в щеки и присаживаемся. Погода замечательная: нежарко, безветренно. Адель в стильном брючном костюме, черном топе. Пару минут я изрядно нервничаю, но едва она начинает говорить, как-то незаметно расслабляюсь. Наира права: с Ади спокойно.
— Как ты, милая? Рассказывай все.
Некоторое время мы шутим, обсуждая поход к врачу.
— ...Тогда Ольга Леонидовна заявила, что у меня трудолюбивые яичники и красивая матка. И вот-вот «случится шикарная овуляция, до слез жалко ее терять», — цитирую я со смехом. — Так меня еще не хвалили. Но вообще, это генетика, наверное. У меня скоро родится восьмой брат или сестра.
Не знаю, зачем рассказываю о себе, обычно я так не делаю. Община смущает окружающих. В компании начинается или отторжение, или дождь из нелепых шуток. А тут сама откровенничаю. Само собой выходит, Адель благодарный слушатель. Мы недолго говорим о моей семье, затем возвращаемся к теме.
— Галюсь, будешь навещать Ольгу Леонидовну, она в беде не оставит. Отличный специалист, все мои девочки к ней ходят. Что по работе. Та-ак. — Адель снимает блокировку с телефона. — В пятницу у тебя снова Ричард. Не знаю, что ты там делала, но дедуля весь телефон оборвал!
Я краснею.
— Танцевала, — пожимаю плечами. — Ему было одиноко. Он... рассказывал мне о жене. Она была хореографом, оказывается. Ричард показал видео с ее выступления, я примерно повторила. Он расплакался. Мне кажется, он немного не в себе. Все принимает близко к сердцу.
Адель быстро вытирает уголки глаз, растрогавшись.
— Ностальгия. Дети за границей, работа с утра до ночи, здоровье подводит. Что еще остается? Ты его радость, Галюсь. Его отдушина.
Да, эскорт — это не только секс. Кто-то обращается к нам от одиночества. У кого-то просто нет времени на отношения или дружбу. Разные обстоятельства.
— Наверное. Не знаю. Может быть, — медлю, подбирая слова. — Я... честно говоря, не понимаю, за что он платит. Я бы и просто так с ним поужинала и поболтала. Он очень интересный человек. — Понижаю голос: — Спокойный, добрый. Жаль, что ему одиноко.
— Галь… — Адель делает глоток воды, — помнишь, о чем мы с тобой говорили? Ты ухожена, твоя красота натуральна, как цветы весной, а кругозор — широк. Тебя захотят себе позволить как нечто особенное. Но вся магия исчезнет, если начнешь заниматься благотворительностью. То, что доступно всем, больше не интересно никому.
— Да, я понимаю. Чем меньше клиентов, тем дороже. Меня это полностью устраивает. Я ведь тут временно.
— Разумеется. Моя задача — направить тебя на правильный путь, и я от нее не отступлю. Значит... эту неделю отдыхай, пусть все заживет как следует. В пятницу Ричард, уважишь старика. В выходные я позвоню.
— Хорошо.
— Твои деньги за пятницу. — Адель достает конверт из своей сумки и ловко кладет в мою. — Пересчитай.
Проваливаюсь сквозь землю от позора. В этот момент на меня будто вся семья смотрит. Дядя хватается за сердце.
— Уверена, там всё в порядке.
— Сразу упоминаю, что вычла стоимость посещения врача. Платье, туфли и белье от меня в подарок.
Я краснею уже как вареный рак. Чувствую себя примерно так же, но лицо держу. Рядом с Адель в этом прекрасном месте хочется выглядеть максимально достойно.
Некоторое время мы обедаем. Когда официант забирает тарелки и приносит кофе, я
слышу собственный голос:
— Он не звонил?
Выдаю словно на автомате. Не хотела, не собиралась, цель не ставила. Рука сорвалась и нажала на курок. Выстрел. Тишина. Вдох-выдох.
— Кто? — Адель искренне не понимает.
— Артём. Не звонил насчет меня?
— А... Нет. Уверена, он доволен. Они редко пишут отзывы. Тебя что-то беспокоит? Он был груб? За Артёма поручился один мой постоянный клиент, поэтому я была уверена, что все пройдет хорошо. Если нет, скажи, я отмечу его как неблагонадежного.
Округляю глаза и впиваюсь ими в тарелку. Сложновато обсуждать такие темы спокойно. Надо привыкнуть.
— Он словно не знал, что я девственница. И вообще удивился, когда меня увидел.
— Это же был сюрприз. Но не отказался же?
— Нет.
— Славно. Никто бы не отказался. Ты особенная девочка, изумительная. — Адель убирает прядь волос мне за ухо. — С отличной маткой.
Смеюсь. Обстановка разряжается.
— Спасибо. Я хотела уточнить... Кем работает Артём? Кто он по профессии?
— Зачем? Милая, мы не преследуем клиентов, не пишем им, не маячим в их реальной жизни. Никогда.
— Нет-нет! — спохватываюсь. Пульс тарабанить начинает. — Я бы в жизни ему не стала писать или искать встречи... ни за что. Наоборот! — Захлебываюсь стыдом, эмоциями, возмущением. — Просто узнать. Ричард — финансист.
— Артём тебе понравился? — улыбается Адель.
— Нет. Он... конечно, симпатичный. Но и всё на этом. Я хотела убедиться, что мы как раз не пересечемся на работе. Помнишь мою просьбу?
— Это исключено, Галь. Я же дала тебе слово. Никаких судей, прокуроров, ментов и прочее.
— Знаю. Но это первый клиент. Мне нужно убедиться самой. Это важно. Я тоже в свою очередь даю слово, что не буду слать ему любовные послания и орать под окнами. — Закатываю глаза. Чувствую обиду неясного характера.
Жалкая просьба Артёму выбрать меня еще раз возникла в порыве экстаза. Хорошо, что он ее проигнорировал. Так лучше. Наверное.
Все к лучшему.
И тем не менее я ждала, что он позвонит. Мы много смеялись, целовали друг друга. Не думаю, что так со всеми клиентами. Казалось, между нами случилось что-то... не знаю... Это был не просто секс. Нечто большее. Хотя с каких пор секс считается чем-то простым и обыденным? Похоже, я совсем запуталась.
Адель размышляет пару секунд.
— Ладно. В качестве исключения, зайчик: Артём Иванович Истомин. В Москве недавно, вся тусовка у него в Питере. Трудится на хорошей должности в администрации. Контроль чего-то там, много сложных умных слов. Мое кредо: меньше знаешь —крепче спишь.
— О. Поняла. Вот как. Значит, чиновник он... Ого-го! Чиновник! Истомин... Эм, а это не сын того самого Истомина, который баллотировался? Ади, он же не идет по стопам отца?!
Глава 14
Руки сами тянутся к телефону. Гуглить, гуглить, гуглить. Сдерживаю себя.
— Галя, чиновники, бизнесмены, актеры... — все они просто мужчины, когда обращаются к нам. Обычные мужчины со своими мечтами, страхами и надеждами. Что бы ни произошло в карьере Истомина,
