В китайском языке есть иероглиф "бэй" — стилизованное изображение раковины каури. Составной частью этот иероглиф входит в иероглиф "цянь" — деньги, а также в другие, так или иначе связанные с понятием "деньги": цена, дешевый, дорогой, тратить, покупать, продавать, торговать, товар, богатство, копить, награда, подарок, взятка, зарплата, взнос, премия, роскошь, выкуй, тариф, компенсация, жадность и др.
Археологи находят каменные и бронзовые "подражания" раковинам каури. Они образуют непрерывный ряд от точной копии настоящей раковины к монете. На многих китайских монетах более позднего времени, по форме весьма далеких от раковины, начертан иероглиф "бао", в состав которого входит ключ "бэй"-каури. Так, на монете-мотыге времен императора Ван Мина (14-й год нашей эры) изображены понятия "хо цюань" — источник товаров. В составе пары иероглифов мы видим и начертание "бэй" — символ раковины каури.
Находки раковин каури, относящиеся к 800–600 годам до нашей эры, сделаны археологами в северной Германии, Литве, Латвии, на островах Балтийского моря и под Витебском. Известны находки каури или явных подделок под них, относящиеся к VI–VII векам нашей эры (в Германии), к IX веку (в Швеции), к XI–XII векам (в Псковской и Новгородской землях), к XVI веку (под Ригой). Особенно часты находки раковин на территории Новгородской и Псковской земель. Благодаря этому факту у специалистов сложилось мнение, что раковины поступали на Русь с Запада. В пользу такой точки зрения свидетельствуют многочисленные находки раковин каури в Прибалтике. Впрочем, не менее часто клады раковин каури и погребения с ними находят в Поволжье.
Русское название раковины каури — ужовка, жуковина, змеиная (гажья) головка. У народов Поволжья отмечено название "голова змеи". Пик найденных кладов раковин каури на территории Северо-Западной Руси приходится на XII век. Однако известно, что еще в XVI веке каури в больших количествах ввозили из Риги в Новгород.
На кельтских золотых монетах I века до нашей эры изображены раковины каури. Монета-каури была известна и ранее под названием "кипрской" монеты. Вряд ли можно считать раковины просто афро-азиатской экзотикой, ведь золото ценилось тогда уже само по себе. История монетного дела насчитывала не одну сотню лет, хитроумные правители римских провинций и древнегреческих городов научились подмешивать медь к серебру и золоту, портя монету и временно облегчая себе жизнь. Золотая монета с изображением раковины свидетельствует о нераздельности функций денег, о существовании их как единства меры стоимости и средства обращения.
Именно раковины, лежащие во множестве на морском берегу, пытался объявить деньгами римский император Калигула (37–41 годы нашей эры). Нет нужды говорить, что из этого, не самого остроумного из его чудачеств, ничего не вышло. Но выбор вида новых денег весьма характерен.
Конечно, когда говорится, что раковина у народов Азии и Африки или кость в ацтекской экономике использовались в обращении необработанными, имеется в виду только отсутствие механической обработки. В экономическом плане и раковина, и кость уже воплощали в себе затраты человеческого труда: на добычу, первичную обработку, выварку и транспортировку — для раковин, на охоту или выращивание скота, забой — для костей.
Побочные — продукты служили символом "настоящего" богатства. Будучи только лишь обозначением богатства, они оказывались достаточными, чтобы выполнять функции денег, в том числе и функцию идеальной меры стоимости.
Дело здесь не в богатстве в современном его понимании, не в индивидуальной состоятельности конкретного человека. В средние века богатство было элементом престижа, а не благополучия. Деньги несли на себе отпечаток социальной значимости их обладателя, его веса в обществе или заслуг перед ним.
На Крите, среди развалин древнегреческого города Гортин (V век до нашей эры), в 1886 году найден список, в котором перечисляются обязанности граждан. Налоги или штрафы взимались треножниками или сосудами, которые могли быть заменены либо их миниатюрными объемными моделями из драгоценного металла, либо монетой с изображением тех же треножников или сосудов на одной из сторон металлического кружка. Здесь мы видим не только плавный переход от объемного изображения (статуэтки) к монете — последняя постепенно становится символом обязательств, выполненных перед городом.
Чтобы отразить то значение, которое придавали древние греки монете, приведем отрывок из "Жизнеописания Аполлония Тианского" Флавия Филострата (170–244): "Он (Аполлоний) укрылся подле статуй императора, внушавших тогда больше страха и более неприкосновенных, чем Зевс в Олимпии, — ведь это были статуи Тиберия; рассказывают, что в правление этого императора некто был обвинен в святотатстве за то, что побил своего раба, который имел при себе серебряную драхму с изображением Тиберия".
Проблема глубинных причин выделения денег из товарного мира может быть поставлена в двух планах. Деньги следует воспринимать либо как сознательное изобретение конкретных людей, либо как некоторое социальное явление — результат естественного развития хозяйственной жизни. Выбор между двумя этими трактовками сделан давно и окончательно — обособление денег было следствием естественного хода событий.
3. Они обособились: почему или зачем?
"Особенно достойно замечания, что предрассудок, который рассматривает монету и слитки как вещи, существенно отличающиеся во всех операциях от других товаров, укоренился очень глубоко", — писал Д. Рикардо, фактически продолжая традицию английских экономистов, которая сложилась задолго до него.
Известны высказывания английского экономиста ХVII века Сэмуэля Фортри: "Наши деньги и монеты — такой же товар, как и все прочее" или одного, из предшественников классической политической экономии сэра Дадли Норса (1641–1691): "Деньги — товар, которого может быть избыток или нехватка". Ну и были бы деньги товаром, одним из многих. Так ведь нет, они не только выделяются среди товаров, но и противопоставляют
"Трудность состоит не в том, чтобы понять, что деньги — товар, а в том, чтобы выяснить, как и почему товар становится деньгами", — пишет К. Маркс в первом томе "Капитала". Следует указать на общую для домарксистских представлений ошибку в методологии. Общество уподобляется в них отдельно взятому рационально мыслящему человеку, обладающему собственными желаниями, мотивами, линией поведения. Выделение денег из мира товаров происходит в этом случае благодаря сознательному выбору наиболее экономичных и удобных | средств обмена.
Перейдем к описанию сложившихся точек зрения.
Первая, наиболее распространенная версия — техническое удобство: из товаров выделяется тот, который лучше сохраняется, компактен, делится на части. Согласно этой версии, первыми деньгами могли быть только драгоценные металлы. Хотя достаточно хорошо известно, что это не так, версия технического удобства очень распространена, поскольку она проста и наглядна. С ее помощью от обсуждения сложных социальных проблем уходят к описанию физических и химических свойств металла, что проще и выглядит убедительнее.
Адам Смит в числе причин появления денег отмечал техническое удобство использования в функции всеобщего эквивалента товара с определенными свойствами. Этот момент отмечается и в "Капитале". Однако и для А. Смита, и тем более для К. Маркса условия, определяющие технические удобства торговой сделки, были не принципиальными для теоретического объяснения внутренних механизмов экономической действительности.
Когда два товара встречаются на рынке, за каждым из них стоит экономический интерес товаровладельца, для которого собственный товар отличается от товара, который хотелось бы ему иметь. К описанию обмена всего-навсего двух товаров приходится привлекать обширный круг терминов. Такова специфика работы в общественных науках: чтобы корректно описать какую-нибудь простенькую ситуацию, нельзя ограничиться двумя-тремя категориями. Одно слово цепляется за другое, введение каждого нового термина усложняет постановку проблемы.
Возьмем ситуацию, проще которой не представить: два товара встретились на безденежном, обменном рынке. Сказав "обмен", мы включили в рассмотрение и понятие "собственность", как бы хитро не избегалось это слово. Обмен возможен лишь тогда, когда встретились два собственника. Кроме того, сказав "обмен", мы уже предположили, что каждый товаровладелец не обязан обменивать свой товар, желание отдать товар и получить взамен другой частично или полностью определяется самим товаровладельцем. Взаимная независимость собственников также подразумевается, как только произносится слово "обмен".
