выставили его мощь и силу напоказ, но даже после этого я не смогла понять, кем он является. Такая энергия была мне незнакома.
— Ранить могу. Неосознанно, — будто оправдываясь, шепнул маг. — Мне нужно побыть одному. — Он прошел к арке, ведущей в коридор, и уже там, не оборачиваясь, бросил: — Располагайтесь. В соседней комнате большая кровать, можете отдохнуть там, а парень пусть здесь устроится. Во дворе есть сарай, внутри, если понадобится, бочка для купания. Я вернусь вечером. И еще… — Лори окинул нас серьезным, предупреждающим взглядом. — Не трогайте здесь ничего, если не изъявляете желания случайно спалить мой дом.
Он вышел из комнаты быстро, в крайнем нетерпении. Секундную тишину неожиданно разрезал злой хлопок двери. Мы с Далией, не сговариваясь, подбежали к окну, осторожно отдернули занавеску и прильнули к мутному стеклу, но Лориэна так и не разглядели.
— Быстро он… — досадливо протянула Ли.
— И это все? — недовольно спросил Калеб. Он зашагал по комнате, осматриваясь и, похоже, чувствуя себя свободнее после ухода мага. — Странный он какой-то. Интересно, что его связывало с вашей мамой?
— Мне показалось, что они были хорошо знакомы, — продолжила Далия и, взяв со стола мою кружку, сделала несколько глотков травяного настоя. Кажется, нервничает. — Его сильно задела новость о смерти мамы. Может, он был в нее влюблен?
— Вернется — узнаем, — отрезала резко. Далия глянула на меня недовольно, слегка обиженно, и, смягчив тон, я добавила: — Сейчас только устанем строить предположения.
— А вы тоже это почувствовали? — плюхнувшись на низенькую койку, поинтересовался Калеб, взял с маленького прикроватного столика деревянную фигурку птицы, поднес ее поближе к лицу и принялся с искренним интересом изучать тонкую ручную работу. — Его магия так сильно кипела, как вода в котелке. Я думал, у меня сейчас сердце разорвется от напряжения. Первый раз чувствую подобное. Кем бы он ни был, можно наверняка сказать, что он очень хорош как в бою, так и в заклинаниях.
— Поэтому к нему и ходят люди, — сказала Ли. — Те мужчины назвали его магом-отшельником. Стало быть, он когда-то был одним из тех, кто нас… пленил? — осторожно спросила она и закусила нижнюю губу, поймав мой взгляд.
— Мама доверяла ему, — шепнула нехотя, только для того чтобы прогнать тревогу с лица сестры. — Он нам ничего не сделает. Но, думаю, нам стоит задержаться здесь.
— Уверена? — Калеб вернул фигурку на тумбочку и, задрав голову, вопросительно изогнул бровь. — Люди — его частые гости. Здесь небезопасно так же, как и в деревнях. Рядом столица, охотники. Нас могут почувствовать за несколько верст.
— Я не уйду, пока все не узнаю.
— А что ты хочешь узнать? — Ли вопросительно посмотрела на меня.
Налет страха слегка исказил нежные черты ее лица. Льдисто-голубые глаза смотрели требовательно, но все же скрывали беспокойство за тонкой стеной уверенности. Этот взгляд, совсем как у мамы, заставил больно сжаться сердце.
— Мне кажется, он что-то знает про мою метку. Или, может, больше расскажет про темную богиню… Халу… Я не знаю, правда. Просто чувствую, что правильнее будет остаться здесь.
— Конечно. — Далия мягко улыбнулась, поставила уже пустую кружку на стол и крепко сжала мои кисти в своих теплых ладонях. — Останемся.
Взгляд, таивший в себе мягкость нашей мамы и тепло отца, медленно растопил тревогу. Удивительно — но Ли с легкостью разбивала мой страх, прогоняла его одним добрым словом, одним касанием. Неожиданная мысль прорвалась сквозь толщу мыслей и заставила улыбнуться: пока я защищала сестру от недоброжелателей, она оберегала меня от жутких кошмаров и укрывала от тревог.
— Ру? — звонкий голосок нарушил таинственную тишину.
Из-под койки, уткнувшись носиком в ботинки Калеба, выглянул Румико. Бегло осмотрелся, а после выскочил и понесся в нашу сторону.
— А Ру боится его, да? — задумчиво протянул Калеб, прислонившись спиной к стене. — Возможно, Лориэн и про него нам что-нибудь расскажет.
Я опустилась на пол и погладила подбежавшего ко мне зверька. Он довольно заурчал, когда мои пальцы коснулись его ушка, и, расслабившись, положил лапки и голову ко мне на колени.
Калеб прав: маг может многое знать. И не только о Румико, но и обо мне. Но сейчас я боялась, что Лори предпочтет молчать, чем поведать нам секреты прошлого. Так делала мама, отчаянно пытаясь уберечь нас. Казалось, что Лориэном завладеет страх предать доверие Аврелии, и он наивно поверит, что молчание — способ защититься от древних тайн.
Сегодняшний вечер подарил мне приятную прохладу. После дня, проведенного в домике, стены которого пропитались запахом пахучих трав и настоек, свежий вечерний воздух успокоил меня и очистил мысли. Я сидела на узкой деревянной скамейке, расположенной за домом, у кромки воды. Калеб и Далия, вымотавшись от безделья, уснули в спальне, а я так и не решилась отойти ко сну. Ждала Лори, надеясь, что совсем скоро все мои вопросы найдут ответы.
На мир незаметно опустились сумерки. Лучи заходящего солнца окрасили небо в нежно-розовый цвет, касались поверхности замерзшей реки, чертя на льду сияющие полосы. Прохладный озорной ветер качнул веточку стройной сакуры, всполошив сидевшего на ней снегиря с серо-персиковым оперением. Кажется, эту сакуру Лори посадил сам. Она выделялась на фоне вечнозеленых припорошенных снегом сосен.
Прикрыв глаза, я глубоко вздохнула. Приятный запах мягко пощекотал ноздри. Пахло сырой землей, хвоей и распускающимися цветами. Пахло весной.
Калеб был прав: весна украшает эти края, наполняет их новыми мягкими красками и вселяет в сердца живых существ нежность. Прекрасное время года. Как жаль, что именно эту весну омрачит война, смерть и кровопролитие.
Не знаю, сколько времени прошло с того момента, как я вышла к реке и села на скамью, но, когда солнце спряталось за грядой гор, уступив место яркой полной луне и мелким далеким звездам, я подумала о Кали. Вечер неожиданно сменился ночью, и царящая вокруг тишина и звездное небо напомнили мне о красоте пегаса. Она словно олицетворяла саму ночь — такая же тихая, загадочная, волшебно красивая.
Вытянувшись на скамейке, я мысленно позвала Каларатри. Она могла и не прилететь; слишком далеко находилось укрытие пегасов. А возможно мой зов и не достигнет ее вытянутых острых ушек, хоть я и наивно верю, что Кали способна прийти ко мне в любое время. Но сейчас ее компания была мне необходима, как никогда раньше. Так всегда — когда меня одолевают страхи или сомнения, я ищу поддержки у близких, тщетно ищу укрытия. Похоже, это моя самая страшная слабость. Только я не знала — сыграет ли она со мной когда-нибудь злую шутку или так и останется в глубине души, прячась,
