несправедливость. Я не могу питаться твоей магией. Пытался, но, кажется, это односторонний процесс.
— И часто я… истощала тебя? — поинтересовалась неуверенно, избегая его прямого взгляда и осматривая крепкую напряженную шею и треугольное углубление над ключицей.
— Довольно часто, — беззлобно усмехнулся в ответ демон. А затем внезапно прислонился головой к моему лбу и произнес взволнованным шепотом: — Мне приятно знать, что ты способна испытывать рядом со мной не только ярость.
Его слова обожгли меня, словно раскаленный меч, пронзивший тело насквозь. Почему-то обида, таившаяся в глубине души, злость за то, что он совершил, растаяли — возможно, на короткий миг, но они уступили место смущению, страстному желанию и томительной неопределенности.
— Зачем ты пришел? — спросила неожиданно резко и нервно сглотнула, почувствовав, как мужчину сковало волнение.
— Не должен был, прости, — последовал тихий, но обжигающий ответ. — Эта встреча ничего не изменит. Но терзаться разлукой с каждым днем становится все невыносимее.
— Это твой выбор, — нехотя сказала я и уперлась ладонью в мужскую грудь, отстраняясь.
Он не стал удерживать, отпустил. От этого жгучая грусть больно резанула по сердцу — почему-то я наивно верила, что он не отпустит меня. Кажется, Кай прочел немой вопрос в моих глазах, поскольку в следующее мгновение он, слегка улыбнувшись, разрезал воцарившееся молчание:
— Не буду принуждать тебя к чему-либо.
Я сжала пальцы в кулаки, больно впившись ногтями в кожу, стиснула зубы, борясь с сильным душевным волнением, и прошептала дрогнувшим голосом:
— Ты уже это сделал.
Сорвалась с места, прижалась к нему всем телом, забыв обо всех последствиях этой встречи, которые непременно вспыхнут чуть позже, и жадно впилась в его потрескавшиеся от мороза губы. Горячие мужские пальцы заскользили по спине, вызывая трепетную дрожь, крылья вздрогнули, укутывая нас в кокон.
Находясь за пеленой обжигающих чувств, я совсем не понимала, как сильно все эти дни нуждалась в нем. Как сильно хотела забыться в этих теплых объятиях, услышать ласковый шепот, заставляющий трепетать все внутри. Мне не хотелось думать о прошлом, испытывать боль разлуки и потерь. Сейчас я желала только задержать его возле себя на несколько коротких мгновений, насладиться его теплом и близостью, запомнить его надолго, чтобы, вспоминая, каждый раз ощущать горьковатый запах корицы и слышать нежный голос, не имеющий присущего демону металлического оттенка.
Нетерпеливые прикосновения вызывали стихийную силу, затуманивающую разум, нежность стремительно перерастала в желание большего. Кай вдруг остановился, обхватил мое лицо ладонями, посмотрел внимательно, тяжело. Взор мутный, в нем таится тоска, балансирующая на тонкой грани со страстным желанием. В злых глазах наконец-то вспыхнула долгожданная мягкость.
— Прости меня, Ливия, — горячий шепот прямо в губы. — Я не привык быть слабым, но ты вынуждаешь меня становиться таким.
Несмотря на мучительную жажду, Кай оставил легкий поцелуй на моей щеке, столь призрачный, что в груди заныло от недостатка пылких касаний. Он был так непозволительно близко, что я чувствовала жар его тела, переплетающийся с моим. Слышала гулкий стук его сердца, но боялась, что он исчезнет, стоит мне еще раз прикрыть от наслаждения веки.
Демон провел рукой по моему лицу, нежно прочертил пальцами линию от подбородка до ключиц, и я почувствовала, как дыхание становится глубже, а сердце начинает частить. Синие глаза блестели в лунном свете, не утаивая огонь вожделения, испепелявший тело и душу. И я сдалась — закрыла глаза, склонила голову набок, открывая вид на шею. Всего секунда — невероятно томительная — и губы требовательно коснулись чувствительной кожи. Неспешная ласка кружила голову, молниеносно растапливала холод внутри. Внезапный укус выбил из груди рваный вздох; я вздрогнула, чувствуя острые клыки и влажный язык, жадно слизывающий демоническую кровь. Тело внезапно ослабло, но Кай крепче прижал меня к себе, заключая в кольцо рук и не позволяя упасть.
Руки невольно потянулись к завязкам на его рубахе. Пальцы дрожали, путались, а затем напряженно сжались, когда демон накрыл их ладонью. Неспешно отстранился, забирая на миг из меня весь огонь, развязал завязки — сначала спереди, у ключиц, затем сзади, чуть ниже основания крыльев. Стянутая рубаха оказалась на полу, представляя взору подтянутое тело, твердые плоские мускулы, четко выступающие на груди и впадине живота. Встретившись с мужчиной взглядом, я увидела легкую улыбку на его губах и смутилась, сама не понимая почему — то ли из-за своего внимательного разглядывания, то ли из-за того, что он это заметил.
Борясь с диким чувством стыда, подняла голову, всем своим видом показывая, что меня ни капли не смущает происходящее, и резким движением стянула с себя тунику. Ухмылка исчезла с лица демона, соболиные брови взмыли вверх, и он бесстыдно скользнул взглядом по обнаженной груди и талии. Один тяжелый вздох — и Кай прижимает меня к себе, зарывается носом в распущенные волосы.
Мягкий шепот обжигает и вызывает волну мурашек:
— Играешься, Ливия, или в самом деле доверяешь?
Теперь я в полной мере почувствовала охватившее его волнение, почувствовала его страх и увидела его таким, каким он боялся предстать передо мной, — слабым, сломленным привязанностью. Не знаю, смогла бы я так же легко потерпеть поражение и показать ему, как слаба, но не из-за его близости, а из-за того, что он отдалился от меня.
— Обезумела, — шепнула сипло, легонько коснувшись кожи его спины. Он вздрогнул от этого касания, но продолжил стоять, терпеливо ожидая моего решения. — Ведь полное доверие граничит с безумием.
Сильный трепет, затмив страх, сжал сердце. Казалось, неприступная стена, возведенная между нами в тот роковой день, дала трещину, но не разрушилась — лишь предоставила небольшую возможность вновь раствориться друг в друге.
Кай завладел моими губами — жадно, в крайнем возбуждении и смутном нетерпении. Легко поднял меня на руки, вынуждая обхватить его торс ногами, и повалил на кровать. Отстранился всего на несколько секунд, показавшихся мне невероятно долгими, и стянул с меня рейтузы, превращая из охотницы в уязвимую дичь. Прикрыв веки, я прижала руки к груди, слыша сквозь бешеный стук сердца, как мужчина раздевается, а после, когда горячая ладонь осторожно коснулась моих сжатых кулаков, распахнула глаза и замерла.
Втянула в себя раскаленный воздух и разжала пальцы под изучающим взглядом синих глаз. В нем не было насмешки или похоти — лишь интерес и восхищение. Демон смотрел на меня так, словно видел впервые. Блеск в его глазах говорил о том, как он жаждал снова оказаться рядом со мной столь близко, а неспешное разглядывание выдавало его намерение запомнить меня такой, какой я бываю только с ним, — открытой, чувствительной, невероятно ранимой.
Кай провел рукой по моему
