месте, как это, рубашка не требовалась. Или мораль, если уж на то пошло.
Один из них провел сканером идентификационных данных по моему лицу, а затем ткнул большим пальцем в сторону двери, и я направился внутрь, где люди кричали и шумели. «Серпенс» был таким баром, который был бы незаконным в любом другом месте, кроме Алестрии. Ходили слухи, что они прятали в стенах тела всех несчастных засранцев, погибших на ринге. Хотя ринг не был обычным боксерским рингом в любом смысле. И когда я зашел в бар, я увидел его. Сцена возвышалась над толпой, светящийся красный свет магического барьера вокруг нее окрашивал все вокруг в кровавые тона.
Там были два огненных Элементаля, идущих голова к голове. По одну сторону от них стояла темнокожая девушка в топе, приподнимавшем ее сиськи, ее тело было покрыто татуировками, хотя они не были похожи на мои. Они были разных цветов, зверинец диких животных, которые выглядели реалистично под блестящим потом на ее теле и светом, пляшущим по ее плоти. Парень, с которым она столкнулась, был в два раза больше ее, без рубашки, с огнем, извивающимся вокруг обеих рук, и он пытался хлестать ее им. Она двигалась быстро, не по-Вампирски быстро, но достаточно быстро, чтобы я узнал в ней свою сородичку. Еще одна Гарпия. По размеру другого парня я бы предположил, что он Минотавр. Я бы сказал, что он Дракон, если бы они не были чертовски редки.
Я двинулся к бару, заказал пиво и рюмку текилы, выпил последнее и приступил к своей бутылке.
Бой закончился жестоко: девушка сразила парня эффектным огнем, в результате чего у него сгорела половина лица, и несколько рабочих бросились его лечить, пока он не истек кровью на сцене.
— Сегодня Нария Мунбем занимает первое место на Огненном табле! Если вы хотите сразиться с ней в следующем огненном раунде, запишитесь в баре! — усиленный мужской голос наполнил зал, хотя я не мог его различить. На другой стороне сцены золотым и серебряным светом светилась таблица лидеров, показывая, что до этого боя уже был воздушный, что означало, что следующим будет земля или вода. А так как у меня было и то, и другое…
— Привет, парень, — Билл хлопнул меня по плечу, и когда я повернулся к нему, он притянул меня в однорукое, неловкое, как дерьмо, объятие. Я похлопал его по спине, прежде чем отпихнуть его и заказать ему пиво. В его глазах было слишком много жалости, чтобы мне это понравилось.
— Я пришел сегодня вечером не для того, чтобы на меня так смотрели, — сказал я сквозь громкую музыку.
— Заметано, — ухмыльнулся он.
— И не упоминай о ней, — прорычал я, мое сердце билось сильнее даже тогда, когда ее имя мелькало у меня в голове. Я чувствовал, как звезды тянутся ко мне, умоляя ускользнуть в ее видение, и я изо всех сил сопротивлялся этому, зажмурив глаза.
Билл ударил меня по лицу, и я вздрогнул от неожиданности, когда он рассмеялся.
— Спасибо, — вздохнул я. Он был единственным, кому я рассказал о нас с Элис, единственным, кто знал, что меня ежедневно мучают видения о ней и Леоне. И что еще хуже, иногда я задерживался в них слишком долго, представляя себя там, на теле Элис, целующим и пожирающим ее с такой же страстью, как Леон. И иногда мне казалось, что звезды тоже этого хотят. Но как только я вырывался из их объятий, я убеждался, что ошибся.
Билл был единственным, кто знал, как сильно я страдаю из-за этого. Мы не столько поговорили по душам, сколько я в нескольких коротких словах рассказал ему, в чем дело, и он предложил мне сигарету. Наверное, это и была любовь на его языке.
— Не за что. Теперь допивай свой напиток и давай возьмем еще, — он достал бумажник, помахал барменше несколькими аурами, и вскоре нам принесли еще два пива.
— У нас есть участник, готовый сразиться с другим водным Элементалем. Кто достаточно храбр, чтобы выйти в красный круг? — снова зазвучал тот же бесплотный голос, и я поставил свое пиво на барную стойку, откинув плечи назад.
— Может, стоит подождать и посмотреть, кто записался на… — начал Билл, но я уже продирался сквозь толпу, скаля зубы на всех, кто не успевал убраться с моего пути.
Я добрался до входа на ринг, где парень с кефалью и накачанными мышцами ждал, пока я войду. Я зарегистрировался, комментатор взмахнул рукой, открывая брешь в силовом поле вокруг ринга, и я последовал за парнем с мулетом вверх по лестнице.
— Поприветствуйте Габриэля Нокса и Ивана Кочегара на ринге! — объявил комментатор, и силовое поле закрылось за нами. — Вы знаете правила. Только водные атаки. Никто не уйдет с ринга, пока одного из вас не придется выносить.
Адреналин гнал алкоголь по моим венам, оживляя мое тело, которого мне так не хватало. Я был зомби с тех пор, как потерял все шансы завоевать сердце Элис. Ничто не избавляло от боли. Но это… это был инстинкт. Первобытная потребность фейри победить. Так просто. И мне было все равно, останусь ли я в конце концов в луже крови на земле, мне просто нужно было отвлечься. Что угодно, что могло бы удержать мои мысли от обращения к ней. Что угодно, что могло бы остановить видения на корню.
— Три, два, один, бой! — весь бар присоединился к скандированию, и Иван бросил два ледяных кинжала в свои ладони. Предсказуемый ход, который я парировал огромной струей воды, обрушившейся на него, ослепляя, пока я создавал ледяную лестницу, закручивающуюся вокруг края ринга. Я помчался по ней с огромной скоростью, поддерживая водяной вихрь вокруг него, пока он пытался сдержать его. Крики толпы превратились в грохот, когда я сосредоточился, магия жадно текла по моим ладоням. В последнее время я использовал ее недостаточно, и этот выход был эйфорическим.
Когда Иван пришел в себя, я бросился с лестницы и рухнул на него сверху, покрыв кожу острыми осколками льда. Он закричал, падая под моим весом, и я покрыл свои кулаки льдом, прежде чем вонзить их в каждую мягкую часть плоти, которую мог найти. Он ругался, нанося удары по моей груди и бокам, но толстая ледяная броня моего тела делала почти невозможным для него нанести сильный удар.
Он зарычал от ярости и направил огромную струю воды мне в грудь, отбросив меня на пол. Он поднялся на ноги в считанные мгновения, и весь ринг заполнился водой, быстро заливая
