уточнил я.
— Ну и хер с ним, Керг, — пожал плечами Квирик, после чего дополнил. — Капитан Керг, — с этаким снисходительным ехидством. — Аванс получен, половина твоя. Деньги будут, считай — потренировались, — подмигнул он.
Но в системе заказчик появился, причём в обозначенный срок. Его корабль, хотя я, в общем, знал ТТХ — поражал. Ну километровая дура, без шуток! С чудовищными двигателями, длинным и тонким «хребтом» и относительно небольшой «кабиной». А вдоль хребта находились огромные контейнеры — ну, логично для торговца. Но размеры, конечно, поражали.
— Вы на месте, — после опознания странным голосом прогудел по видеосвязи тип в глухом шлеме — хрен знает, что скрывал, да и не очень интересно ни мне, ни Квирику. — Доложите обстановку в системе, — выдал этот тип приказным тоном.
На это охренненое «предложение» Квирик развёл руками и с ехидным оскалом кивнул на меня. Ну а я ровно ответил:
— Двести драхм.
— В смысле⁈
— Я — не ваш наёмник. Я — его наёмник, — пояснил я, указывая на Квирика. — Транспорт, о чём гласит мой контракт с капитаном Квириком.
— А моя работа — работа отряда на планете и станциях, — уточнил Квирик.
— Взаимодействие, защита, любые действия в ваших интересах в пустоте — в мой контракт не входят. Готов предоставить вам полные сведения о положении в системе за названную сумму, — подытожил я.
— Обойдусь, — буркнул торгаш. — Капитан Квирик, отправляю данные по высадке и координаты. Обеспечьте к должному сроку безопасность! — выдал он, разрывая видеосвязь, ну а данные пришли пакетом.
— Все они так, на чужом горбу норовят в трансцендентность выехать, — с усмешкой отметил Квирик. — Ладно, мы готовиться.
— Через час будем на орбите, — кивнул я.
7. Не райская галактика
На орбите планеты Вольная мы были даже через сорок минут: Мозг удерживал Энериду над каким-то поселением, естественно, вне атмосферы. А трансорбитальники шушпунчиков стартовали из ангара: их задачей, насколько я понимаю (мне, как понятно, никто не докладывал), было высадится и обсепечить безопасность спуска торговца и его же безопасность на переговорах. При этом я дал Мозгу распоряжение мониторить всё происходящее, тем более, что датчики и сенсоры исследовательского судна это позволяли.
И ещё я пытался понять, как будет происходить сама «высадка». Ну, по логике, раз уж прикрытие «на планете», то и торговля там. При этом торговец — огроменная «связка контейнеров», которая на планету может только упасть, а никак не приземлится. То есть способы-то, теоретически, есть. Но настолько энергоёмкие и дорогие, что встанут чуть ли не в полцены корабля, на одну высадку. А если тороговец «передаёт товар» на орбите — так на кой высаживаться на планету? Только ради переговоров-торговли? Странно и непонятно выходит.
Впрочем, через час после высадки шушпунчиков странность стала понятна: один из подбрюшных контейнеров торговца отделился, оказавшись этаким вариантом грузового челнока. Причём, судя по всему, такими были все или большинство контейнеров. И этот пузатый кирпич на здоровенном факеле пламени стал садится на планету, пока не сел, рядом с несколькими высокими зданиями, но в чистом и пустынном пространстве неподалеку (что вызвало удивлённые возгласы у отряда — я, естественно, ребят к трансляции подключил). Собственно, если бы не тренировки в искреле — я бы тоже ахал и охал. Есть или города, или сплошные джунгли, пустого пространства просто не бывает, это… ну как мироощущение и миропонимание. У меня его ломал субъективный год тренировок — там я на всякие пустые пространства, «пустыни» насмотрелся. И ледяные, и песчаные, и каменные. А вот у ребят сейчас шок-не шок, но искреннее удивление минимум.
Но кирпич трансорбитальника сел, разгоняя волны песчаной пыли. Округу прикрывали шушпунчики, а со стороны домов стояли несколько наземных транспортов — тоже диковинка для нас, в смысле, наземные и вне города. Ну да ладно, какие-то люди вели переговоры с вышедшими из трансорбитальника — какие, как понятно, разглядеть толком не выходило — не тот ракурс, несмотря на мощные сенсоры Энериды. Так что от них и я, и ребята отвлеклись, разглядывая шупунчиков, их позицию, использование техники. В общем — выходило, что программы искрела более-менее достоверно предавали принципы организации войск, о чём я отряду и сообщил. И тут Рита громко крикнула по связи:
— Это люди!!!
Дело в том, что какое-то добро из трансорбитальника выносили, ну да и хрен с ним. Но крик был связан с тем, что в него стали заходить несколько сотен человек. И не выходить, то есть… ну товар, выходит.
— Рабство? — недовольно спросил Андрей.
— А чёрт знает, — без восторга ответил я. — Сам понимаешь — всё децентрализовано, общих законов нет. Возможно — должники или что-то типа того. Правда, хрен знает, как с социальными гарантиями…
— А чем это отличается от рабства, если и так?
— А что мы сделаем, Андрей⁈ Мне тоже не слишком нравится ситуация, но у нас — контракт на перевозку. И деньги, вообще-то, нужны и для вас: снаряжение, да и не только… В общем, я допускаю что внизу рабы, — недовольно скрипнул я зубами. — Но что ты предлагаешь делать?
— Не знаю, Николай… но… Неприятно, — выдохнул пилюлькин.
Ну, вообще — действительно неприятно. И при этом — чёрта с два что сделаем, кроме как откажемся от контракта. И совершенно не факт, что это скажется в лучшую сторону на участи людей в трюме поднимающегося трансорбитальника, кстати говоря. А на нашей жизни — точно скажется к худшему, что факт. Так что сделать мы могли только две вещи: изучать скачанные данные, для понимания социологической ситуации. И — поговорить с Квириком, что я тотчас после его прибытия на борт и сделал.
— Следил, значит, — оскалился он.
— За заказчиком, пропажа которого лишит меня денег, — ответил я вполне приемлемым резоном…
— Ну да, ну да, — покивал Квирик. — А люди эти… ну вообще — считаются контрактными рабочими, с неразрывным контрактом. Я сам не в восторге, но работы на Атомиуме не слишком много, особенно хорошо оплачиваемой, капитан Керг. Это я тебе как информацию к размышлению сообщаю, — ухмыльнулся он. — Если ты не «зарегистрированная компания» — то заказы будут… скользкими. Вообще, на Атомиуме рабство вроде как и осуждается, приравнено к преступлению. Но у торгаша с этими — как бы контракт. Скользко
