на земле устрою. Поняла меня?
От его слов у Аггелины внутри все похолодело. Она не может стать его женой, это какая то злая шутка.
— Я… мне надо подумать…, - не нашлось она с ответом. Разумеется, никакой контракт Геля подписывать не собиралась, ей бы выбраться из квартиры.
— Думай, у тебя есть час, — отрезал Сокольский.
Геля так углубилась в свои мысли, лихорадочно размышляя, как ей выпускаться из всего, что навалилось за последнее время из-за этого мужчины, что не заметила, как Дмитрий подошёл к ней и, положив руки на плечи, стал легонько поглаживать.
Прикосновение рук заставило мышцы закаменеть. Ей нестерпимо захотелось скинуть ненавистные руки с тела, но при попытке отодвинуться, лёгкие поглаживание превратились в стальной капкан.
Геля повернула голову и наткнулась на горящий взгляд возбужденного бизнесмена. Его заводило ощущения власти над девушкой.
Страх опять сковал тело. Она не сможет переспать с ним, не по своей воли.
— Отпусти, — хрипло попросила она.
— Нет. Хочу получить аванс от будущей супруги.
— Я подумала. И мой ответ отрицательный. Я не буду твоей женой, — Геля смотрела в глаза, стараясь изо всех сил не отвести взгляд. Но то, что она увидела, после своего отказа заставило напрячься.
Сокольский весь подобрался, а на губах заиграла злая усмешка. Сейчас в нем мало что напоминало холодного, расчетливого бизнесмена, перед ней был взбешенный мужчина, не контролирующий эмоций.
Хватка усилилась, оставляя синяки на теле девушки.
— Мне больно, — прошипела Геля, пытаясь отцепить руки.
— Сука, моё терпение лопнуло. Ты ещё не знаешь, что такое больно. Я, блядь, тебе не предложение руки и сердца делал, а перед фактом поставил. Сейчас вытрахаю всю дурь из твоей башки.
С этими словами Сокольский рывком поднял девушку, и хорошенько тряхнув, так, что зубы клацнули, повернул Гелю к себе спиной, заламывая руку и с силой опуская животом на стол. Все тело пронзила боль от сильного удара об столешницу.
Ангелина в ужасе закричала и попыталась пнуть ногами мужчину, но тот лишь сильнее заломил руку, вырывая болезненный стон.
— Можешь кричать громче, тут отличная звукоизоляция, — злорадно прошипел мужчина, одновременно просовывая руку под живот и расстегивая замок на джинсах.
Из глаз Гели текли злые слезы страха и беспомощности, когда она почувствовала, как Сокольский спускает её штаны вниз вместе с бельем, а после проводит пальцами по абсолютно сухой промежности.
— Сухая, блядь, — пробормотал он, а после Геля услышала плевок на руку и уже смоченными слюной пальцами больно входит в неё, начиная растягивать под себя, второй рукой расстегивая ширинку.
Почти теряясь в болезненным ощущениях, Геля сквозь пелену слез увидела рядом стоящую тарелку с так и не тронутой яичницей.
Дальше все было на голых инстинктах.
Вот она протягивает вторую, не заломленную руку вперёд и, хватая за край тарелки, наотмашь, слегка выворачиваясь, со всей силы бьёт посудой Сокольского по голове.
Вот кровь из рассечённой головы стекает на лицо мужчины, а глаза в бешенстве расширяются.
Вот она дёргается из ослабевшей хватки, но спотыкается об джинсы и падает на пол.
Вот он надвигается на неё, но, не дойдя пары шагов, заваливается вперёд.
Геля смотрела на лежащего мужчину в ужасе, и не могла сбросить оцепенение. Несколько минут просто не шевелилась, лишь шумно дышала, пытаясь прийти в себя.
Все это напоминало какой-то дешёвый фильм, но, к сожалению, это не чей-то злой сценарий, а её жизнь, которая вполне может разрушиться окончательно, если она только что убила известного бизнесмена.
Когда дыхание немного выровнялось, а мысли перестали хаотично метаться в голове, она быстро натянула штаны с бельем, и осторожно подошла к мужчине с бешено колотящимся сердцем, наклонилась проверить пульс.
Спустя бесконечные мгновенья Геля облегченно выдохнула, чувствуя под пальцами биение.
Не медля больше ни секунды, поспешно привела в порядок одежду, схватила свой телефон, с журнального столика в гостиной и, затянув на голове хвост резинкой, которую всегда носила на запястье, ринулась к дверям.
Мысли вызвать скорую у неё даже не возникло, такой урод, как Сокольский просто так не сдохнет, если уж живой оказался.
Ей надо спасать себя и сколько у неё времени в запасе не понятно, очнуться мужчина может в любой момент.
На её счастье квартира открывалась легко, и ни какой серьёзной охраны, в отличие от коттеджного посёлка, в жилом комплексе не было.
К тому моменту как Геля вышла за шлагбаум, к ней уже подъезжало такси, которое девушка вызвала, сразу выйдя из квартиры несостоявшегося насильника.
До дома они доехали за рекордные сроки, стоило лишь промотивировать таксиста обещанием максимальных чаевых при оплате в приложении.
Геля торопливо скидывала необходимый минимум вещей и документов в дорожную сумку, она не могла больше оставаться в этой квартире… в этом городе…
Единственный выход, бежать от Сокольского туда, где он её не найдёт, пока Ангелина не придумает как снова стать свободной от этого сумасшедшего.
Глава 18
— Марина, у меня нет времени, давай стремимся через полчаса на нашем месте и…, в общем…, возьми с собой столько налички, сколько сможешь мне занять без серьёзного ущерба для себя, — Ангелине было невыносимо стыдно просить подругу о финансовой помощи и втягивать в этот бардак, которым стала её жизнь, но… другого выхода не было.
Марина тут же согласилась и без лишних вопросов положила трубку.
Через полчаса, как и договаривались, подруги встретились в небольшом парке у пруда. Он был неухоженным, а оттого немноголюдным, что сейчас только играло на руку.
— Геля, что с тобой? Что случилось? — крепко обнявшись, спросила Марина, внимательно вглядываясь в бледное лицо лучшей подруги.
— У меня серьёзные проблемы, мне надо бежать из города, — призналась Геля и на одном дыхании выдала подруге всю правду о последних неделях, включая попытку изнасилования и побег из квартиры.
— Надо заявить в полицию на этого урода! — горячо воскликнула подруга, но наткнувшись на скептически взгляд стушевалась, осознания бесперспективность и неоднозначность ситуации, учитывая, что Геля оставила мужчину истекать кровью в квартире.
— Черт,
