— Ну? — спросил Мердок. — Что показывают твои датчики?
— Она свернула в расщелину справа. Остался тепловой след.
Мердок слегка притормозил.
— Должно быть, там она и пряталась. Можем попасть в ловушку.
— Вызови остальных, перекрой выход и жди.
— Нет!
Мердок повернул и осветил расщелину прожектором. Дженни видно не было. Впрочем, в расщелине имелось множество ответвлений. Мердок повел Ангела вперед на малой скорости, вновь положив правую руку на турель.
Боковые ответвления, все достаточно широкие, чтобы в них поместилась машина, оказались пустыми.
Проход забрал вправо. Мердок свернул — и мгновенно затормозил: впереди слева засверкали вспышки выстрелов. Прицелиться не удалось — взревел двигатель, «свингер» красной молнией выскочил из своего укрытия и пропал в другом ответвлении. Мердок бросился в погоню.
Дженни он не видел, но слышал рокот ее двигателя. Скалистый коридор стал шире. Подъехав к большому валуну, от которого начинались две балки — одна вела прямо, другая круто уходила влево, — Мердок остановил машину и задумался.
— Куда ведет след? — поинтересовался он.
— В обоих направлениях. Я не понимаю…
Красный автомобиль появился слева, стреляя из всех стволов. Ангел содрогнулся. Мердок дал залп из лазера, но не попал — Дженни скрылась в темноте.
— Она сделала круг, чтобы сбить тебя с толку. И у нее получилось, — заметил Мердок, трогаясь с места.
— Мы можем вернуться.
Мердок промолчал.
Еще дважды Дженни поджидала их в засаде, стреляла в упор, уворачивалась от лазерного луча и исчезала. Двигатель Ангела что-то застучал, на панели загорелся индикатор, свидетельствуя о том, что мотор перегревается.
— Ничего страшного, — заявил Ангел. — Я справлюсь.
— Сообщи, если что.
— Хорошо.
Ориентируясь по тепловому следу, Мердок вел машину по уводившему влево проходу, мимо каменных замков, минаретов и соборов, черных и серых, голых и усеянных пятнышками слюды, что напоминали первые капли летней грозы. Они выехали на широкий песчаный склон, достигли его подножия. Ангел было пошел юзом, но Вскоре остановился, хотя колеса продолжали вращаться.
Мердок включил фары, и вокруг, словно марионетки, заплясали диковинные тени.
— Русло реки. Кругом песок, а Дженни не видно.
Он переключил передачу, надеясь вывести автомобиль на твердую почву, но у него ничего не вышло.
— Вызови подмогу и жди, — сказал Ангел. — А если машина появится, мы уничтожим ее из пушки.
— Нет. Я должен это сделать сам. — Мердок потянулся к дверце и услышал щелчок. — Открой. Не валяй дурака: я ведь могу просто отключить тебя, вылезти и включить опять. Так что зря стараешься.
— По-моему, ты совершаешь ошибку.
— Тем более следует поторопиться.
— Хорошо. Дверь открыта. — Щелчок повторился. — Когда ты начнешь толкать, я почувствую давление. Учти, на тебя полетит песок.
— Бывало и хуже.
Мердок выбрался наружу, хромая, обошел автомобиль, завязал платком рот и нос, уперся руками и принялся толкать. Натужно заревел двигатель, завертелись колеса.
Внезапно он краешком глаза заметил справа какое-то движение. Мердок покосился в ту сторону, но толкать не перестал.
Дженни, которая пряталась в тени под выступом, нацелила на Ангела Смерти свои стволы. Похоже, она тоже застряла.
Бежать? Бесполезно. Она наверняка не промахнется.
Передохнув и собравшись с силами, Мердок передвинулся левее и вновь взялся за дело. Дженни выжидала, не понятно почему. Мердок чуть-чуть передвинулся, с немалым трудом убедив себя rie поворачиваться к ней. Теперь он стоял около левой задней фары. Кажется, появился шанс. Два быстрых шага — и он окажется за корпусом Ангела, а там уже рукой подать до кабины. Но почему она не стреляет?
Неважно. Надо попытаться.
Он притворился, будто упирается руками в борт машины, а затем одним прыжком спрятался за Ангела, рванулся к открытой дверце и вскарабкался в кабину. Пока он перемещался, Дженни словно спала, но едва Мердок захлопнул дверцу, пулеметы красного «свингера» изрыгнули пламя. Ангел Смерти вздрогнул и закачался.
— Держись! — воскликнул Ангел. Лазерная пушка развернулась вправо, из нее вырвался луч.
На глазах Мердока, который повернулся как раз вовремя, вниз рухнула огромная глыба. Сперва послышался шелест, потом раздался грохот. Дженни прекратила стрелять еще до того как на нее обрушился камень.
— Будь ты проклят, Сэм! — прозвучал из динамика знакомый голос. — И зачем ты только вылез из машины?!
Голос смолк. Красный «свингер» полностью исчез под грудой камней.
— Должно быть, она снова заблокировала мои датчики, — проговорил Ангел, — потому и смогла подкрасться незаметно. Повезло, что ты увидел ее.
— Да, — отозвался Мердок.
— Пожалуй, попробую выбраться, — сказал Ангел чуть погодя. — С твоей помощью мы немного продвинулись вперед.
Автомобиль начал раскачиваться. Мердок впервые за весь вечер увидел звезды — яркие, холодные и бесконечно далекие. Ангел выкатился на твердую почву, развернулся и проехал мимо гробницы Дженни. Мердок искоса поглядел на нее и отвернулся.
Когда они миновали лабиринт проходов и оказались в ущелье, ожило радио.
— Мердок! Мердок! Что случилось? Мы пытались отыскать тебя…
— Все в порядке, — ответил он тихо.
— Мы слышали выстрелы. Кто стрелял, ты?
— Да. Прикончил призрака и возвращаюсь.
— Мы уничтожили всех до единого.
— Хорошо. — Мердок отключился.
— Почему ты не рассказал им про красную машину? — справился Ангел.
— Заткнись и следи за дорогой.
За окнами тянулись стены ущелья. Стояла ночь, холодная и бездонная как небо; с севера задувал черный, пахнувший смертью ветер.
Перевел с английского Кирилл КОРОЛЕВВладимир Губарев
В КРАЮ «ДИКИХ ГУСЕЙ»
Понятие «наемник» появилось еще в ту пору, когда первые государства начали состязаться на поле брани.
За это время оно стало символом авантюристов, продающих свою шпагу тому, кто дороже заплатит.
В отличие от своих собратьев по промыслу — пиратов, наемники не удостоились в оставленных нашими предками литературных произведениях романтического ореола.
Цивилизованные страны сегодня осуждают использование «солдат удачи», а мировое сообщество раз за разом принимает соответствующие резолюции, которые, впрочем, ни одна из держав не спешит реализовать на практике.
История наемничества насчитывает несколько тысячелетий. Еще в Древнем Египте фараоны, чтобы поднять боеспособность собственных вооруженных сил и не отвлекать от земледелия подданных, нанимали ливийцев. В ранних обществах, пока сохранялись значительные пережитки родо-племенного строя, наемники выступали в качестве необходимого элемента складывавшегося государства. Этническая чужеродность делала их зависимыми от работодателя и пригодными для «полицейских» функций.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
