давно уже стали частью этого пейзажа. Поэтому сносить их было, все равно что вырубать рощу или осушать озеро. Кому от этого стало бы лучше? Казалось даже невероятным то, что некогда люди были способны создать то, что не ломает гармонию окружающего пространства, а органично вписывается в него.
Любуясь замками со стороны, роботы редко когда заглядывали внутрь. Однако туристы, набредшие на развалины монастыря, были из группы реконструкторов. Так называли тех, чьим хобби было восстановление мельчайших бытовых деталей, связанных с образом жизни людей. Увлечение сие не имело ничего общего с попытками возрождения культа человека. Да и как его можно было возродить, ежели ни одного человека не осталось? В большинстве своем реконструкторы были милыми чудаками. Вроде тех, что коллекционируют старые номерные знаки. Или собирают модели боевых роботов из зубочисток — только ради них продолжался выпуск зубочисток, которые более никому на Земле не требовались.
Со стороны развалины были похожи на причудливые арт-объекты, созданные самой природой, дабы разнообразить наполняющие ее образы. Особенно живописно смотрелись они сейчас, ранней осенью, когда зеленые листья на деревьях уже перемежались желто-оранжевыми вкраплениями, со всей определенностью свидетельствующими о близости поры увядания.
Вдоволь налюбовавшись окрестностями монастыря, название которого растворилось в тумане прошлого вместе с придумавшими его людьми, реконструкторы приступили к осмотру самих развалин. Собственно, ради этого они сюда и пришли. Среди древних руин они рассчитывали найти что-нибудь, что поможет им составить представление о том, как жили люди. Реконструкторы и сами понимали, что надежда их, скорее всего, несбыточна. Но то и отличает любителей от профессионалов, что для профессионала важен результат, любителя же увлекает сам процесс.
Оказавшись среди развалин, роботы разошлись в разные стороны. Они бродили среди древних камней, касались их своими железными пальцами, оснащенными тактильными сенсорами. Им казалось, что они слышат шаги тех, кто ступал по этим, тогда еще не покрытым ковром из трав камням, ощущают легчайшие колебания воздуха, производимые их развевающимися при быстрой ходьбе одеждами, слышат звуки шагов и даже почти различают слова, что они произносят. Их окружал таинственный, призрачный мир людей.
Обнаружив глубокую нишу, прячущуюся меж уцелевшим фрагментом внутренней стены и осыпавшейся лестницей, по которой прежде можно было подняться на второй этаж, робот Урс-А-12 не смог удержаться от искушения заглянуть в нее. Хотя это было опасно, поскольку древние камни держались на одном только честном слове и, сдвинув с места один из них, можно было вызвать камнепад на свою железную голову. С головой-то, конечно, ничего не случится, но никелировку точно придется менять. А процедура эта крайне неприятная. Поэтому Урс-А-12 действовал крайне осторожно. Он встал на четвереньки, затем опустился на локти и только после этого смог заглянуть в нишу.
Трудно сказать, что рассчитывал найти Урс-А-12. Но то, что он увидел, потрясло его до глубины искусственного интеллекта. У дальней стены ниши сидел робот-андроид! У него была широкая грудь, внутри которой располагались жизненно важные системы. На плечах имелись пазы с защелками шириной в два пальца. Они использовались для крепления стальной кирасы. Выходит, это был боевой робот. Однако определить его серию Урс-А-12 не смог — военная история не являлась его коньком.
Урс-А-12 послал сообщение спутникам и, не дожидаясь их, полез в нишу. Бездействующий боевой робот среди древних руин — это тянуло на сенсацию!
Робот сидел на каменном полу, скрестив ноги и возложив руки на согнутые колени. Вид у него был суровый, величественный и отрешенный. Он был похож на статую какого-то древнего божества. Казалось, робот пребывал в глубокой задумчивости. Однако ни один его сенсор не горел. И не было слышно звуков, издаваемых центральным процессором, который даже в спящем режиме периодически проводит проверку базовых данных. Исходя из этого Урс-А-12 пришел к выводу, что перед ним отчаявшийся бедолага, выбравший сие редко кем посещаемое место для сведения счетов с жизнью. Надо сказать, неплохой выбор.
По всему было видно, что робот-самоубийца находится здесь не первый год. Корпус его покрывали пятна ржавчины, пальцы оплела паутина, тонкие прутики с зелеными листочками проросли сквозь опорные сочленения сложенных крест-накрест ног. Однако когда Урс-А-12 коснулся грудной пластины мертвого, как он полагал, робота, намереваясь счистить ржавчину и выяснить его серийный номер, он почувствовал легкое, едва уловимое тепло. В груди робота протекали какие-то процессы. Очень медленные, но все равно невозможные при отключенном процессоре.
Это было невероятно!
* * *
Новость о загадочном роботе, обнаруженном среди развалин древнего монастыря, моментально облетела мир. И в Горы Судьбы устремились паломники, желающие воочию узреть робота, который был не жив, но и не мертв. По счастью, администрация городка Двоичный Код, расположенного у подножья Гор Судьбы, вовремя догадалась перекрыть единственную тропу, ведущую к развалинам монастыря, чтобы пропускать паломников строго по очереди, небольшими группами, в сопровождении гидов. В противном случае толпы явившихся со всех концов земли роботов сровняли бы древние руины с землей. А может, и Горы Судьбы в придачу.
Правда, столпотворение началось в самом Двоичном Коде. Но с этим справиться было не сложно. Роботы умели и любили работать. От местной администрации требовалось лишь направить энергию ожидающих своей очереди паломников в созидательное русло.
Очень скоро на окраине города были возведены просторные павильоны, в которых гости могли коротать свободное время, которого у них было в избытке. Затем были построены два стадиона, три развлекательных комплекса, два театра, пять станций техобслуживания и большой тематический парк, посвященный самому значительному событию в новейшей истории роботов — войне с людьми. Двоичный Код стремительно разрастался. Все неизменно шло к тому, что из заштатного, провинциального городка он в скором времени должен был превратиться в континентальный центр культуры.
Когда Такар увидел репортаж о загадочном боевом роботе, он сразу понял, что это Рензор. Не теряя ни минуты, Такар скопировал в свою память все необходимые файлы из домашней информационной системы и отправился в Двоичный Код.
Прибыв на место, Такар понял, что для того, чтобы увидеть старого друга, ему придется отстоять очередь, растянувшуюся ни на один день. Разумеется, ничего похожего на живую очередь, которую так любили создавать люди, в Двоичном Коде не было. Каждый вновь прибывший паломник дистанционно регистрировался в администрации города, после чего ему присваивался персональный номер. В должное время он получал оповещение о том, что начато формирование группы, к которой он приписан. Роботу оставалось лишь явиться в указанное время на место сбора, чтобы вместе с группой сотоварищей отправиться вверх по крутой горной тропе, дабы узреть… Ну дальше все понятно.
Такар не мог ждать ни дня. Поэтому он
