- казалось плохим предзнаменованием. Если до этого уже дошло, какие ещё трудности ей придётся пережить сегодня ночью? Когда раздался сигнал, требующий оставить сообщение, Холли запаниковала и повесила трубку. Она сняла спортивные штаны и надела джинсы. Она не стала бы менять рубашку, но ей нужны были более тёплые вещи и зимние носки. Она знала, что забегает вперёд. Она перепрыгивала через ступеньку и одновременно тянула время.
Холли снова открыла контакты. Она выбрала Сойера Петерсона. На значке не было фотографии, только его инициалы, большие и белые на сером фоне. Её большой палец завис над кнопкой вызова.
"К чёрту".
Она нажала, и линия начала звонить. Холли, шагая, схватила себя за волосы, нервно накручивая их, как девчонка-подросток, звонящая своей пассии. Линия перестала звонить, и она почти повесила трубку, ожидая голосового сообщения, но затем услышала, как он прочистил горло.
- Холли? - спросил Сойер, звуча так же удивлённо, как и она сама, что звонит.
Ей нужно было ответить, поэтому она просто пошла на это.
- Привет, Сойер. Привет. Да, это Холли. Мне так жаль, что я звоню вам так поздно.
- Всё в порядке? - его голос повысился. - А девочки...?
- Это то, о чём я собиралась тебя спросить. Белла ещё не вернулась домой. А Роуз?
- Чёрт, - вздохнул он.
Холли услышала шелест простыней и пружин матраса. Женщина что-то пробормотала - Триша.
- Подожди секунду, Холли, - сказал Сойер.
Он прикрыл трубку, так что его разговор с женой был приглушённым секретом. Холли задавалась вопросом, зачем его вообще это беспокоило? Сила привычки?
- Я сейчас пойду в её комнату, - сказал он, когда снова взял трубку. - Триш говорит, что Роуз ушла с Беллой, но...
- Она ушла. Но Белла должна была уже быть дома. Может, они уснули в её комнате?
Холли хотела в это верить, хотя и знала, что это не так. Более того, она хотела, чтобы Сойер поверил, что это возможно. Ей нужно было, чтобы он оставался спокойнее, чем она. Она слышала, как он постучал в дверь дочери и позвал её по имени, затем раздался скрип петель.
- Их здесь нет, - сказал он. - И машины Роуз нет на подъездной дорожке. Должно быть, опаздывает. Ты пробовала ей позвонить?
"Нет, Сойер. Я позвонила тебе первым. Идиот".
- Конечно, я это сделала. Линия просто переходит на голосовую почту. И Роуз тоже.
Она почти видела, как выражение лица Сойера ожесточилось. Роуз была самой лёгкой дочерью, которую только могут иметь родители, но это не значит, что отец не должен волноваться. Она просто никогда не давала ему повода для беспокойства.
- Давай я попробую, а потом перезвоню, - сказал он.
Холли согласилась, но уже держала ключи от машины в руке. Как всегда, когда она уходила из дома, она сунула карманный нож в джинсы.
* * *
Ряд красных и зелёных рождественских огней свисал с водостоков дома Петерсонов, мигая и загораясь. Холли не сомневалась, кто из них решил повесить эти глупости. Она вышла из машины и подошла к входной двери, сгорбившись от ночного холода. Триша вошла в парадный проём в халате и тапочках. Хотя была середина ночи, на ней был макияж. Она, очевидно, также расчесала волосы. Если она пыталась хорошо выглядеть только для Холли, ей это удалось.
- Холли, - сказала она, сверкнув своей улыбкой "Колгейт". - Как дела?
"Если бы всё было хорошо, меня бы здесь не было", - подумала Холли.
- Всё в порядке. Просто нужно узнать, где девочки.
- Конечно. Не волнуйся. Я уверена, что с ними всё в порядке. Они ответственные девочки и достаточно умны, чтобы не влипать в неприятности.
Холли не могла не почувствовать, что на самом деле Триша имела в виду, что Роуз была ответственной, а Белла была в безопасности, пока она была с золотым ребёнком.
- Слушай, - сказала Триша, - извини, что я перевела твой звонок прямо на голосовую почту. Это новый телефон, и я не узнала номер. К счастью, у Сойера ты всё ещё была в контактах.
Холли быстро вернулась к тому, почему она здесь.
- Роуз упоминала, куда они сегодня вечером пойдут?
Триша пожала плечами.
- Не совсем. Пожалуйста, заходи.
Холли замешкалась в дверях, но было бы странно для неё стоять там на холоде. Она вошла в гостиную и постаралась не смотреть на диван. Триша предложила взять её пальто.
- Спасибо, но я не останусь надолго.
Тень проковыляла в дверях кухни. Он был таким же высоким и крепким, каким она его помнила. Роуз пошла в него по росту. Сойер был похож на горца с его лохматой седой бородой и широкими плечами. Он был одет в спортивные штаны и старую фланелевую рубашку, похожую на пижаму Холли. Рукава его рубашки были закатаны, демонстрируя его толстые предплечья и татуировку в виде розы, которую он сделал в день рождения дочери.
- Привет, Холли.
К её удивлению, он подошёл, чтобы обнять её. Ощущение его тела, прижатого к её собственному, что-то пробудило в ней, что-то давно потерянное, но не забытое. Она положила руки ему на спину, то, что она думала, что никогда больше не сделает.
- Рад тебя видеть, - сказал он. - Жаль, что этого не произошло при более благоприятных обстоятельствах.
- Тоже рада вас видеть, - и несмотря ни на что, так и было. - Извините, что просто появилась вот так, но...
- Не нужно извиняться. Мы понимаем.
- Верно, - сказала Триша, немного менее убедительно. - Я просто хотела бы, чтобы у нас было что-то ещё, чтобы тебе сказать.
- Ты пробовал позвонить ей ещё раз? - спросила Холли. - Может, с другого телефона?
Сойер кивнул.
- Да. Девочки, должно быть, вне зоны действия, если оба их телефона не доступны.
- Но где они могут быть, если нет связи?
- Может, на смотровой площадке?
Это был живописный вид вдоль Олд-Милл-Роуд с видом на долину под Чёрной горой. Ссылаясь на него, Сойер заставил Холли неловко поёжиться. Он упомянул это место намеренно? Очевидно, у них были общие воспоминания о том месте в тот первый раз. Она вспомнила, как расстёгивала его рубашку и проводила пальцами по волосам на его груди, и как его естественный запах заманил её, как окуня на крючок. Его руки прижались к её щекам, притягивая её для того первого запретного поцелуя,
