– Скупо бросает мне Рус, снова ставший Драконом.
Мы едем в полном молчании. Я смотрю в окно, пытаясь понять, как себя вести. Причём, со всеми. Дома мне предстоят разборки с мамой, на работе, похоже, я не удержусь, с Тимуром ждёт развод…
Непутёвая ты, Ладка… Не за горами тридцатник, а ничего-то у меня в жизни нет. Босс останавливается на стоянке перед бизнес-центром. И хотела же выйти хотя бы за квартал! Прозевала…
- Золотова, мне надо напомнить тебе о субординации?
Чего? Рывком открываю дверь. Вылавливаю сумку с заднего сидения, снова заглядываю в машину:
- Себе напомни. – Хлопаю дверью так, что, надеюсь, у него уши заложило, и иду в редакцию.
У входа в бизнес-центр стоит хмурый Тимур… Я подхожу ближе.
- Почему ты не на работе?
- Потому что моя жена не ночует дома. – Взгляд Тимура направлен за мою спину. – Где ты была?
Дракон подходит очень вовремя.
- Золотова, опаздываешь! – Бросает хмуро и проходит внутрь.
Тимур провожает его взглядом.
- Что за хрен?
- Мой босс. Не только у тебя есть боссы. Мне надо идти.
Тимур кивает.
- Вечером приеду, поговорим.
Поговорим… Я киваю и иду следом за Драконом. Что за жизнь…
Крнечно же, меня уже ждут.
- И с каких пор босс тебя на работу возит? – Голос Алекс сочится ядом.
- Вот, прям, с этих самых. – Огрызаюсь, усаживаясь за стол. Не то настроение, чтобы ласково посылать.
Алекс открывает рот, чтобы ещё что-то умное выдать, но нарывается на Лену.
- Александра, брысь на место. Что-то не нравится, пошла к Руслану Викторовичу и уточнила. Всё ясно?
Со вторым человеком в редакции спорить – себе дороже. Алекс обиженно надувает губки и уходит.
- Чё случилось? – Лена, наверное, единственный человек, который хорошо ко мне относится. Она в курсе моих семейных проблем.
- Муж с утра у входа поджидал…
- Лад, надо что-то решать. Эта ситуация тебя сожрёт. Вон, похудела, без весов заметно.
А то я не знаю.
- Решим.
- А хромаешь чего? – Всё-то они замечают, всё видят.
Вру про поход на ставки с друзьями. Вру всем. Вру себе.
- Мам, я дома! – Кричу с порога, открывая дверь и замираю. Из зала выходят оба – муж и мама. Спелись.
- Ладушка, Тимур за тобой приехал. Я и сумку собрать помогла.
Внутри разгорается пожар.
- Сумку, значит, мне уже собрали. Меня спросили?
- Екатерина Борисовна, простите, вы не могли бы нас оставить с женой наедине?
- Тимур галантен, как всегда.
- Да, что это я. Конечно, поговорите, дети. – Мама пробирается мимо меня и выходит из квартиры.
- Я видела, как ты работаешь со своей бабой, Тимур. Тебе всё очень нравится. Так почему бы тебе просто не оставить меня в покое? Пожили, и ладно. Я ж за тебя не цепляюсь. – Слова потоком льются из меня.
- Я за тебя цепляюсь! Ты – моя жена, и мы едем домой. В наш с тобой дом!
- Тимур, ты не понимаешь всей абсурдности ситуации? Ты спишь с другой, ты возишь её на её машине после работы… или, постой… ты расстался с нею?
Вдруг где-то в душе рождается глупая надежда. На что? На то, что он её бросил. Я прощу, я смогу. Я ведь люблю его, всё ещё люблю. Я молча молю… Пусть только скажет, что бросил, что я для него важнее работы, важнее неё… важнее всего на свете. Но Тимур поджимает губы.
- Я тебе пообещал, что сделаю это. Я начал искать другую работу. Возможно, вообще уйду из банковской сферы. Пойду на крупное предприятие с экспортом-импортом. Но это не делается за один день, Лада! Понимаешь? Всё. Поехали домой.
Нет… Всё-таки Жирная сова – не наш вариант. Я глупо улыбаюсь. Бывают же такие совпадения… Вдруг спокойно выдаю.
- Я тебе изменила.
- Что ты сделала? – Тимур неверяще прищуривает глаза.
- Изменила, говорю. – Повторяю спокойно. Откуда только силы взялись.
- И с кем?
- А тоже с боссом. У тебя босс, у меня босс… Один-один, Тимур Анатольевич.
- Зачем ты это говоришь? Ты ж не такая, Лада. Так зачем? – Он, правда, не верит.
Пожимаю плечами.
- А захотелось, как ты. Попробовать.
Тимур кидается ко мне, хватает за плечи, заглядывает в глаза.
- Скажи, что ты врёшь! – Он тряхнул меня с такой силой, что я затылком хорошо так приложилась о стеночку.
А меня накрывает истерический смех.
- Что, не нравится? Больно? А мне должно нравиться, что ты другую пялишь?! – Я пытаюсь пройтись по его лицу ногтями, но он крепко держит меня за плечи.
У Тимура глаза становятся бешеными. Он ещё раз трепанул меня, приложив спиной и затылком о стену так, что дыхание перехватило, и, молча, вышел из квартиры.
Ещё минуту я восстанавливаю дыхание. Ощущение пустоты оглушает. Я поднимаю свою сумку и сумку, что собрала мама. Раз собрала, значит, мне пора уходить отсюда. Нет у меня больше дома…
Глава 18.
Спасибо Леське, приютила меня. У неё двушка, купленная заботливыми родителями. Ну, или им надоело её весёлая жизнь. Как бы то ни было, жильё у неё своё.
Маме позвонила, сказал, что со мной всё в порядке и что не вернусь. Мама плакала, просила подумать и всё в этом роде. Поздно. Я пообещала ей звонить и отключилась.
Вот получу свои копейки и начну искать комнату. Не хочу Лесю стеснять, хоть она и кричит, что ей со мной хорошо. Но я ж понимаю… У неё своя личная жизнь, а у меня её больше нет.
В пятницу иду к банкомату получать свои кровные. Заказываю остаток на счёте и офигеваю. Сумма минимум в два раза больше обычной. Что за ерунда. Возвращаюсь в редакцию.
- Ирина Николаевна, у меня что-то с зарпалтой…
Главбух поднимает очки в тонкой золотистой оправе. Красивая женщина. Всегда ею восхищаюсь.
- А что не так, Лада Валерьевна? - Улыбается по-доброму.
- Там слишком много… - Машу в воздухе картой.
- Ах, вот что… Так вам премию выписали. В размере оклада. Рита вам приказ на подпись не давала?
Хлопаю глазами. Что за фигня происходит?
- Простите, Ирина Николаевна. Нет. Я ничего не знаю…
- Да, вот же. – Главбух достала папку с приказами, развернула и положила
