умер, и ты отдал его мне. Ты не можешь красть у мертвых, придурок. Этот малыш мой.
Данте зарычал, но когда я стянула платье через голову и бросила на стул, на котором сидела, его взгляд упал на мое серебристое бикини, и его внимание ослабло.
Я знала, что не должна была этого делать, но мне очень нравилось, как его глаза скользили по мне, и когда он начал стягивать с себя свитер, мое горло тоже сжалось от желания.
Леон появился рядом со мной, с мрачным смехом подхватил меня на руки и без лишних слов отнес в джакузи.
Он опустился в бурлящую воду, и я усмехнулась, глядя, как он держит меня на коленях, пока мы ждали Данте.
Как только Король Клана Оскура расположился в сидении напротив нас, он откинулся назад и положил руки на кресла по обе стороны от себя, его взгляд из-под прикрытых глаз создавал впечатление, что он готовится к представлению.
Леон медленно поднял руку и провел пальцами по моему лицу, заправляя мои сиреневые волосы за ухо, а затем провел пальцами по шее, заставив меня задохнуться от прикосновения.
— Ты все еще думаешь, что наша девушка — самая красивая девушка в Солярии, Данте? — спросил Леон низким голосом, и я прикусила губу, наблюдая за тем, как глаза Данте блуждают по моему лицу, и он медленно кивнул.
Леон переместил свои руки так, что они обхватили мои бедра, и медленно притянул меня к себе, пока я не почувствовала, насколько твердым был его член под моей задницей, и глубокое урчание из его груди отозвалось в моих костях.
— Я хочу увидеть, как много ты подразумеваешь под этим, — медленно сказал Леон и сдвинулся вперед, держа меня за бедра, пока нес меня через горячую воду, а затем переместил меня на колени Данте.
Мои руки легли на плечи Данте, а Леон удерживал мои бедра и двигал мной по всей длине его бедер Член Данте был твердым и пульсировал подо мной, а его зрачки расширились, когда я посмотрела в его глаза.
Леон внезапно отстранился, отодвинувшись назад, чтобы сесть на сиденье позади нас, но я чувствовала, как его глаза прожигают меня, и внезапно мне стало интересно, было ли это своего рода испытанием или вызовом. Просил ли он меня доказать, что мне не нужен никто, кроме него, или он серьезно спрашивал, нужен ли мне еще Данте?
— Я знаю, как ты всегда тосковала по нему, маленький монстр, — промурлыкал Леон позади меня, когда мы с Данте застыли на месте, мы оба не были уверены в этом, потому что я не должна была этого хотеть. Этого вообще не должно было произойти.
Я изучала это, исследовала, прочитала каждую гребаную книгу, которую смогла найти о Элизианских Парах, и все они говорили одно и то же. Как только вы соединились, вы будете полностью удовлетворены своей парой. Ты никогда не захочешь другого, одна мысль об этом была отвратительна, даже фейри с естественной полиаморной натурой не захотят никого, кроме своей единственной настоящей любви. Во всех случаях, которые когда-либо были зафиксированы, такого никогда не случалось. До сих пор. Потому что я действительно хотела Данте, я жаждала каждой его частички, от его души до его плоти, и я тонула без него и других Королей. Леон делал меня бесконечно счастливой, и я никогда не хотела расставаться с ним, но было во мне что-то, что все еще болело по другим, что все еще нуждалось в них с тем же пылом, который я испытывала с первого момента, и я не могла отрицать этого.
— Покажи ему, — приказал Леон, и я оглянулась на него, нахмурившись, потому что, даже если я страдала из-за этого, не имело смысла, чтобы он тоже этого хотел. — Покажи мне, — призвал он, но я все еще колебалась, потому что боялась. Я не хотела разрушать эту связь между нами, не хотела плевать на дар, который нам преподнесли звезды.
Леон зарычал и придвинулся ближе, сев на сиденье рядом с Данте, пока горячая вода продолжала плескаться вокруг нас.
Он посмотрел на меня с грязной ухмылкой, затем медленно повернулся к Данте. Леон наклонился вперед, медленно прижался губами к губам своего друга, целуя его для моего удовольствия, как они уже делали однажды, заставляя мое сердце забиться быстрее.
Данте не возражал, его руки оставались на месте вдоль спинок сидений по обе стороны от него, пока он медленно отвечал на поцелуй Леона.
Когда рука Леона переместилась на мой затылок, я вздрогнула, отпрянув от вида своих грязных фантазий, когда он с рычанием, не допускающим никаких сомнений, подтолкнул меня к ним.
Они оба слегка повернулись ко мне, когда я подошла достаточно близко, чтобы поцеловать их, и Леон втянул меня в беспорядочный поцелуй втроем, от которого мое сердце заколотилось, а бедра сжались от желания. Наши языки двигались вместе, мы все трое были заперты в этом грязном, голодном, нуждающемся столкновении ртов, которое заставило нас задыхаться и заставило меня покачивать бедрами на члене Данте в отчаянной попытке снять напряжение в моем теле.
Леон крепче сжал мой затылок, поворачивая меня влево, когда он отстранился и оставил мои губы горячими против губ Данте, когда электричество плясало на моем языке, а его рот пожирал мой.
Леон скользнул в сторону через сиденья, но я знала, что он все еще смотрит, как мои руки пробегают по груди Данте и погружаются под пузырьки.
— Еще, — потребовал Леон позади меня, и мое сердце подпрыгнуло от этой игры, когда руки Данте, наконец, опустились со спинок кресел и переместились, чтобы ласкать мое тело.
Я застонала, когда его руки скользнули по моей груди, его большие пальцы провели по ноющим пикам моих сосков, посылая искры электричества, что только заставило меня застонать громче.
Леон прикоснулся губами к моему плечу на короткую секунду, когда его руки опустились на мои бедра, и он молча дернул за веревочки, фиксирующие мои бикини на месте, стаскивая их с меня и заставляя меня удивленно вскрикнуть, когда я повернулась, чтобы посмотреть на него.
— Смотри на него, маленький монстр, — сказал он низким, властным тоном, от которого у меня подкосились пальцы на ногах.
— Ты уверена, bella? — Данте прошептал мне в губы, и я кивнула, углубляя поцелуй, мое сердце колотилось в отчаянном ритме, требуя от него большего, а боль между бедер только усиливалась.
Мне было все равно, что я не должна была чувствовать себя так, или что мир не хотел этого, потому
