увидеть больше?
Она говорила с кем-то невидимым, с тысячами глаз по ту сторону экрана, но Игорю казалось, что она обращается прямо к нему. Он лёг на кровать, уставившись в потолок, и не мог отвлечься. Его собственная рука непроизвольно потянулась вниз, к резинке спортивных штанов. Он слышал, как она кого-то зовёт «папочкой», как обещает «кончить» для кого-то.
Это было невыносимо и порочно возбуждающе. Звуки, доносящиеся из-за стены, сводили с ума. Игорю дико захотелось увидеть, что же происходит в той комнате. Но зайти — значило нарушить обещание и сорвать ей работу.
Внезапно его осенило. Он же знал её ник! «Сладкая-Капля-Мёда». Она сама его назвала.
Он сорвался с кровати, схватил ноутбук и устроился на полу, прислонившись спиной к стене, которая отделяла его от Кариной комнаты. Дрожащими от возбуждения пальцами он вбил в поиск знакомое имя.
Поисковик сразу же выдал ему ссылку на платформу для взрослых. Сердце Игоря заколотилось чаще. Он кликнул на ссылку, и перед ним открылась страница с регистрацией. Пришлось вводить почту, придумывать пароль, подтверждать возраст, галочки «согласен с правилами»… Каждая секунда ожидания казалась вечностью.
Наконец, он был внутри. Интерфейс сайта был тёмным, с алыми акцентами. Он снова вбил в поиск «Сладкая-Капля-Мёда». И вот она — её страница. Аватарка, на которой она была в маске, но её губы и соблазнительный изгиб шеи он узнал бы из тысячи.
На ее странице светилась кнопка «LIVE». Он кликнул на неё.
Экран замер на секунду, а затем заполнился изображением. Качество было отличным. Карина сидела на своей кровати, в полумраке, подсвеченная мягкой неоновой лампой. На ней был тот самый короткий чёрный халатик, который она надевала в их первое утро. Он был распахнут, открывая взгляду всё, что было под ним. В одной руке она держала тот самый пресловутый банан.
Она что-то говорила, улыбаясь в камеру томной, опытной улыбкой. Игорь судорожно нашел регулятор громкости и выкрутил его.
— … вот так, папочка? — её голос, знакомый и родной, но сейчас звучавший с профессиональной, приторной сладостью, заполнил его комнату. — Нравится, как я это делаю? Хочешь, чтобы я была твоей грязной девочкой?
Она провела языком по банану, медленно и соблазнительно, глядя прямо в объектив. Прямо на него.
Игорь замер, не в силах оторвать взгляд. Он видел каждую её родинку, каждую искорку в её глазах, каждый изгиб её тела. Это было в тысячу раз интенсивнее, чем просто слушать через стену. Он был теперь не просто соседом, он был одним из тех анонимных зрителей, которые наблюдали за тем, как она…
Она откусила кончик банана, игриво жуя, а потом начала медленно, чувственно… водить очищенным фруктом по своему телу, закатывая глаза от наслаждения, которое, как знал Игорь, было лишь искусной игрой.
Он не мог больше сдерживаться. Его рука снова потянулась вниз, на этот раз его взгляд был прикован к экрану, а в наушниках звучали её стоны и похабные обещания, адресованные ему и тысячам других таких же, как он. Он был лишь одним из многих анонимных наблюдателей, виртуальной каплей в этом море пошлого желания.
Игорь завороженно смотрел, как в чате, прямо рядом с видео, одна за другой появлялись просьбы, сливаясь в бешеный, похотливый поток. Пользователи, скрытые под никами вроде «DarkLord69» или «HungryBear», писали похабные комментарии, кидали смайлики с персиками и баклажанами, бросали виртуальные подарки — розы, поцелуи, купюры. Карина игриво комментировала их, подыгрывая, обещая «наказать» себя за непослушание, томно закатывая глаза и облизывая губы. Она была кукловодом, а они — марионетками, танцующими по её воле.
Но один запрос, от пользователя с ником «ЦарьНиколай», стал настойчиво повторяться, набирая волны лайков и одобрительных комментариев от других зрителей. Его сообщения выделялись жирным шрифтом, как и полагается сообщениям донатера:
ЦарьНиколай: Встань раком, шлюха, прямо перед камерой и засунь этот банан себе в пизду. Я хочу видеть, как она его принимает. А потом хорошенько выеби себя.
Карина сначала делала вид, что шокирована и смущена. Она прикрыла грудь руками, ее губы изобразили наивное оскорбление.
— Ой, Николай! — томно и с легкой дрожью в голосе воскликнула она, проводя бананом между своих грудей, оставляя на коже блестящие влажные следы. — Какой же ты развратник! Такие грязные вещи говорить такой милой девушке… Я же не такая… Я стеснительная… Может, лучше я для тебя станцую? Или спою? — Она сделала наивные глазки-бусинки, и в их глубине плескался вызывающий, хорошо знакомый Игорю огонек.
Но «ЦарьНиколай» был непреклонен. Он не писал больше слов. Вместо этого чат взорвался анимацией. По экрану проехала шикарная, сверкающая виртуальная машина — «Роскошный лимузин». А рядом всплыла цифра, от которой у Игоря, даже через экран, перехватило дыхание.
«ЦарьНиколай» отправил(а) подарок: «Роскошный лимузин» (5000 рублей)
Эффект был мгновенным и магическим. Вся наигранная стеснительность с лица Карины испарилась, словно ее и не бывало. Её глаза расширились, в них вспыхнул чистейший, неподдельный алчный блеск, а на губах расплылась торжествующая, хищная улыбка. Деньги, большие и быстрые, были ее самым сильным афродизиаком. Они делали ее гибкой, послушной и абсолютно предсказуемой.
— Ну что ж, мой царь… — ее голос стал низким, хриплым и влажным, полным притворной покорности, за которой скрывалась холодная расчетливость. — Раз ты так просишь… и так щедр… Как я могу отказать своему повелителю?
Она медленно, с преувеличенной театральной грацией, словно исполняя священный ритуал, встала с кровати и опустилась на колени перед камерой. Каждый ее жест был выверен и отточен для максимального эффекта. Затем она плавно наклонилась вперед, упираясь локтями в матрас, и выгнула спину в немыслимо соблазнительной, животной позе.
Её упругие, идеальной формы ягодицы оказались в самом центре кадра, всего в нескольких сантиметрах от объектива, представляя собой зрелище, от которого кровь стучала в висках. Она бросила взгляд через плечо, полный немого обещания, вызова и торжествующего осознания своей власти.
— Ну вот я вся твоя… — прошептала она, и ее шепот был густым, как мед. — Раскрытая… готовая… Смотри, как твоя грязная девочка исполняет твои самые пошлые желания…
Одна её рука потянулась к валявшемуся рядом банану. Другая, с длинными изящными пальцами, скользнула между её ног, чтобы подготовить, размягчить, сделать вход легче и зрелищнее. Игорь, затаив дыхание, прилип к экрану. Он видел, как ее пальцы работают там, скрытые от прямого взгляда, но по напряжению ее тела, по дрожи в бедрах и тихим, влажным, чавкающим звукам, доносившимся из колонок, можно было понять всю интенсивность ее действий. Её прерывистое,
