогли спуститься, а не затоптали её вместе с маленькой Мари?..
Но вот лестница кончилась. Теперь перед ними лежал неширокий коридор, по обе стороны которого тянулись арки. В одну из арок и прошёл капитан Дэнверс; за ней обнаружился немаленький зал, заполненный людьми. Похоже, спаслись достаточно многие… Но сердце всё равно сжималось при виде испуганных людей, сбивающихся в кучки и в ужасе пытающихся отыскать в толпе свою родню. Со всех сторон слышались взволнованные голоса и плач: где-то рыдали от счастья, где-то – от горя. Капитан куда-то удалился, Анджей же, точно безумный, метался от одной кучки людей к другой, поминутно восклицая:
- Вы не видели моих сестёр?! Одна на меня похожа, только волосы длинные и нет левой ноги, вторая – девочка, маленькая совсем… Они должны были быть вместе. Вы их не видели?..
