кто делает что-то против интересов… Но девятилетнего пацана?! Ему очень хотелось найти того, кто это сделал, и вспомнить весь арсенал методов ведения допросов, который использовался во время Плутаркийской войны.
— Заметали следы, наверное. Время было позднее, возможно, убийца ожидал, что все спят, не рассчитывал, что они будут перед сном читать книжку все вместе. Не стал оставлять свидетеля, даже такого маленького. Ублюдок, блядь! — тихо, но с ненавистью, проговорил Огонек, снова разливая крепкий алкоголь по стаканам. — Никаких следов проникновения, когда я приехал, не было. Я успел посмотреть входной замок: очень чисто вскрыто, бесшумно и профессионально. Плюс тот, кто это сделал, точно знал расположение помещений. Я успел подключиться к компьютерной системе дома, отмычкой взломаны только две двери: входная и спальня. Нападавший легко определил, куда ему нужно. От момента вскрытия входной двери до момента, когда открылась спальня меньше пяти минут. Сейчас данные, конечно, совсем иные, я проверял! В документах все эти ляпы устранили, типа, убийцы шарились по дому. Хотя я, если честно, не очень понимаю, зачем в официальных отчетах разрабатывается версия с грабителями — это же еще большая поебень, чем недавнее нападение ВВС Венеры! Следователь даже арестовал парочку каких-то парней и теперь шьет им дело…
— Кстати… откуда на Марсе грабители? — внезапно сообразил Модо. — Я не слышал о нападениях и кражах года два! В нынешней ситуации много всякой дряни, депортации эти чертовы, отсутствие свободы слова, но вот безопасность на планете и правда на очень высоком уровне. Впервые в истории, мне кажется, девушка может пройтись ночью в самом откровенном наряде и единственные, кто к ней, может быть, пристанут — это полицейские, и то, чтобы проводить домой.
— Тоже об этом думал. В последние дни было не до этого, но мне показалось, что я видел про это в новостях. Правительство как-то решило раскрутить ситуацию с убийством себе на пользу, чтоб запугать население и немного откатить эффект последнего эфира.
— Братья, а вы не думали, — задумчиво протянул Винни, крутя в пальцах стакан. — Что такое откровенное фуфло — это предупреждение нам с вами? — остальные уставились на альбиноса, пораженные его словами. — Тот, кто за всем этим стоит (а я ведь никого не удивлю, если прямо скажу, что подозреваю Скаббарда?), рассчитывал на то, что Огонек осмотрит место убийства и поймет, как было дело на самом деле? Оттого и сообщение о стрельбе так удачно передали. Этот гад так в себе уверен, что не потрудился даже нормально сфабриковать улики! Что-то сделали для прессы для отвода глаз — и только. Все будет куплено: суд, свидетели, обвиняемые… Этот уебок устранил угрозу, а нам дал понять, что может и повторить.
Все трое сделали по глотку, слишком шокированные этой идеей, чтобы что-то сказать. Молчание прервал Модо:
— Значит, мы должны это доказать. И тут вопрос не только справедливости, но и безопасности наших близких!
Спустя 16 лет 8 месяцев после победы над Плутарком.
Молоденькая репортерша в пиджаке модного покроя «под военный китель» весело щебетала, с энтузиазмом рассказывая, какое для нее счастье наблюдать пуск последних кораблей, что накроют Марс щитом, который погрузит планету в пятилетнюю изоляцию от внешнего мира. Вооруженные мощнейшим оружием крейсеры заблокируют все пути входа в атмосферу для любого судна, отгородив мышей от опасности извне и прервав все связи с внешним миром. Даже представитель Марса в галактическом совете уполномочен связываться с Лидером только через текстовые сообщения и не пробовать вернуться домой, пока не получит на то дозволения. За хорошую службу на благо отечества его наградят воссоединением с семьей.
Гибель Троттла, Карабины и юного Стокера оказалась напрасной. Референдум состоялся, и на нем подавляющим большинством голосов было принято решение о пятилетней изоляции. Через четыре года должен состояться повторный референдум, на котором поднимется вопрос о ее продлении. И вот сегодня последние корабли, образующие внешний щит, поднялись в воздух. Производство топлива для летательных аппаратов остановили, припася только норму, необходимую для снабжения щита и военной авиации. В ближайшие пять лет ни одно гражданское судно не поднимется выше стратосферы, а военное — не продвинется дальше щита: сразу же после утверждения итогов референдума вышел указ, согласно которому все нарушители будут сбиты после первого же предупреждения.
Команда Стокера даже убийство Троттла и его семьи смогла обернуть себе на пользу: громкое расследование доказало, что схваченные грабители невиновны, и за убийством героев Плутаркийской войны стоит их давний противник — опасный межгалактический преступник Чумазоид. Винни истерично ржал минут двадцать, услышав такую версию. Следователи же, если верить новостям, узнали, что убийца пробрался через трофейный портал, переместившись с Земли. В последний момент во время попытки тем же путем покинуть планету он был схвачен. Обвиняемому, связанному по рукам и ногам, больше молчавшему и только растерянно смотревшему на судей, вынесли смертный приговор и жестоко казнили под вой обезумевшей от страха внешней угрозы толпы. Портал под прицелом камер взорвали, чтобы никакой враг больше не смог проникнуть на Марс. В этот день Винни безобразно напился, отправив девочек на ночь к Модо: он почти договорился с хорошим знакомым, что тот позволит ему и дочкам покинуть планету этим путем. Знакомый, кстати, бесследно исчез.
Когда не стало Карабины, радио «Свобода» умерло вместе с ней. Она считала слишком опасным делиться своими контактами, боясь, что если о недовольных будет знать много народу, это поставит под угрозу их безопасность. Поэтому с ее уходом Модо, Огонек и Винни остались в изоляции. Несколько раз появлялись сайты, которые пытались обличать власть, кто-то даже строил версии исчезновения «Свободы», но очень скоро PR-команда правительства заставила мышей переключить внимание на другие вопросы. Соцсети со временем подчистили, те, кто особенно рьяно пытались разобраться в происходящем, исчезли. Зато заводы, которые построили на месте уничтоженных гор, работали все эффективнее. Иногда оттуда возвращались мыши: сломленные, молчаливые, с потухшим взором. Там, в трудовых дисциплинарных коммунах, им очень убедительно объясняли, что единственно верный для Марса путь — тот, который указал Лидер.
В это раннее утро Винни, Модо и Огонек должны были встретиться на одном из горных пиков, недалеко от того места, откуда они не так давно вели передачи радио «Свобода». Хмурый альбинос сидел, облокотившись о стекло мотоцикла, и разглядывал долину Маринер, что простиралась внизу. Солнце недавно начало вставать, и он зевал, прихлебывая кофе из термоса. Модо искал взглядом силуэт приближающегося «Дрэгстера» на горизонте, периодически поглядывая на экран на панели мотоцикла, который крутил запись эфира с репортажем об отлете последних тяжелых крейсеров для щита.
— Как мы
