вытащил из-под пледа две банки с консервами.
Уж если кто тут и умел талантливо ныкать еду, так это наследник богатейшего из домов Содружества. Он в общем-то даже без умысла банки стянул, они просто плохо лежали. С краю.
Дизи восхищённо вздохнула, когда Рао открыл для неё банку.
Лес покосился на пацана, глотающего слюну, и открыл ему вторую.
— Мы — обойдёмся, — сказал он, хотя тоже не наелся. — Будет день, будет и пища. Давайте устраиваться спать, что ли?
— А чего там в паутине? — спросил Эберхард на всякий случай. — Ищут нас?
— Непонятно, — мотнул головой Лес. — Но и прямых угроз не вижу. Косвенные — это ты сам заешь. Что угодно может вылезти в такой ситуации, как у нас. И — откуда угодно. Здесь нам условно враждебно всё. Лучше поспать — меньше будем раздражать вселенские связи. Слишком много тут розовых нитей… Их хорошо бы тебе разобрать. Может, поспишь, и голова будет лучше работать?
Эберхард, наследник дома Аметиста, чьим цветом были оттенки сиреневого и розового, кивнул и устроил себе из пледа лежанку — половинку подстелил, другой укрылся.
Лес устроился так же. Ашшесть, опьяневший от неожиданной добавки, свалился спать там же, где и сидел, обнимая пустую банку. Рао накрыл его одеялом.
Дизи всё ещё ела — медленно, аккуратно, растягивая удовольствие.
Рао расстелил рядом с ней свой плед, сел.
— Хочешь — будем спать вместе? — нахально предложил он, когда Дизи выскребла из банки последние крошки каши. — Садись на плед?
Девушка подняла на него удивлённые глаза.
— У тебя, наверное, никогда не было парня? — ласково спросил Рао.
Почти задремавший Эберхард проснулся — ему стало гадко. Ну, чего он к ней лезет!
Дизи помотала головой, но на краешек пледа села. И воодушевившийся Рао продолжал.
— А ты знаешь, чем отличаются мужчины и женщины?
Дизи кивнула.
— Вений говорит, что женщины глупее мужчин. И трусливее. Он даже не смог вживить мне чип. Вот! — она показала железную штуку на шее, похожую на коробочку. — Он у меня здесь!
Рао протянул руку и дотронулся до коробочки.
— А зачем он нужен?
— Говорить. Понимать. Быстро считать. Я всё делаю медленно, потому что мой чип не в теле, а на шее висит. Сигнал задерживается.
— А почему Вений не смог его тебе вживить? — заинтересовался Рао.
— Я очень сильно визжала, — потупилась Дизи и показала шрам на плече. — Вот. Больно было очень.
— Он что, на живую его в тебя пихал? — возмутился Рао.
Он провёл пальцем по шраму, потом погладил Дизи по плечу. Не уловив сопротивления, обнял и притиснул к себе.
— Вячер тебя обманул, — сказал он шёпотом. — Разница между мужчинами и женщинами совсем другая.
Он чуть отстранился, расстегнул комбинезон и выпростал руки, чтобы стянуть его вниз.
— Смотри, чем отличаемся…
Эберхард заворочался. Ему захотелось стукнуть Рао как следует.
Дизи, конечно, не малолетка. Но она же никогда, наверное, не… Вот же похотливый грантс!
Рао тем временем выбрался из комбинезона, взял руку Дизи и положил себе на живот.
— Видишь? — спросил он. — У тебя есть отверстие, а у меня то, что можно туда поместить. Когда это происходит — у женщин рождаются дети.
— Дети рождаются в капсулах, — помотала головой Дизи. — Я их даже не видела. Все эти дети общие, они принадлежат полису.
— Это потому, что у вас нет нормальных мужиков, — улыбнулся Рао. — Раз у тебя растёт грудь, значит, есть женские гормоны. Ты могла бы родить ребёнка. Маленького, вот такого, — он вытянул руки, показывая размер, а потом положил ладонь Дизи на грудь. — И он был бы только твой. Хочешь?
Дизи ойкнула и отдёрнула руку.
— Я боюсь! — прошептала она.
Эберхард поднялся и сел с полным намерением найти брошенную бородачом палку и надавать Рао по шее.
Но грантс не стал больше приставать к девушке. Он рассмеялся и начал натягивать комбинезон.
— Иди, трусишка, на плед, — позвал он Дизи. — Не бойся. Я пойду прогуляться. А плед этот — специально сделан для ночёвок в лесу. Ты и одна не замёрзнешь.
Он застегнулся подобрал пару банок из-под каши и пошёл к выходу, всматриваясь в ночь.
— Ложись-ложись, — сказал Эберхард Дизи, застывшей на краешке пледа. — Тебе будет тепло и мягко. А этот бабник — охладится и поспит потом на одеялах! Если хочешь — тащи плед поближе ко мне! Чтобы Рао в темноте на тебя не свалился.
Дизи благодарно улыбнулась, поволокла плед к месту, где лежал Эберхард. Легла рядом, свернувшись клубочком.
Казалось, конфликт исчерпан, но сон Эберхарда покинул самым бессовестным образом. Дизи тоже тихонько возилась под пледом. Может, она всё ещё боялась Рао?
«Запугали бедную девочку», — подумал Эберхард и вздохнул.
И вдруг уловил тёплое дыхание на своей щеке — Дизи приподнялась и наклонилась над ним.
— Ты чего? — спросил он шёпотом и покосился на Леса.
Тот вроде бы спал без задних ног.
— А ты? — спросила Дизи шёпотом. — Ты — тоже мужчина? Тоже отличаешься?
Рао выбрался на заваленную камнями и обломками бетона площадку. Поискал глазами Луну. Он читал про неё в сказках.
Не нашёл. Вспомнил, что у Земли больше нет Луны, с ней что-то сотворили в войну. Вот Эберхард, наверное, знал, что именно. Он не прогуливает историю.
Рао хмыкнул: без Луны было тоже довольно светло. Над убежищем висело огромное длинное пузо из звёзд галактики Млечный Путь. Несмотря на замеченный рядом город, светового «шума» от него почему-то не было.
Постояв на холодке и насладившись зрелищем Млечного пути, грантс тихонько двинулся к «кладбищу», то есть к «саду» камней. Он услышал там отдалённый звук, очень похожий на хрюканье. Неужели, свинки?
До леса было недалеко, и любопытные дикие свиньи вполне могли приходить сюда полакомиться экзотическими растениями, высаженными между камнями.
Свиньи — ночные животные. Но одним ножом их не взять. А вот поставить простенький силок на поросят, это можно попробовать.
Глаза Рао уже привыкли к «звёздному освещению». Он поискал подходящий кустарник среди камней. Срезал одну ветку, другую, пробуя ободрать кору.
Наконец, нашёл подходящее деревце с крепким и длинным лубом — внутренним слоем коры. Камней и палок, чтобы наладить работу с корой, в этом странном «саду» тоже было достаточно.
Рао привычными движениями снял несколько длинных полос коры, отделил грубый верхний слой, растрепал луб на волокна, свил тоненькую верёвочку, потом скрутил её пополам. Получилось довольно крепко. Не для подсвинка, конечно, но маленький поросёнок, может быть, и не вырвется.
Свиньи не испугались посторонних звуков, и продолжали резвиться между камней.
Заготовив два длинных шнурка, Рао отправился прямо на нахальное хрюканье.
Спугнул
