им будет сподручнее. Я от души благодарю и прощаюсь.
У меня хороший тыл… А вот что ждет впереди?
Хм, пока лифт и машина Кирилла. Аэропорт в другой стороне, там, к счастью, нет заторов. Зато зимняя дорога так себе. Керн ворчит, что нужно насовсем перебираться в столицу. Может, он уедет, и мы потеряемся?
Нет, чем дальше, тем я верю в это с трудом. Меня не покидает ощущение — наши жизни навечно связаны. Даже холодок по коже.
— Тебя что-то смущает в командировке?
— Почему?
Вопрос мне непонятен.
— Я тебя немного знаю и вижу, ты чем-то загружена.
Вот это заявленьице! Знает он меня.
— Устала в последние дни. И вообще… Ты так говоришь, как будто я обычно веду себя как веселая тамада. Я всегда задумчивая. Давай уже закроем эту тему. Напиваться перед вылетом не собираюсь, не волнуйся!
Вижу краем глаза мужскую улыбку.
— Вот, ты уже шутишь. Насчет усталости… Сегодня я пригласил кое-кого на ужин. Правда, он пройдет в ресторане нашего отеля.
— Кто там будет? — хмурюсь.
— Несколько попечителей фонда и его директор.
Киваю. Для меня это к лучшему. С радостью пообщаюсь с главными спонсорами и сотрудником Керна.
Хм, а если быть совсем точной — с сотрудницей. Кирилл не предупредил меня, что директор его фонда — женщина. Хотя и не должен был. Что здесь такого? Кроме того, что ей явно не больше тридцати, и она очень красива.
Или просто яркая? Я не эксперт по красоте. Но в ресторане нам навстречу поднимается длинноногая стройная дама с каштановой шевелюрой ниже плеч и зелеными глазами. Такими темными, что я невольно засматриваюсь.
— Будто зеленки налили, да? — незнакомка весело щурится, заметив мой взгляд.
— У вас очень красивые глаза. И необычные.
Делаю комплимент от души, хоть и немного скованна. Еще толком не отошла от полета рядом с Керном. Он купил бизнес-класс и весь путь косился на меня. Наверное, ждал, когда у меня начнется паника от перелета.
Пытался завести разговор о Дашке. Сказал, она такая забавная. Мне пришлось уставиться в иллюминатор, а потом вообще закрыть глаза. Их внезапно очень сильно защипало.
И вот после всего этого мы на ужине с «Мисс фонды страны». Интересно, у них с Керном когда-то были отношения? Еще раз смотрю на молодую женщину. Она совсем не гламурна — почти нет косметики, серое платье и боты на толстой подошве. Волосы лежат естественными волнами. Природная красота.
Глава 6
— Знакомьтесь, — берет слово Кирилл, — Евгения — директор моего фонда. Ольга — главный консультант нового проекта. Впрочем, я вам друг о друге рассказывал.
— Да, Кирилл сказал, нам вообще не о чем переживать! Очень приятно, Оля.
Мои брови съезжаются от такого личного обращения. Мм… что это я? Девушка ведь не сделала ничего плохого.
— О вашем профессионализме я тоже наслышана, — выдаю улыбку, — и рада познакомиться.
— Присядем? — командует Кирилл.
Ресторан, как и сам отель, современный и не пафосный. Коричневые деревянные столы стильно сочетаются с мягкими светло-бежевыми стульями. Здесь хорошее освещение, кое-где имитация комнатных растений для декора. В общем, приятно и ненапряжно.
Пока мы втроем. Керн решил, что нам с главой фонда нужно познакомиться и немного найти общий язык. Заказ сделан заранее, пока нам приносят только напитки.
— Я всегда сомневаюсь насчет помощи взрослым здоровым людям, — Евгения быстро переходит к делу, — они могут просто пойти и работать, куда угодно.
Керн молчит.
— Так и есть, — отвечаю я, — но не сразу после родов с грудничком на руках.
— Малыша всегда можно отдать в ясли!
— Не в первые месяцы. Сразу после родов его разве что можно оставить в приюте. На время. Но это время может растянуться на годы. Особенно, если изначально потеряна связь с малышом. Плюс, женщина будет горевать от разлуки. Какое тут развитие в жизни?
— Но ребенок ведь жив и здоров!
Я выдыхаю. Не считаю, что директор фонда должен быть жалостливым. Хватит того, что он умен и хорошо знает свою сферу. Я знаю злобного и хамоватого коллегу Евгении, но он так ловко находит способы помочь! Нутром чует возможности. И его все принимают, как есть.
Но вот сейчас мне хочется задать бестактный вопрос. Есть ли у самой директрисы дети? Хотя никогда не считала этот аргумент решающим.
— Если мать адекватная, то разлука с грудным ребенком — огромный удар. А для малыша просто ломка жизни. Я не про оставить на несколько часов. А о проживании в разных местах. Поэтому так важно помочь молодым мамам.
Керну, похоже, надоедает наше занудство, и он прокашливается. Смотрит на Евгению.
— С проектом «Мамы» дело решенное. Вы просто с Ольгой обговорите детали.
Во мне нет торжества. Наоборот некомфортно. Делаю жадный глоток воды. И она чуть не выплескивается обратно…
— Раньше ты советовался со мной, Кирилл.
Ого! Тон Жени ну очень личный! Мы оба с ней пристально смотрим на Керна. Мужчина сдвигает брови.
— Последнее слово все равно остается за мной. До этого мы совпадали. Вникни получше в проект.
— Хорошо.
Уже скоро друг за другом к нам подходят несколько мужчин. Один солидный, в дорогом костюме и с пузом. Другой по виду совсем интеллигент, даже в вязаном жилете. И еще сухонький старик в сопровождении охраны! Крепкий парень усаживается за соседним столиком.
Беседы о благотворительности хоть и полезны, но всегда достаточно скучны. Я бы не стала пересказывать вот эту маме или подружкам. Только ближе к концу случается нечто, что напоминает сцену из кино.
Евгения вроде к тому времени раздобрела. Не отказалась от напитка с пузырьками, съела десерт. С Керном больше не спорила. Наоборот, щебетала как соловей. Я даже снова начала раздражаться. Женя же счастливо болтала и со мной, и с попечителями. В какой-то момент я просто не выдержала и пошла в туалет.
Санузел оказался на высоте. Как и весь интерьер — отделан светлым деревом. Чистота безупречная. Неудобно только, что он не персональный, а на несколько кабинок. Видимо, потому что заведение находится в отеле.
Ну да ладно, медика такими вещами не напугать. И у меня нет зависимости от роскоши.
Спустя несколько минут толкаю тяжелую деревянную дверь кабинки. Сейчас помою руки и вернусь в зал. В голове прокручиваю вечер. Пытаюсь настроиться на спокойный лад. А то уже чувство, что я приревновала Керна! С чего меня так бесит Евгения?
— Долго у вас не продлится.
Вздрагиваю от громкой фразы за спиной. Разворачиваюсь. Брови стремительно подскакивают вверх.
— Не поняла.
Передо мной Женя. На ее лице, впрочем,
